В Каннах показали фильм "Дылда" о постблокадном Ленинграде: горькая правда

Картина Кантемира Балагова понравится не всем

16.05.2019 в 18:53, просмотров: 9033

В программе «Особый взгляд» 72-го Каннского кинофестиваля состоялась премьера фильма «Дылда» Кантемира Балагова. Молодой режиссер из Кабардино-Балкарии, уже отмеченный в Каннах наградой ФИПРЕССИ за дебютную «Тесноту», снял старомодную и смелую картину о всполохах войны в постблокадном Ленинграде. Премьера состоялась в день протестной акции европейской молодежи, обеспокоенной состоянием климата. Для своего марша они выбрали красную дорожку фильма британского классика Кена Лоуча, известного остросоциальными картинами.

В Каннах показали фильм
Режиссер Кантемир Балагов.

«Теснота», открывшая миру талантливого режиссера Балагова, отсылала в конец 1990-х и в родной город режиссера Нальчик. Теперь он снял картину о первой послевоенной осени Ленинграда.

Его первую картину восторженно приветствовал мир, а на родине режиссера, в Кабардино-Балкарии, встретили сдержанно, о чем он заранее догадывался. Фильм, основанный на реальных событиях, затрагивал крайне болезненную тему межнациональных отношений. У новой картины найдется масса противников в лице поборников беспрекословной исторической правды.

Кантемир Балагов еще недавно изучал бухгалтерский учет в Ставропольском университете и только потом поступил на курс Александра Сокурова в Нальчике. Интересно, что во время учебы мастер запрещал ученикам смотреть его фильмы, опасаясь излишнего влияния на молодые умы. Клоны никому не нужны. Если в «Тесноте» влияние Сокурова не было столь очевидно, хотя именно он стал худруком картины, то теперь, формально освободившись от вольного или невольного давления учителя, Балагов оказался его наследником по прямой, в чем-то повторив его творческий поиск.

Точно так же это влияние чувствуется в работе другого ученика Сокурова — Александра Золотухина «Мальчик русский». Поначалу «Дылда» неприятно удивляет излишней театральностью, идет поперек современного тренда, где превалирует документальность актерской игры, аскеза. Но постепенно этот прием усваивается, и зритель погружается в условную среду. Дылдой (ее сыграла дебютантка Виктория Мирошниченко) зовут высоченную девицу по имени Ия, которая работает санитаркой в госпитале, ухаживает за ранеными. Она была зенитчицей на передовой, демобилизовалась с контузией и теперь одна воспитывает ребенка своей фронтовой подруги Маши. Трогательный мальчик Пашка был прижит ею на фронте от боевого друга, погибшего в бою. Дылда стала ребенку как мать, но не уберегла.

В голову невольно лезут сравнения со злополучным «Праздником» Алексея Красовского — комедией о блокадном Ленинграде, которой ревнители исторической правды перекрыли кислород, и она так и не вышла в прокат. Герои «Дылды» тоже встречают Новый год за праздничным столом, но уже постблокадного города, и впечатляет это гораздо больше, потому как снято сильнее с художественной точки зрения. А нравы у людей — отнюдь не как у святых. Они танцуют, любят, предают, потому как люди, не боги. Смущают детали. Например, волосы у актрис, тщательно выкрашенные в неестественные цвета, словно они только что посетили парикмахерский салон. Но это беда большинства военных картин.

Впечатляющая роль у Ксении Кутеповой. Она — опытная актриса — сыграла облеченную властью номенклатурную даму, протокольно выражающую сочувствие раненым в госпитале и привольно живущую в богатом загородном доме, снятом в деревянном Музее-усадьбе Владимира Набокова под Петербургом. Живется там аристократично. Героиня Кутеповой выгуливает породистую собаку, как английская леди. Своему забитому сыну, который привел в дом девушку другого круга — фронтовичку и санитарку, она скажет: «Сейчас же взял машину и увез свою невесту обратно».

Тут-то и выяснится, чем, собственно, на передовой занимались некоторые фронтовички. Несли они службу тыловую, обслуживая бойцов телом и душой. Маша (ее сыграла Василиса Перелыгина) прямо назовет все своими именами, так что покажется ее речь дерзкой насмешкой, саркастичным наветом. Матери своего жениха она скажет: «С вами бы никто не пошел». Признается, что бесплодна, а теперь ждет, что фронтовая подруга родит для нее дитя. Дылда тоже совершает нехорошие поступки: буднично умертвляет бойцов, ранения которых превратили жизнь в муку, сделали их обузой для всех, когда лучше не жить, чем жить…

Любопытно, что сразу после премьеры «Дылды» в Каннах прошел марш молодых европейцев, выступающих за сохранение климата на планете. Они выбрали для протеста премьерный показ конкурсного фильма старейшины мировой режиссуры Кена Лоуча, всю жизнь выступающего за права простых британцев. Наверняка ему такой выбор понравился: не зря работал всю жизнь, раз именно его фильм привлек неравнодушных молодых.