Результат следствия по катастрофе Sukhoi Superjet вызвал вопросы

«Здесь даже нет смысла рассуждать об ошибках пилотирования»

03.12.2019 в 18:03, просмотров: 15915

Расследование дела по катастрофе Sukhoi Superjet 100 5 мая в «Шереметьево» завершено. Как всегда, виновным объявлен экипаж. Командиру корабля Денису Евдокимову вменяется «нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта», в результате чего погиб 41 человек, еще 10 пострадали. Действительно, вину летчиков за ошибочные действия при посадке отрицать трудно. Но у авиационных специалистов возникала масса вопросов к техническим особенностям самого самолета.

Результат следствия по катастрофе Sukhoi Superjet вызвал вопросы

Но все эти вопросы, похоже, так и остались без ответа. А значит, нельзя исключить повторения подобной катастрофы.

Катастрофа произошла из-за жесткой посадки самолета. В этом, безусловно, есть вина экипажа — подломились стойки, шасси отлетели, стойки вырвали кусок силового лонжерона, расположенного на крыле, где закреплен еще и топливный бак. Из него хлынул керосин, что в результате и привело к пожару и гибели людей.

Обыватель скажет: трагедия, несчастный случай, летчик виноват. Похоже, по такому пути и пошло следствие. Но авиационный профессионал не имеет права на такие простые оценки. Он должен увидеть то, что есть на видеокадрах катастрофы: самолет уже скользит на брюхе, но при этом еще не горит, и только потом загорается. Профессионал не может не задаться вопросом: почему? И поиски ответа его обязательно должны привести к документам, которые в авиации, как принято считать, написаны кровью.

Так, в основополагающем документе «Нормы летной годности самолетов транспортной категории» — в соответствии с его требованиями должны сертифицироваться все самолеты — в разделе «шасси» п.25.721 сказано: «Системы шасси должны быть спроектированы так, чтобы в случае их разрушения из-за превышения расчетных нагрузок на взлете и посадке характер разрушений был таким, чтобы не возникала утечка из любой части топливной системы в количестве, достаточном для появления опасности пожара».

Разве так произошло в «Шереметьево»? Почему профессионалов не насторожил этот факт?

Более того, похожая ситуация уже однажды происходила и тоже осталась незамеченной. Это было в октябре 2018 года в Якутии. Тогда самолет при посадке из-за обледенения взлетной полосы выкатился за ее пределы. В этой зоне шел ремонт, и SSJ 100 наехал шасси на возвышение высотой 15 см. Так же, как потом в «Шереметьево», у машины отломились стойки шасси, SSJ 100 упал, стал брюхом скользить по льду, топливный бак разрушился, и оттуда начало хлестать топливо. Но тогда пассажирам повезло: поскольку самолет скользил по льду, а не по бетону, возгорания не произошло.

Фактически та авария стала предупреждением для шереметьевской катастрофы. Но предупреждения никто не услышал. В материалах расследования якутского ЧП лишь подчеркивались два момента: полосу надо чистить как следует и не садиться на такие короткие ВПП с деактивированным риверсом. И ни слова о стойках шасси, разрушающих при жесткой посадке топливные баки. А спустя полгода случилась трагедия в «Шереметьево»…

- Здесь даже нет смысла рассуждать об ошибках пилотирования, — считает эксперт «МК» (он работает в авиаотрасли и категорически не согласен с результатами расследования, поэтому фамилию его не называем). — Если бы на SSJ 100 выполнялись требования норм летной годности, предъявляемые к гражданским воздушным судам, то все ошибки пилота, которые он совершил, могли бы максимум привести к аварийной ситуации.

В катастрофическую она переросла из-за того, что разрушились топливные баки, чего по требованиям летной годности не должно быть при отделении шасси. Трудно сказать, как сертифицировался этот самолет. Насколько я знаю, то, что шасси отлетают безопасно, доказывалось чисто теоретически.

По-хорошему, сейчас необходимо было бы провести натурные эксперименты, которые должны были доказать, что шасси при жесткой посадке у SSJ 100 отваливаются безопасно, не разрушая топливный бак. А если это не так, то доработать самолет. Задача не такая уж сложная. Она не требует огромных затрат. Для этого даже не обязательно останавливать эксплуатацию самолетов этого типа. Но списать всю вину на пилота, видимо, куда проще. Углубляться в проблему — это не слишком приветствуется, так как косвенно подрывает престиж страны и тех, кто потратил на «пиар» проекта SSJ 100 сотни миллионов бюджетных средств.

…Зато когда из-за технических проблем одна за другой случились катастрофы Boeing 737 Maх 8, пусть и не без сопротивления, но Boeing все же остановил полеты своих лайнеров по всему миру, пока проблема не была устранена. А это, между прочим, 371 машина, а не какой-то десяток SSJ 100, как у нас. И деньги потеряли, и престиж, и стоимость акций компании упала на 2%. Но безопасность пассажиров все же оказалась дороже. Правда, для этого в ситуацию пришлось вмешаться аж самому президенту Трампу и Федеральному авиационному управлению США (FAA).

У нас, похоже, в ситуацию с SSJ 100 вмешаться некому. До следующей катастрофы…

Читайте материал «Российские чиновники захотели снять с себя ответственность за авиакатастрофы»

01:37

Катастрофа в Шереметьево. Хроника событий