– Никита, признайтесь честно: вы били Фролова в челюсть?
– Нет. Это такая же ложь, как и многие другие наговоры церковников на Никиту Джигурду. Два года назад они говорили, что Джигурда не раз признавался, что он сатанист, хотя это наглая ложь. Теперь Кирилл нагло врет, что я его ударил.
Конфликт возник по поводу разговора о том, что актрисы и модели, обнажаясь на экране и фотографиях, совершают грех. Типичная средневековая позиция церковников, которые смотрят на мир в лучших традициях инквизиции. Для них любое обнаженное женское тело – уже детище Сатаны.
Они пытались распинать Елену Кондулайнен, мою партнершу по спектаклям, за ее фото, за ее киноработы. Меня не было в студии в этот момент, я наблюдал за происходящим по телевизору. И когда меня пустили в студию, я начал с главного, что считал должным сказать: не тем церковникам, которые нарушают истинные каноны Христа, отступают от заповеди «Не убий», благословляя оружие массового поражения, обвинять актрис за легкие шалости.
Многовековая культура Руси начинается еще с языческих времен, когда обнаженное женское тело почиталось как произведение искусства. И таким поведением: с одной стороны, благословляя оружие массового поражения, а с другой – предавая проклятию обнаженное женское тело, вы умножаете духовную педерастию. Духовную – подчеркиваю. Вот мои слова.
![](https://static.mk.ru/upload/article_images/d3/03/6e/495_20849.jpg)
На что Кирилл сказал: «Cам ты п...рас».
Тогда я подошел, сказал: «Пойдем выйдем. Я тебе объясню другими словами, как нужно себя вести. Я же никого не оскорблял, а ты переходишь на личные оскорбления». Он, естественно, не захотел. Тогда я взял его за шкирку и поволок за пределы студии, где он сам споткнулся. Зацепился за какой-то прибор, упал на пол, сжался в комок.
– И вы ударили его в челюсть?
– Естественно, я его не бил! Мне достаточно было сказать ему: «Держи язык за зубами, не переходи на личные оскорбления». После чего мы вернулись в студию и продолжили беседу.
По логике вещей, если бы я действительно его ударил, он бы никуда не пришел, поскольку просто бы не встал. Я, на минуточку, победил в финале «Короля ринга» подставного кандидата – мастера спорта по боксу. А так он вернулся в студию и продолжил беседу.
– Об оружии массового поражения или об обнаженной женской натуре?
– Церковники пытались сказать о том, что Адам и Ева были изгнаны из рая за грехи. Тогда я напомнил, что Творец создал Адама и Еву обнаженными. И по раю они ходили обнаженными и занимались любовью, ибо Господь сказал: «Плодитесь и размножайтесь». И только после того, как устыдились своей наготы, они ушли из рая. Сами ушли. Никто их не изгонял. Они приобрели чувство стыда и потеряли ту невинность, которая была заложена в них изначально.
– Господин Фролов из беседы не выпадал? За челюсть не держался?
– Конечно! Совершенно спокойно сидел в студии и нормально общался. Поэтому мне удивительно было узнать вчера, что я ударил Кирилла в челюсть, а он после этого остался живым, да еще и вернулся в студию своим ходом. Наверное, это он так решил уже после эфира привлечь внимание...
– К проблемам церкви.
– Хотел бы я посмотреть в глаза Кирилла. Может, он и найдет несколько лжесвидетелей, может, кто-то и встанет на его сторону, но в студии были люди и за ее пределами тоже, которые все видели. Но нет, я слышал, он еще и в суд собирается подавать.
– В Страшный?
– Я думаю, это даже хорошо. Замечательно. Как раз появится лишний повод донести до общественного сознания главную мысль: имеют ли право те, кто благословляет оружие массового поражения, вообще на то, чтобы порицать человеческие грехи. Тем более если таковым называть обнаженное человеческое тело. Я неоднократно говорил: есть мужчины, есть женщины, есть геи, принесшие в культуру очень многое. А есть духовные педерасты, и вот такими действиями – благословением оружия массового поражения и хулой на произведения искусства...
– Да-да, я вас понял.
– На что я тут же получил оскорбление: «Ты сам пидарас». После чего этот конфликт и произошел. Хотя, повторяю еще раз, ни одного даже скверного слова, ни одного матерного, и уж тем более ни одного удара я не нанес.