mk.ru : Московский комсомолец

— Да, к сожалению, это событие для всех, кроме членов комиссий, прошло незамеченным. Как жаль! Комиссии — это уникальный российский опыт, подтвержденный здравым смыслом и нормами российского и международного права.

А впрочем, и некому поздравлять. Правительственная комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав, которая должна быть координирующим и методическим центром, опять «осиротела», председателя нет.

— А отчего это вы в таком забвении?

— Ответ прост. В течение более чем 10 лет не издано ни одного нормативного правового акта на федеральном уровне, который бы регламентировал деятельность комиссий и их координирующую роль. В большинстве регионов работает один ответственный секретарь (как правило, находящийся в одном из ведомств), который физически не может исполнять такие широкие полномочия, хотя ответственность они несут очень серьезную. На федеральном уровне отсутствует истинная картина о количестве безнадзорных, беспризорных несовершеннолетних. А как анализировать и планировать работу, если не представляешь масштабов проблемы?

По такому же тернистому пути шла и Московская область. Но, несмотря на отсутствие федерального законодательства, была политическая воля губернатора Московской области Б.В.Громова, который всегда уделял большое внимание вопросам детства. В 2002 году, когда, встретившись с ним на одном из мероприятий, я стала высказывать предложения по работе комиссий, в ответ услышала: «Критиковать может каждый. А вы идите и сделайте как надо». И с 22 апреля 2002 года на меня возложили обязанности председателя Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав при губернаторе Московской области.

— Ну и как — вы пошли по верному пути?

— Да, и об этом свидетельствует то, что с 2003 года количество преступлений несовершеннолетних сократилось практически в два раза (с 3396 до 1626), уменьшилось число подростков, которые совершали преступления в состоянии алкогольного опьянения; повторно, в том числе ранее судимые; в группе лиц.

А начали мы с оценки ситуации. Сколько же у нас в области безнадзорных, беспризорных, находящихся в социально опасном положении? В тот период упорно формировалось мнение, что несовершеннолетние жители Подмосковья создают криминогенную обстановку на территории города Москвы. Вот с них мы и начали. И столкнулись с тем, что один и тот же ребенок мог попадать в статистику совершенно разных ведомств — кого-то доставили в ОВД метрополитена, кого-то — в больницу, московский приют и так далее. И если один и тот же несовершеннолетний доставлялся 40 раз, то он фигурировал в статистике как 40 человек.

Мы разбирались с каждым ребенком. С тех пор, отбросив ведомственные амбиции, анализируем и обобщаем статистику разных ведомств (образования, соцзащиты, органов внутренних дел, здравоохранения и др.) о количестве безнадзорных, беспризорных, правонарушителей, употребляющих наркотики, алкоголь. Совместно на заседаниях областной и территориальных комиссий выявляем проблемные вопросы, требующие межведомственного разрешения, разрабатываем пути их решения. При этом с каждым ребенком или семьей система профилактики и защиты их прав работает индивидуально.

	фото: Артем Макеев

— А сколько человек сейчас работает в структуре?

— Наше достижение — это аппараты областной и территориальных комиссий, а также профессионалы в ведомствах социального и правоохранительного блока. У нас в области 72 территориальных комиссии, в которых работают почти 300 специалистов на штатной основе (один человек на 5 тысяч детского населения). В больших территориях — по 9–10 сотрудников. Понятно, что при такой «армии» есть возможность разобраться в судьбе каждого ребенка и помочь.

И, конечно, очень дальновидно было когда-то принято решение Б.В.Громовым об освобожденном председателе. В современных условиях не освобожденный от основной работы председатель комиссии, будучи чрезвычайно загруженным, не имеет реальной возможности просто физически выполнить возложенные полномочия. Практика показывает, что председатель комиссии — это должность круглосуточная. Необходимо быть в курсе всего, что происходит с детьми, случается немедленно выезжать в территории, участвовать в судебных заседаниях, посещать неблагополучные семьи. Задача любого члена комиссии, а председателя в особенности, — дойти до судьбы каждого ребенка. По-другому нельзя.

— А как вы сотрудничаете с другими специалистами?

— Комиссии — это коллегиальный орган, в их состав как на областном, так и территориальном уровне входят представители всех субъектов системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защиты их прав: сотрудники органов социальной защиты населения, опеки и попечительства, здравоохранения, образования, молодежи, спорта, психологи, наркологи, представители общественности и другие, т.е. все те, кто должен помогать ребенку и семье. Выявив ребенка или семью, рассматриваем их на заседании комиссии с точки зрения оказания помощи, даже если это административное правонарушение, наряду с мерами взыскания прорабатываем вопрос необходимой поддержки, даем поручения специалистам. Это конкретная помощь и поддержка. Кому-то нужен психолог, кому-то надо помочь оформить пособия, кого-то трудоустроить. Все это отмечается в постановлении, которое обязательно для исполнения.

Большое внимание уделяем работе с семьей. Наша задача — сохранить «кровную» семью. Ребенок любит любых родителей, даже если они пьянствуют, не работают. Помещая ребенка в государственное учреждение, даже самое прекрасное, мы понимаем, что ребенок все равно будет стремиться домой. Поэтому, если есть возможность как-то вернуть родителей к нормальной жизни, мы стараемся делать это: лечим от алкоголизма, помогаем трудоустроиться, решаем вопросы задолженности по коммунальным платежам. К каждой семье — свой подход.

— Ювенальная юстиция — это не только дети, нуждающиеся в защите, но и особый подход к несовершеннолетним правонарушителям. Как вы с ними работаете?

— Особая категория несовершеннолетних, с которыми мы проводим индивидуальную профилактическую работу, — это подростки, которые совершили преступления. С момента предъявления обвинения комиссия обеспечивает несовершеннолетнему социальное сопровождение. Это целая система. Допустим, человек совершил кражу. Выясняется, что подросток не работал, не учился, уходил из дома, имеет проблемы с алкоголем, нет доверительных отношений с родителями. И с ним по поручению комиссии начинают работать специалисты: психолог, социальный педагог, представители органов по делам молодежи, занятости, спорту и так далее. По запросу следователя, расследующего преступления, комиссия предоставляет для приобщения к уголовному делу материалы, в которых содержится характеристика личности подростка, информация о его семье, факторах, влияющих на поведение, проводимой с ним работе. Это очень важно, поскольку дает возможность следователю понять мотивацию совершения преступления, назначить адекватную меру пресечения. Сотрудники выступают и при рассмотрении уголовных дел в судах. А если подростка все же отправили отбывать наказание в колонию, то мы его и там не бросаем, навещаем, а после освобождения — встречаем.

— Но вы, наверно, хотите, чтобы все работало еще лучше?

— Вопрос создания работоспособных комиссий может быть решен только путем принятия на федеральном уровне единых основ деятельности комиссий, то есть Федерального закона «Об организации деятельности комиссий...». В основу законопроекта должна быть положена идея раннего выявления несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении, их персонифицированного учета, оказания социальной и иной помощи, устранения причин и условий, способствующих безнадзорности. Ну а в первую очередь необходимо создать аппараты комиссий на всех уровнях, в том числе по обеспечению деятельности правительственной комиссии. И на федеральном уровне должен быть обязательно освобожденный председатель.

Круглосуточно вы можете обратиться на пейджер 660-10-55 для абонента 15055 «Дети в беде» и по телефону «горячей линии» 8-903-100-49-09.