Ни доллара, ни евро

Какой валюте доверить сбережения во время финансовых неурядиц?

Валютный кризис в России не дождался традиционного (как в 1998-м и 2008-м) августа и разразился в конце мая. С начала года рубль подешевел на 14% по отношению к доллару, нефть рухнула на 20%. Проблемы евро и Евросоюза у всех на слуху. Но обычному человеку не до высоких материй, ему бы сбережения сохранить.

Какой валюте доверить сбережения во время финансовых неурядиц?

Не нужно думать, что рубль толкают вниз исключительно Греция и европейские проблемы в целом (помимо Греции есть серьезные проблемы у Италии и Испании). Их влияние не стоит недооценивать, как и замедление темпов роста экономики Китая. Но все это скорее стало той каплей, что переполнила чашу.

А наливалось давно: рубль начал дешеветь по отношению к доллару отнюдь не в середине мая, а еще три месяца назад. И дешевел без перерыва с ускорением. Теми же примерно темпами, как опускались цены на нефть: сначала плавно и незаметно, затем обвально. В результате имеем: цены на нефть опустились от пиковых значений начала года на 20% — и рубль за ними. Сейчас нефть стоит $96,4 за баррель Brent (на пиках начала февраля она стоила $122 за баррель) — обвал на 20%. А рубль опустился до 33,8 руб./$ (в начале февраля за него давали 29,7 руб./$) — падение на 13,8%.

Как видим, картина зеркальная. А то, что рубль по глубине падения к доллару (именно в долларах считается цена на нефть) отстает от нефти, показывает, что нефтегазовая зависимость российского бюджета все же не 100%-ная. Сейчас доходная часть бюджета на 45%, то есть почти наполовину, формируется из экспортных пошлин с нефти и газа.

Еще одним фактором ослабления рубля стал вывоз капитала, о чем говорили глава Банка России Сергей Игнатьев и министр финансов РФ Антон Силуанов. Министр пояснил: «Платежный баланс учитывает потоки как капитала, так и потоки по счету текущих операций, связанных в первую очередь с торговым балансом. Немножко цены на нефть снижаются, по-прежнему еще пока высок уровень оттока капитала» (смотри заметку «Последний звонок рубля» в «МК» от 2 июня).

За пять месяцев вывезли $42 млрд. Холодный, говорят, у нас деловой климат. Но давайте называть вещи своими именами: это не иностранные инвестиции, а деньги наших соотечественников, отмытые через офшоры и вернувшиеся в Россию обеленными. С приходом к власти Владимира Путина борьбу с офшорами, видимо, усилят: Минфин уже предложил конкретные и быстро реализуемые налоговые меры. Вот и побежали.

В результате рубль продолжает падать, причем не только по отношению к доллару, но уже и по отношению к евро со всеми его проблемами. Российские регуляторы сохраняют спокойствие. «Волатильность рубля внутри нашего коридора не является серьезной, она нас устраивает. Механизм валютных интервенций мы не меняли: при достижении верхней границы установленного валютного коридора $500 млн. на 5 копеек», — официально заявил 1 июня Банк России. Напомним, что верхняя граница коридора сейчас — 38,15 рубля за бивалютную корзину, или 35,26 руб./$. Как видим, люфт до планки у рубля (сейчас 33,8 руб./$) пока есть.

Можно, конечно, упрекать правительство в благодушии, маниловщине и отрыве от реальности. В частности, в середине мая Минфин выступил с инициативой пересчитать бюджет по $115 за баррель в отличие от нынешних $100 за баррель. С другой стороны — а что регуляторам делать? Падение нефтяных цен и проблемы евро — факторы внешние, объективные. Повлиять на них ни один волшебник из российского правительства не в состоянии. А спекулятивный капитал, видимо, скоро бежать закончит — как только все вывезут.

Конечно, Банк России мог бы «распечатать кубышку» международных резервов ($524 млрд.) и массированными интервенциями уронить доллар хоть до 28 руб. Только участники рынка не дураки: будет контратака. И приведет это к повторению 1998 года, когда именно так, искусственно поддерживая рубль, резервы и профукали. Напомним, что после этого рубль упал не на 14%, а сразу на 500% за три дня — и потребовался секвестр бюджета. Тяжело плевать против ветра. Как ни прискорбно смотреть на цифры на обменных пунктах, действия российских регуляторов в сложившейся ситуации нужно признать правильными.

А значит, рубль в перспективе 1–3 месяцев будет продолжать дешеветь. Прогноз на «дно» — 36 руб./$. Причем темп падения ближе к достижению минимума будет замедляться (чем ближе к «дну», тем серьезней будет сопротивление российского ЦБ, а резервы он сумел сохранить). Из этого следует, что бежать с мешком затовариваться долларами — поздно. Прибыль обменных пунктов (а меньше чем за 35 руб. наличные доллары уже редко где купить можно) съест всю потенциальную прибыль от такой операции.

Кроме того, есть два «дня Х»: 17 июня и 1 июля. 17-го состоятся выборы в Греции, которые определят финансовую политику многострадального участника Евросоюза (и, в частности, то, останется ли он таковым). А 1 июля вступает в силу нефтяное эмбарго США против Ирана. Не думается, что цены на нефть вернутся к февральским уровням $120 за баррель (тогда намечалось не эмбарго, а война), но на сколько-то, скажем, до $110 за баррель, они вырасти должны.

При оптимистическом сценарии падение рубля после 1 июля должно смениться ростом. При реалистическом (которого я придерживаюсь) — серьезно затормозится. Грубо говоря, с нынешних 2% в день до мартовско-апрельских 0,5–1% в день. Что можно терпеть.

Все же деньги в рублях хранить невыгодно. И станет выгодно не скоро: дай бог, чтобы к первому кварталу 2013 года. Доллар? Возможно, но из-за «фактора 1 июля» рискованно. Тут дело не только в эмбарго, но и в том, что после этой даты США могут включиться в «гонку девальваций», то есть начать аккуратное ослабление собственной валюты. Доллар в последнее время сильно вырос не только по отношению к рублю, но и по отношению к евро. Что США невыгодно, поскольку снижает конкурентоспособность американской экономики. Евро тоже рискован: финансовые неурядицы в Евросоюзе закончатся лишь к концу года. И пока непонятно — чем.

Обычному человеку я бы порекомендовал сейчас разбить сбережения на три примерно равные части. Первую — консервативную — в швейцарский франк. Если у России проблемы с оттоком капитала, то у швейцарцев — с притоком. С мая они ввели отрицательную доходность для иностранных депозитов, то есть теперь за то, что вы храните деньги в швейцарском банке, нужно еще и приплачивать.

Вторую треть — в британский фунт. Эта валюта ведет себя лучше и доллара, и евро, и иены. Не говоря уж о рубле. Показатели британской экономики удивительно стабильны, хотя кризис затронул и ее.

Наконец третью — рискованную — часть можно разбить еще на две или даже четыре части и попробовать поиграть с региональными валютами. Имею в виду китайский юань, казахский тенге, украинскую гривну и белорусский рубль («зайчик»). При снижении цен на нефть гривна и «зайчик» идут вверх, а при повышении растут юань и тенге. Это даст необходимый баланс в рискованной части.

Сюжет:

Финансовый кризис