Козловский сбежал от прошлого на Бали

Федор Бондарчук: «Поди знай, где тут правда, а где самообман»

12.11.2014 в 13:10, просмотров: 7826

В Москве завершились съемки фильма Романа Прыгунова «Духless 2». В отличие от первой части, он снят не по одноименному бестселлеру, а по оригинальному сценарию, в работе над которым Сергей Минаев снова сыграл ключевую роль. География съемок расширилась от России до серферского курорта на Бали. Именно сюда отправляется главный герой Максим в исполнении Данилы Козловского, чтобы сбежать от всех неудач, свалившихся на него в финале первого фильма.

Козловский сбежал от прошлого на Бали
Фото: Предоставлено Artpictures

Начавшись на краю света, съемки заканчиваются в самом центре Москвы, в холле отеля «Ритц». Данила Козловский к этому моменту снова преобразился в столичного щеголя в черном костюме. О прежней, беззаботной жизни напоминает только доска для серфинга, которую он сжимает в руке. О будущем фильме мало что известно, кроме того, что главный герой Макс попробует начать жизнь сначала. Так он и окажется на Бали, где отрастит бороду и оседлает волну. А вот что заставило его вернуться — и есть главная интрига фильма. Причем, судя по богатому интерьеру гостиницы, в которой поселился Макс, он вернулся не только в большой город, но и в большую игру.

— Тема бегства от самого себя, своей прошлой жизни и последующего возвращения всегда актуальна, — говорит Козловский, аккуратно избегая любой конкретики. — Но когда она еще и интегрирована в определенное пространство и обстоятельства, созвучные современности, нашему дню, как это происходит у нас в фильме, — это делает кино актуальным вдвойне.

Эту же идею, поиска самого себя, развивает режиссер Роман Прыгунов:

— Я думаю, это происходит с людьми не только в 13-14 лет, но и преследует их и в более зрелом возрасте. Нам интересно было посмотреть на то, как мы изменились, как изменился наш герой — не актер, который играет роль, а человек, который несет в себе определенный эмоциональный заряд. Это все равно что снимать детей через пять лет: тот же самый человек, только теперь он говорит, даже выглядит по-другому.

На простой вопрос, что, кроме успеха первой части, побудило авторов фильма снять продолжение, Федор Бондарчук, выступающий на проекте в роли одного из продюсеров, отвечает подробно и основательно:

— Сразу после премьеры первой части мне позвонил Леонид Верещагин, продюсер фильма «Легенда №17», который тогда только готовился к выходу в прокат, и по-товарищески поблагодарил за то, как мы разогрели публику Данилой Козловским. Я и сам радуюсь. Наконец-то наступило время, которое многие ждали – появился артист, ради которого зрители готовы идти в кино. Меня всегда поражал феномен Джулии Робертс – актрисы, у которой нет ни одного провального проекта. Я не понимаю ее какие-то отдельные фильмы, но у нее есть огромная аудитория, которая придет на кино с ее участием несмотря ни на что. Но любимый артист — еще не все. Когда мы только принимались за первый фильм, нам говорили: сегодня концентрация событий слишком высокая, и книга стремительно устарела, и время, и пространство, которое описывал Минаев, изменились. И не танцует так сейчас никто, и музыку другую слушают. Но мы обманули всех, придумав не сюжет, а героя. Глубокого, неоднозначного, настоящего. А придумав Максима, было жалко так просто с ним расстаться. Мы же показали один только вздох – несколько месяцев из его жизни. Но и после фильма Макс не оставлял нас. Мы то бросали идею сделать продолжение, то возвращались к ней. Так продолжалось ровно до того момента, пока Рома Прыгунов не сказал: у меня есть один знакомый, представляешь, что с ним произошло? И дальше – в трех предложениях описал всю историю.

Мало придумать. Надо было еще убедить Данилу сниматься в продолжении. Мы все сильно рискуем в этой ситуации, а он тем более. Понятно, чего он боялся. Слишком велика опасность, что продюсеры просто тебя используют, чтобы выехать на успехе первой части. Первый драфт сценария Данила сразу отклонил. Так и сказал: «Мне не нравится». Но к счастью, мы с ним встречались не только как продюсер с актером, но и как товарищи. Мы его убеждали, искали варианты. И нашли.

Фото: Предоставлено Artpictures

- Одним из самых запоминающихся эпизодов первого фильма был долгий матерный монолог в исполнении ныне действующего депутата Госдумы Марии Кожевниковой. Судя по всему, во второй части ничего подобного ждать не приходится.

- Да, мата не будет. Но на той территории, на которой обитает наш фильм, этот запрет никак не влияет на творческий замысел. Хотя я надеюсь, что в будущем эти ограничения будут скорректированы. Ведь уже есть законы: о возрастном ограничении, о выпуске продукции, содержащей ненормативную лексику. Они есть, они должны работать. Зачем заменять ответственность, которой у нас и так дефицит, запретом? И зачем рубить великий и могучий русский язык?

- Первый «ДухLess» заканчивался сценой массовых беспорядков. Ее не было в книге, но она удивительным образом совпала с настоящими протестами, которыми жила Москва в то время.

- И во второй части мы не оставим попыток угнаться за современностью. Не хочу раскрывать детали сюжета, но фильм будет абсолютно адекватен нашему времени. В нем будет все, о чем говорят городские жители. Рома Прыгунов и сам — настоящий городской житель, профессиональный тусовщик. Не в том смысле, что он ведет праздный образ жизни. Наоборот – он исследователь. Рома досконально знает этот город: от тротуаров и плитки до того, чем отличаются от старых новые велосипеды на парковках и какую музыку слушают на «Стрелке», а какую в Гольяново.

- При этом история городского жителя начинается на Бали.

- Нам нужно было понять, что могло произойти с Максимом, чтобы заставить его еще раз пройти по этому кругу. Так появилась история с дауншифтингом. Огромное число людей в его возрасте мечтает резко изменить жизнь. Большинство потом оставляет эти идеи, растворяясь в суматохе дел, но в нашем случае сами обстоятельства заставляют героя принять новый вызов. Что называется – жизнь крутанула. И он к собственной неожиданности оказывается на Бали. С одной стороны для него это – очищение, побег из мегаполиса с его циничными потребностями. С другой – он всего лишь скрывается от проблем. Поди знай, где тут правда, а где самообман.