В центре Москвы появился Дядя Степа-почтальон

Режиссер Александр Котт воспроизвел кадр из фильма «Чук и Гек» 1953 года

Ранним воскресным утром в центре Москвы редкие прохожие с удивлением смотрели на высоченного человека с красной сумкой на плече, набитой старыми газетами. Великан поднимался со стороны Садового кольца к старому дому сталинской постройки. Первое, что приходило в голову: это дядя Степа. В тот день съемочная группа фильма «Чук и Гек» во главе с режиссером Александром Коттом занималась любопытным экспериментом.

Режиссер Александр Котт воспроизвел кадр из фильма «Чук и Гек» 1953 года
Дядя Степа… почтальон. До баскетболиста Димы надо дотянуться.

Дядя Степа, а это был он, кто же еще, сменил форму милиционера на обмундирование советского почтальона и повторял путь своего предшественника из черно-белой 45-минутной картины «Чук и Гек» Ивана Лукинского, снятой в 1953 году. Он заходил во двор многоэтажного дома №5 на Садовой-Самотёчной улице, чтобы передать телеграмму от человека, живущего у Синих гор, отца Чука и Гека. В старом советском фильме тот же зимний двор со снеговиком во дворе появляется в самом начале. Кажется, с тех пор ничего не изменилось, хотя дом тогда только-только построили. Во второй раз мы видим его на экране, когда из подъезда выбегают Чук и Гек в поисках коробки со второй телеграммой от отца, выброшенной в форточку.

Рассказ Аркадия Гайдара «Чук и Гек» впервые опубликован в 1939 году, и теперь строки о том, что папа не приедет, поскольку у него много работы, воспринимаются с некоторым сомнением. У Гайдара он начальник геологической партии, потому и оторван от дома, но поскольку время на дворе сложное, можно предположить, что отец находится в сталинских лагерях. Примерно в таком духе поставлен спектакль «Чук и Гек» режиссером Михаилом Патласовым в Александринском театре, где рассказ Гайдара вписан в воспоминания прошедших лагеря актеров Евгения Весника, Вацлава Дворжецкого, Георгия Жженова, Татьяны Окуневской, других жертв и палачей. А сам писатель в пионерском галстуке стоит у макета, где рядом с Кремлем соседствуют таежные теплушки. И все это напоминают новогоднюю сказку о пряничной сталинской эпохе.

Александр Котт и его герои.

Александр Котт, стоя у исторического дома начала 50-х, рассказывает: «Мы восстанавливаем кадр из старого фильма, который именно здесь снимался. «Чук и Гек» написан в непростые годы при непростых обстоятельствах, о чем знают взрослые, но не знают дети. Им и не нужно это знать. Всему свое время. А «Чук и Гек» до сих пор остается одним из лучших детских рассказов про семью и Новый год. Мы хотим снять красочный приключенческий фильм, где будут чудеса. Они возможны, если в них веришь».

У Александра Котта есть брат-близнец Владимир Котт, тоже известный режиссер. Они так дружны, что это обстоятельство наверняка сыграло решающую роль в появлении новой версии «Чука и Гека». «Мне близки и понятны переживания каждого из героев этой истории, — говорит Александр Котт. — Целый месяц я находился далеко от дома, и мои дети тоже хотели ко мне приехать. Старший сын в результате доехал. В принципе эту историю можно переложить на любой исторический фон. Да, сегодня мало кто посылает телеграммы, а из тайги можно позвонить по мобильному телефону, но тоска сыновей по отцу, который далеко, никуда не исчезла».

По словам продюсера картины Арсена Готлиба, рассказ Гайдара — лишь преамбула, и зрителей ждут волшебные испытания героев, сказочные события в лесу, которых нет в литературном первоисточнике.

