Танцы с революцией

«Анна Каренина» довела Кубу до исступления

Что есть Куба в глазах обывателя? Кофе, ром, сигары да старик Хэм (память о котором здесь хранит каждый бар)? Фидель, Че, революция, Гуантанамо? Ну так вот Куба в довершение ко всем своим мифам добавила еще один — театральный. И важно не то, что фестиваль проходит уж в 15-й раз (нынче он посвящен 150-летию со дня рождения Станиславского, и в Кубинском национальном театре свою «Анну Каренину» трижды дает Вахтанговский театр), — событий подобного уровня Остров свободы не знал давно: словами местных театралов, «мы словно заново родились».

«Анна Каренина» довела Кубу до исступления
Вид на Гавану со стороны «антипиратской» крепости.

— Садитесь, — приглашает таксист, — от гостиницы до театра — 6 куков. (Местная валюта, т.н. конвертируемый песо, он лишь в кошельках иностранцев; аборигены расплачиваются параллельными деньгами — мелкими «черными» песо. — Я.С.)

— Но позвольте, — возражают артисты, — вчера это стоило три...

— Три — на обычной машине, а у меня раритет — «Форд» 1951 года выпуска, белый лакированный салон, вот эмблема эмалированная, с утра помыл...

Это верно: львиная доля машин на острове — огромные «Бьюики», «Шеви» и «Кадиллаки» 50-х годов, этакое наглядное пособие, из чего в свое время пошли наши «Победы», «Волги», «Чайки»... Латаные-перелатаные «бомбовозы» чадят, скрежещут подвеской, но едут. Также уютно себя здесь чувствуют наши «Жигули», «Москвичи», «уазики» (на последних гоняет полиция).

— Так, начинаем репетицию! — провозглашает уже в театре постановщик Анжелика Холина. Впервые встречаю режиссера, который столь трепетно ухаживает за своим спектаклем — ездит с ним повсюду: в Тулу, в Смоленск, на Кубу, а что делать? Танец есть танец, тренинг артистам нужен регулярный, постановка-то без слов, где каждый видит свою Каренину, с ужасом наблюдая стилизованное приближение поезда из швыряемых в Анну (актриса Ольга Лерман) стульев...

— Наш спектакль прекрасен тем, что ему не нужен перевод, — комментирует г-жа Холина, — «Каренина» — для чувствующих, и счастье, что на Кубе именно такие люди...

— Для чувствующих и влюбленных, — поправляет ее худрук Театра Вахтангова Римас Туминас. Он в первый же день купил в старом городе зеленую кепи с Че Геварой и объявил себя команданте всех вахтанговцев. Последние это известие приняли с восторгом.

— Вообще страна удивительная, — добавляет народный артист Евгений Князев (Каренин), — теперь понимаю, почему Хемингуэй, умирая, назвал себя кубинцем.

Актриса Мария Волкова, сыгравшая роль Дарьи Облонской, катается на ветвях экзотического дерева.

...В первый же вечер гигантский зал набился битком. Шоу началось еще на улице: живые скульптуры в костюмах данайцев песочного цвета подвезли к стенам театра троянского коня; из жертвенного чрева, как водится, вышел Одиссей, распахнул двери и впустил благодарного зрителя — богемных гаванцев и артистов трупп Бразилии, Франции, Финляндии, Уругвая, Аргентины, прибывших на фестиваль. Звонки символично давали паровозными гудками.

Что смешно: незадолго до гастролей один вахтанговский артист эмигрировал в Германию; вместо него срочно ввели студента 3-го курса подшефного Щукинского училища Павла Техеду Карденаса, рожденного в России, — и что вы думаете? Едва переступив порог отеля, он встретил своих кубинских бабушку и дедушку, о которых отродясь и понятия не имел!

...Реакции на спектакль были живыми и частыми — почти каждый законченный танцевальный рисунок гаванцы награждали аплодисментами.

— Меня все время пытаются отнести к какому-то жанру, — сетует постановщик Анжелика Холина, — не надо этого делать; я свободный художник. Да, у меня хореографическое образование; в 24 года поставила свой первый балет «Медея», была молодая, неопытная... Больше мне ставить в Национальном оперном театре Литвы не дали. Ну что ж, я перешла улицу и оказалась в Национальном... драмтеатре, которым тогда руководил Туминас. С этих пор (начиная с постановки «Берег женщин». — Я.С.) я работаю с артистами как драмы, так и балета вперемежку.

...Холина раскрыла карты: «Анна Каренина» была создана всего за 40 дней и является в некотором смысле мистификацией: всем кажется, что здесь заняты профессиональные танцоры. Но нет — станок за плечами лишь у Ольги Лерман, остальных учили двигаться практически с нуля. «Причем импровизировать они не могут, — добавляет Анжелика, — знают лишь четкий рисунок роли и не более».

«Команданте» Римас Туминас указует путь своим артистам к Национальному театру Кубы.

— Работа безумно интересная, — говорит Ольга Лерман «МК», — мы растем с этим спектаклем и как артисты, и как люди; хотя первоначально я не ассоциировала себя с этой героиней.

