Евгению Евстигнееву исполнилось 90 лет

Артист милостью джазовой

09.10.2016 в 18:06, просмотров: 8847

24 года как нет на этой земле Евгения Евстигнеева, а зрители и, что особенно важно, коллеги его сходятся в одном — таких, как он, не было, нет и не будет. Да, он большой артист и даже великий, каких среди ушедших немало найдется. Но вот Евстигнеев... Притом что великий, он еще какой-то особенный. И особенность эту до сих пор постигнуть трудно. Вчера этому замечательному Мастеру исполнилось бы 90. «МК» представляет фотоальбом его жизни.

Евгению Евстигнееву исполнилось 90 лет
Фото из архива театра «Современник».

Женя Евстигнеев — самый старший на курсе в Школе-студии МХАТ. И самый опытный: уже поработал на заводе наладчиком, поучился в театральном училище в Нижнем Новгороде, уже выходил на сцену во Владимирском театре, где за два года сыграл семь ролей, главных и не очень. Без музыкального образования, но классно играет на гитаре, может и на рояле выдать, стучит на ударной установке. Все это дает ему право чувствовать свое превосходство над желторотыми однокурсниками, мальчиками и девочками из хороших московских семей. На одну из них — Галю Волчек, дочь знаменитого кинооператора Бориса Волчека, — он производит неизгладимое впечатление: сначала своим внешним видом — провинциальный пижон в широком, как с чужого плеча, лиловом костюме, артистично курящий «Беломор». «Угостить?» — басовито спрашивает он ее. А потом какой-то настоящестью, хотя он очень закрыт. Оба пока еще не догадываются, что через каких-то пару лет станут супругами.

Фото из архива театра «Современник».

По дороге в загс он купит себе и будущей жене эскимо, и в таком легкомысленном виде парочка появится на пороге районного загса. Регистрацию отмечают вдвоем в подъезде, глотнув по очереди водки из четвертинки, которую Женя заблаговременно купит. Не из прикола пьют в подъезде, а по бедности — на дворе вторая половина 50-х, на студенческую стипендию будущего артиста не разгуляешься, да и к тому же ее семья не одобрит этот брак. У пары родится первенец, мальчика назовут Дениска.

Фото из архива театра «Современник».

«Современник» — сначала студия, организованная актером и педагогом Школы-студии МХАТ Олегом Ефремовым из набора середины 50-х. А потом — популярный театр, в который влюблена вся Москва. Евстигнеев здесь №1. Органика — запредельная, говорят «как у кошки». А у него и пластика сродни кошачьей — мягкая, как будто вкрадчивая, ничего резкого, шумного, скоростного. Голос мягкий, на низах, прямо-таки обволакивает впечатлительных дамочек. Амплуа? Может играть все — от комедии до драмы, от эпизода до большой роли.

фото: Из личного архива
Спектакль «На дне».

Вот он — король из нашумевшего спектакля 1960 года «Голый король». Жестокая сатира на власть, олицетворением ее является герой Евстигнеева. Но обаяние его таково, что не влюбиться в этого королька просто невозможно. Даже глупость его величества чертовски привлекательна. Рядом одна из фрейлин — его супруга Галина Волчек. Она еще не начала режиссерскую карьеру, в которой супругу будет отведено особое место. После «Короля» он проснулся знаменитым. Но, увы, Москва так и не сможет оценить его Абрама Шварца из «Матросской Тишины» — спектакль после первого прогона запрещен к показу.

А вот и Сатин в «На дне» — постановка Галины Волчек. Горьковская ночлежка раскинулась по всей сцене — три яруса с двумя лестничными пролетами посредине.

— Работа. Ты сделай так, чтобы работа мне была в удовольствие.

Сатин в исполнении Евстигнеева непривычен совсем — этот пижон из коммуналки не имеет даже намека на серьезность, заложенную в его знаменитом монологе о человеке, что звучит гордо. Богемный бомж с изящной, завораживающей пластикой, артистично обременяющий собой землю. Хлюст, прощелыга — не герой, словом. Но стоит ему тихо, закусив губу, произнести: «Правда — бог свободного человека», — как монолог становится настолько органичным, что горьковская высокопарность, может быть, впервые пробивает до слез. А как Сатин играет в карты! Это же виртуозный цирковой трюк. Танец его рук — идеальный этюд для студентов по дисциплине «работа актера с предметами».

фото: Из личного архива
С сыном Денисом.

А кино? Здесь — россыпь ролей, которые раз и навсегда врезаются в память независимо от их размера. Режиссер из любительского народного театра в комедии Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля», кстати, тоже названный авторами почему-то Евгением Александровичем.

— А не замахнуться ли нам, друзья мои, на Вильяма нашего Шекспира? — спрашивает он незадачливого вора Деточкина и ответственного следователя Подберезовикова. Лысый, юркий, судя по всему, небольшого театрального полета птица, зато с богатым спортивным прошлым. Впрочем, характеристика героя не имеет значения — роль третьего плана ничем не уступает главным.

фото: Из личного архива
Спектакль «Голый король».

Или мастер эстрадного степа Алексей Иванович Беглов из музыкальной драмы Карена Шахназарова 1985 года «Зимний вечер в Гаграх». Помните вот это:

Раз пчела в теплый день весной,

Свой пчелиный покинув рой,

Полетела цветы искать

И нектар собирать…

Он только затягивает старую французскую песенку, и в кадре уже готова атмосфера — как фундамент для дома. Легко, элегантно... У Евстигнеева это как степ, как джаз. И тут же — драма, личная, тонко вписанная в джазовый квадрат.

«Старики-разбойники» в паре с Юрием Никулиным — два великих артиста, искусство которых просто и ясно и... опасно: оно предательски проявляет фальшь чужой игры.

Фото из архива театра «Современник».

Последняя работа в кино — профессор Преображенский в картине Владимира Бортко «Собачье сердце». А последняя роль в театре — вот такое бывает только на красивый уход: Фирс в «Вишневом саде» в Театре Антона Чехова. Фирса забыли в господском доме. Евстигнеева забыть нельзя. В Нижнем Новгороде ему стоит бронзовый памятник, там же училище носит его имя и театральный фестиваль имеет премию имени Евстигнеева. Более того, в двух российских городах граждане ходят по улицам имени Евгения Евстигнеева — в белорусском Витебске и в Шумихе, что в Курганской области.

фото: Из личного архива
Творческий вечер (1969 год).

Евстигнеев — музыка. Какая? Однозначно — джаз с блюзовой основой, с виртуозной импровизацией… К ней ненавязчиво так, без надрыва и лишних слов, приучил нас Евгений Александрович. И мы, как хорошисты и отличники, приучились радостно и легко, желая слушать и слушать дальше эту евстигнеевскую мелодию. Она стала хорошей прививкой от наглой манеры брать зрителя, от ложной героики, которая в последнее время становится такой навязчивой. Ничего-ничего, имеющие качественную прививку теперь точно способны отличить настоящее от фальшака.