- И кто мешал тебе выехать заранее, чтобы полюбоваться городом? - вопрошает собственный разум.
- Ладно, - успокоение находится сразу же. – Следующим летом обязательно вернусь и все посмотрю.
За окном август 2013-го. Летом 2014-го в ходе военных действий Донецкий аэропорт был разрушен, равно как и жизни тысяч мирных жителей.
Дорога на Донбасс
Мой «путь» на Донбасс — от твердого решения поехать до реализации, через тернии различных бюрократических преград и согласований - длился с мая по сентябрь 2021 года. Многовато для расстояния чуть более 1000 километров, скажет кто-то. И я, пожалуй, с ним соглашусь. Но современные реалии непризнанных республик не располагают к туризму. Война длится уже восьмой год.
Залитый утренним солнцем современный аэропорт Ростова-на-Дону, непривычно пустой, по сравнению со столичным собратом, откуда мы взлетели, радушно встретил нас уютными кафешками с дорожными безделушками и ароматным кофе.
- Автобус задержали на границе, - после несколькоминутного телефонного разговора сообщила организатор поездки. – Но волноваться не стоит, просто придется чуть дольше подождать.
После столь многомесячного ожидания это кажется сущей мелочью, которая ни на грамм не может омрачить настроение.
- В Донецк надо? – обращается ко мне молодой рослый мужчина. Я даже не успела понять, откуда он вообще появился.
– Так едем? – расплываясь в широкой улыбке, как у чеширского кота, уточняет незнакомец.
- А сколько стоит? - решая все же не игнорировать, задаю встречный вопрос.
- Семь тысяч, и через три часа вы в центре Донецка, - уверенно отвечает он.
- Прям уж через три? – обещание собеседника кажется мне явно преувеличенными. Я уже слышала не одну историю, как люди только на границе проводят по 4-5 часов.
- Да, - все тем же тоном отвечает мужчина. – Я вас довезу до границы, помогу быстро уладить все бюрократические моменты, а там пересядете в другую машину. У вас основания для пересечения границы есть же?
Я утвердительно киваю головой.
- Вот и отлично.
- А если бы не было, то что? - дух авантюризма подталкивает меня задать этот вопрос.
- То чуть дольше, - вновь расплывается в улыбке парень. - Но все решаемо.
Раскрывать все карты таксист явно не собирался, да и излишнее любопытство с моей стороны выглядело бы странным. Пообещав подумать над его предложением, я вернулась к своим попутчикам.
Спустя час мы уже рассаживались в свой автобус. 200 километров от аэропорта до пограничного перехода «Матвеев Курган» казались какими-то бесконечными, наверно, сказывалась бессонная ночь перед ранним рейсом и возрастающая с каждым часом усталость. В перерывах между попытками поспать я смотрела в окно. Все-таки есть у южной природы какая-то своя особенная ни с чем не сравнимая красота. За стеклом мелькали бескрайние поля подсолнухов. Их когда-то ярко-желтые головки почернели и склонились к земле, как будто скорбя об уходящем лете.
- Зачем их столько сажать, если все равно не убирают? - как будто читая мои мысли, спросила одна из попутчиц.
Конечно, убирают. Просто очередь до поля не дошла.
Границу нам повезло пройти очень быстро. Рядовые формальности - осмотр транспорта, документов, пару вопросов о цели визита. И снова в путь. Чем дальше мы отдалялись от границы, тем чаще то тут, то там в глаза бросались надписи на украинском языке. Старые проржавевшие металлические баннеры с названиями магазинов - словно остатки воспоминаний о некогда мирном сосуществовании братских народов.
Если не убьют, хватит, чтобы ребенка к школе собрать
На улице уже стемнело, когда мы наконец-то добрались до центральной гостиницы Донецка. Кинув вещи, отправляемся в город, времени на длительные прогулки, к сожалению, нет. В Донецке до сих пор действует комендантский час.
- После 23 часов по улицам ходить нельзя, если не хотите проблем с милицией, - объясняет девушка на ресепшене. – Но я бы вам рекомендовала вернуться не позже девяти вечера. Хоть в самом городе и спокойно, но у нас война...
Печально известное кафе «Сепар» на Комсомольском проспекте, где в августе 2018 года в результате взрыва погиб военный и государственный деятель непризнанной Донецкой народной республики Александр Захарченко, единственное из значимых мест города, куда мы успеваем добраться. Портрет народного любимца во всю стену с надписью «Живи свободным, поступай по совести и относись ко всему справедливо». Рядом с мемориальным камнем живые цветы и свечи как доказательство народной любви.
- Знаете, как раньше здесь хорошо было, - делится местная жительница, узнав, что мы первый раз в городе. Наш разговор завязался совершенно случайно. – С работой проблем не было, зарплаты на уровне. А сейчас!? Цены в магазинах почти ваши, московские, а пенсия у стариков шесть тысяч рублей. За квартиру заплати, и что на жизнь остается? Для молодежи с работой тоже беда. Только на шахту или воевать. И то и другое - риск. Шахты-то не ремонтируют уже много лет. Недавно вот случай был, трос оборвался, семь человек погибли. Можно пойти на передовую за 16 тысяч рублей. Если повезет и не убьют, хватит ребенка к школе собрать. Вот и думай. Кто может, уезжают в Россию, потому что нет уверенности в завтрашнем дне. Да и устали люди очень в страхе жить.
Уже в 7 утра следующего дня мы приехали на «Саур-Могилу», где должен был пройти праздник в честь 78-й годовщины освобождения Донбасса от фашистских захватчиков.
Справка «МК»
Саур-Могила - господствующая высота Донецкого кряжа была местом жестоких боёв с июля по сентябрь 1943 года во время Великой Отечественной войны. Второй раз Саур-Могила стала ключевой точкой боёв за Донбасс в июле 2014 года.
Как отмечали местные журналисты, в этом году празднование стало беспрецедентным по составу и количеству участников. Отдать дань памяти героям пришли до шести тысяч человек. Людей было так много, что протиснуться к главной сцене было практически невозможно.
Людей одетых «по-гражданке» по пальцам пересчитать, большинство пришедших - ветераны и участники боевых действий. Много среди гостей и молодежи - юнармейцы и участники различных молодежных движений.
Вдоль центральной аллеи д