— Для вас ее действия оправданны?

— А как можно играть, если ты ее для себя не оправдываешь? Если б она осталась в финале жива, понять ее, наверное, было б сложнее. С ней непременно должно было что-то случиться: она так чувствовала. Я вообще считаю, что с людьми происходит только то, что они хотят. И хорошее, и плохое. Человек вправе менять свою жизнь, и он это должен делать.

— Но освоить роль было непросто?

— Хореографический текст выучить можно, но ведь это не самоцель; другое дело — преподнести этот спектакль именно как драматический, раскрыть характер...

Кубинские театроведы после премьеры во всеуслышание заявили, что это «Театр с большой буквы», «революция в искусстве», «постановка вкуснейшая». «А что вы думаете, — парировал один из организаторов феста с русской стороны, продюсер Давид Смелянский, — на «Анну Каренину» даже в Москве не попасть! Мы вот обсуждали: какой же театр России должен приехать сюда на юбилей Станиславского. Для меня сомнений не было, что на Кубе Россию представят вахтанговцы — один из немногих театров в Москве, находящийся на подъеме в своем творчестве».

 — Хочу заметить, — говорит Римас Туминас, — что «Каренина» — это часть нового процесса в нашем театре, когда появляются и танцевальные спектакли, и вокальные, а также постановки с серьезной музыкальной составляющей... Так и удивляем Москву! Что до Анжелики (режиссера. — Я.С.) — она не только блестяще строит рассказ пластически, но и всесторонне воспитывает актеров: женщины начинают чувствовать себя женщинами, мужчины раскрепощаются, держат осанку, входят в театр гордо... а актер ДОЛЖЕН чувствовать себя гордо! Вон в Москве все такие озабоченные бегали, а тут так расцвели!

...На третьем спектакле случилось невозможное: буквально перед самым началом администрация театра, сломленная зрительским наплывом, была вынуждена открыть еще один балкон, который пустовал чуть ли не с момента постройки здания. «Город наш», — шептали вахтанговцы, видя такой ажиотаж. Особую любовь кубинцев вызвала певица, сопрано Мария Пахарь, — единственный живой голос в спектакле, — она появляется в конце и поет арию Татьяны, в то время как актеры ей рукоплещут, бесшумно потрясая ладонями... При этом стоит она — как на сцене — на высоком, довольно узком брусе...

— Все бы оно ничего, — улыбается Мария, — но на репетиции брус не был хорошо закреплен, и я еле на нем удержалась...

— Великолепно! Исключительно! Поразительно! — кричала публика. — Это просто «вау»! Ну как так можно поставить?

— А надо просто браться за материал, который понимаешь, — отвечала Холина, — тогда все приходит само собой.

Хотя, конечно, и сложности были — как без них? Большая часть декораций (например, городские столбы) делалась прямо на месте (везти их из Москвы просто нереально); красивые хрустальные люстры были сняты из одного реставрируемого театра близ местного Капитолия...

— Мы счастливы, что искусство не имеет границ, — сказала г-жа Гонзалес, директор национального совета по культуре, — хотя, увы, из-за особенностей островной экономики можем принять только тех, кто сам может к нам приехать, ведь средств здесь немного... Но благодаря Театру Вахтангова уровень фестиваля оказался необычайно высоким.

— Мне Куба понравилась своим климатом, — делится впечатлениями Ольга Лерман, — я же в Баку прожила все детство: там тоже нет зимы, тоже дожди...

— А мне Куба чем-то напоминает Советский Союз 70–80-х годов, — говорит Евгений Князев, — вот в этом времени мы и находимся... Мы же помним, когда всё на улицах продавали, стадионы были рынками, новый и старый Арбат были рынками... люди как-то выживали. Вот здесь сейчас примерно то же самое: идешь по центральной улице, и тебя затаскивают то в один магазин, то в другой — сигары купи, ром купи... Не все блещет качеством, но, повторюсь, людям надо выживать. Больно смотреть на полуразрушенные дома. Могу в данном случае пожелать им разумных правителей, которые повели бы их правильным путем. Но... это трудно. И пожелания эти наивны. Да, хочется, чтоб все были счастливы. Но так не бывает. Нигде. Как говорится, и горького не до веку и сладкого не дополна...

— В «Анне» у вас очень интересный образ — вы удивительно органичны среди танцующих артистов, причем ваших же учеников из «Щуки».

— В этом как раз элемент фантастического реализма: жестом и пластикой передается душа. Ведь как вышло? Когда мне только предложили эту роль, я думал отказаться — настолько странным казался образ. Но Анжелика на первой же репетиции прошла за Каренина сцену — объяснение после скачек. Видя это, предо мной неожиданно всплыли слова Толстого — я услыхал их через жест, походку: «Те чувства, которые вы испытали при падении одного из ездоков...» Прихожу домой, открываю Толстого — фраза звучит именно так. После чего я сразу согласился на роль. Преодолевая себя, больную спину... Но так здорово играть с молодыми артистами — это ж будущее Театра Вахтангова. И на них все надежды.

Гавана.