На протяжении двух часов во дворе старого дома снимали пару проходов. Еще до начала съемок привезли на эвакуаторе старинный автомобиль. Сопровождавший его сотрудник рассказал: «Это американский «Шевроле», привезенный в Москву еще до войны. Машина коллекционная, но на ходу. Мотор у нее от «Волги». Она из частной коллекции. Сохранилась фотография, где возле такой машины стоит молодой Брежнев». Около автомобиля суетится водитель, непрофессиональный актер. Спрашиваю у него: «Куда поедете?». Он тут же отвечает: «К Сталину. Но лучше у режиссера спросите. Он вам расскажет». Но у режиссера, судя по всему, и мыслей о Сталине нет. Мимо проходит почтальон, тот самый дядя Степа, пожимает шоферу руку. Есть возможность познакомиться. Дима — баскетболист. Его рост — 2 метра 15 сантиметров. Рядом с ним все члены съемочной группы кажутся крошечными. Для того чтобы почистить форму почтальона, Диму просят пригнуться.

Юлия Снигирь с Чуком и Геком.

Художник по костюмам Екатерина Дыминская придумала необычные костюмы не только для почтальона, но для Чука, Гека и их мамы, которую играет Юлия Снигирь. Она чем-то напоминает молодую Веру Васильеву, сыгравшую ту же роль в советском фильме. Но если в черно-белом «Чуке и Геке» героиня носила шикарную по тем временам шубку, то Юлия Снигирь одета в красное пальто с меховой опушкой. Когда она с детьми отправляется на вокзал, в ее руках бордовый чемодан, подходящий по цвету к пальто. У Чука — все ярко-васильковое, включая чемодан. Гек одет в желтое пальто и несет маленький чемоданчик того же цвета. Они идут друг за другом, и мама спрашивает у сыновей: «В дороге главное что?» Дети дружно отвечают: «Не потеряться». И так несколько дублей.

У подъезда стоит снеговик. Режиссер заботливо поправляет вставленные в него ветки. Появляются дворник в фартуке, маленькая девочка с мамой. Малышку играет Ева с бездонными голубыми глазами. Ее сажают в деревянные санки, потом она дотягивается до носа-морковки снеговика. Опять несколько дублей, и через полтора часа ребенок устает, начинает немного бунтовать.

Под мокрым снегом прямо во дворе располагается операторская группа во главе с Петром Духовским, который работает с Александром Коттом со студенческих лет. Вместе они сняли «Спитак», «Инсайт», «Ехали два шофера», около десятка картин. Главный художник Электротеатра «Станиславский» и лауреат «Золотой маски» Анастасия Нефедова оживит игрушки, в которые играет Чук. Привлечен и специалист по подводным съемкам Григорий Яблочников.

Юлия Снигирь с Юрой Степановым.

На роль отца-геолога приглашали Евгения Цыганова, но сложный график не позволил ему участвовать в проекте. И тогда появился Владимир Вдовиченков. В роли Гека снимается Юра Степанов-младший, невероятно похожий на своего отца Юрия Степанова, прекрасного артиста «Мастерской Петра Фоменко», 11 лет назад погибшего в автокатастрофе. Чука сыграет Андрей Андреев, снимающийся уже в четвертой картине. Часть трюков ребята выполняли сами при участии каскадеров. Им пришлось переходить через ущелье по переброшенным деревьям. Это было на Урале, где в январе проходил первый блок съемок. Работали в Пермском крае в тайге, на реках и озерах. В некоторые точки можно было добраться только на снегоходе. Дороги расчищали тракторами. К горному озеру путь занимал три часа. Среди персонажей есть даже Хозяйка Медной горы. В натурных съемках участвовали медведь, лошади, козел, волки, которые прошли специальную подготовку, прежде чем стаей бежать за камерой и бросаться на медведя.

Второй блок съемок проходит в Москве. Два дня снимали в Музее поездов на Рижском вокзале, ведь Чук и Гек едут с мамой через всю страну к отцу. А после утренних съемок у Садового кольца группа быстро перебазировалась в новые павильоны на Алтуфьевском шоссе. Они только-только обживаются, и Чук с Геком стали первыми персонажами, которые там появились. Мальчишки тут же забрались по лестнице под потолок выстроенной базы геологов, промчались по коридорам и кухне большой коммуналки. Декорации созданы под руководством художника-постановщика картины Евгения Качанова. В общем, предвкушаем новогоднюю сказку без призраков 1930-х. Никакого ГУЛАГа не будет.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28490 от 4 марта 2021

Заголовок в газете: В Москве появился Дядя Степа... почтальон