Мысли врассыпную

Если жаждешь остаться в Истории, должен сделаться символом чего-либо

Если жаждешь остаться в Истории, должен сделаться символом чего-либо
Рисунок Алексея Меринова

АДСКИЙ МЕХАНИЗМ

Складывается убеждение, что в развитие российской истории изначально заложен (ну прямо как бомба) некий механизм, адская машина, которая при малейшей попытке изменить хоть что-нибудь к лучшему производит щелчок и включает программу, автоматически влекущую самые наинегативные последствия.

ДИКТАТОРА НА ВАС НЕТ

Европа губит сама себя своею же недальновидностью. Клокочет Греция, бунтует Франция, протестует Германия. Лидеры этих и других стран, не в силах справиться с лавинообразно нарастающим потоком проблем, урезают права простых людей, платят им меньше, поднимают порог пенсионного возраста, продляют срок действия АЭС, а население — ущемленное в своих правах — митингует, бастует, разоряет города… В целом это ведет к ослаблению государств Евросоюза. Вскоре они дистрофируют настолько, что их легко возьмет какая-либо строгая держава с твердым политическим курсом. Она без особых трудностей покорит эти неспособные противостоять ей территории, подомнет демократические режимы, и тут свободолюбивые разбаловавшиеся граждане попадут под такую чугунную пяту, что начисто и надолго забудут о забастовках и любых других формах протеста. Не положено будет бастовать — и баста! Так бесславно закончится европейская либеральная эпоха.

КТО В АВАНГАРДЕ?

Удивительное дело: практически все, против кого “МК” выступал в прежнее время, кого он разоблачал и клеймил — не только не ушли из власти, а значительно усилили свои позиции. Что это? Свидетельство неправоты газеты или показатель состояния общества?

СТРАНА ЮБИЛЯРОВ

Живем в стране, которую можно было бы назвать страной Юбилярией. Постоянно что-то празднуем, отмечаем, учреждаем новые памятные годовщины и даты, все профессии охвачены специальными красными днями календаря, никто не обижен и не забыт. Смахивает на благотворительность чохом, всевспомоществование, которое ничего не стоит, поскольку безлико и равнодушно. Но так уж повелось с советских времен — жить от праздника до праздника, от знаменательной даты до следующей, наскоро пролистывая будние, рабочие дни. Промелькивая эдакую досадную рутину, которая вкралась в нескончаемый поток славословий и тостов, в череду гулянок и отдохновений. В прочих странах рабочие будни есть то необходимое, от чего зависит благосостояние и функционирование державы. Не на сладком же сиропе и шампанском работает ее двигатель, приумножающий процветание и благосостояние. Но мы с нашим нефтяным и газовым допингом именно на бурлении праздничного ничегонеделания продолжаем катить по рельсам инерции.

СОЛИДАРНОСТЬ

Кто придумал общегражданскую акцию солидарности — с повязыванием георгиевских ленточек на антенны и прочие выпирающие части автомобилей? О чем свидетельствуют эти повязки? Что они могут доказать и показать? Трогательно наблюдать, как мощный джип с золотисто-черной лентой, сочувствующий, значит, патриотическому порыву, прет, оттесняя так же помеченные этой лентой “Жигули” и “Москвичи”. Да еще как прет, как ломит! Миф о единстве общества и его целостности — хотя бы даже и в подобном пустяковом проявлении — трещит по швам.

НАСТУПИВШЕЕ ПРОШЛОЕ

Мы все глубже погружаемся в прошлое… Прежде пьеса А.Н.Островского “Не было ни гроша, да вдруг алтын” была мало понятна гражданам, населяющим СССР: какие-то нищие на окраине Москвы, закладные на лачуги и взяточники-городовые, которые пьют в воровских притонах… Картинки эти выглядели в советские времена анахронизмом и этакой обличительной агиткой, бичующей проклятое капиталистическое общество. Теперь все, о чем идет речь в пьесе, близко и ясно: разорившиеся и обобранные люди, нищее прозябание, кичащееся богатством ворье…

СИМВОЛЫ

Если жаждешь остаться в Истории, должен сделаться символом чего-либо.

Символом первого в мире социалистического государства. (Угадайте, о ком речь? Правильно, об Ульянове-Ленине, Сталине, Хрущеве.)

Символом страдания за чужие грехи. (Тут мы не ошибемся — Христос.)

Писатель Гоголь стал символом горького смеха. Чехов — интеллигентности. Если бы он попытался отнять у Гоголя скипетр сатирика и на всю жизнь остался Антошей Чехонте, то очень скоро проиграл бы первенство Аркадию Аверченко, куда более ироничному и насмешливому, чем Чехов.

Символы “науки” — Дарвин, Эйнштейн, Менделеев… Да, символов одной темы, одной идеи может быть несколько: “путешественник”, “первооткрыватель новых земель” — это и Колумб, и Васко да Гама, и Дежнев, и Кук. Но при этом каждый должен зарекомендовать себя по-своему, чем-то особенным, а не трафаретно. Повторов и стопроцентно схожих судеб быть не может и не должно. Каждый из богатеев — будь то Рокфеллер, Дюпон, Морган — сколотил состояние по-своему, своими методами и способами. Каждый из поэтов или полководцев чем-нибудь своеобразным да отличился, отклонился от существующего клише.

ЧЕМ ЗАНИМАЕМСЯ?

Вот скажите: если бы существовала угроза, что ваш дачный домик загорится, вы бы стали оберегать его от огня заранее или начали бы тушить, когда он уже вспыхнул?

Ну а тем людям, которым вверена наша страна, — так же плевать на свою личную недвижимость, как и на всю российскую территорию? Впрочем, допускаю, что плевать: пусть сгорит дача, куплю новую, а то и выстрою замок за рубежом, денег хватит.

Поэтому к пожарам мы не готовимся, морозы не предвидим. Чем же, собственно говоря, занимаемся?

АБСУРД И КАЙФ

Нашим руководителям откровенно нравится вершить откровенно абсурдные, никаким смыслом не продиктованные поступки.

А журналистам откровенно нравится стебаться над этими бестолковыми поступками.

Обе стороны получают удовольствие от своих действий и, словно подхлестывая, эпатируя друг друга, взапуски, наперегонки соревнуются в получении кайфа.

Это забавно. И печально.

Но и остальное население тоже, похоже, заразилось ловлей кайфа от абсурдности происходящего.

ЦЕНЗУРА

Прежде цензура свирепствовала — потому что печатное слово имело огромную силу. Отменив цензуру, надо было изобрести что-то ей взамен. И придумали: ее вполне заменила наступившая неграмотность населения и дороговизна книг. Людей отучили читать. Поэтому писать можно что угодно. И как угодно. Мало кто это прочтет. Еще меньше тех, которые смогут понять и оценить написанное.

СЧАСТЬЕ

У женщины счастье, как правило, в замкнутости семьи, у мужчины чаще всего — на стороне.

ФУНКЦИЯ ГОСПОДА

Жизнь порой низвергает достойных и заслуживающих лучшей доли — в униженное положение, таких людей жаль, но все, что реально для них сделать, — пытаться им помочь. Порой для этого хватит дружеского слова, поддержки, порой нужно приложить немалые усилия… Если вы готовы спешить на подмогу — делайте это! Вершите добро (пытаясь подменить собою функцию справедливости, принадлежащую, находящуюся в прерогативе Господа Бога).

КЛЯТВА ЖУРНАЛИСТА

Журналист, когда приходит на работу в редакцию газеты, на телевидение или в радиостудию не произносит никакой присяги, клятвы, схожей с клятвой Гиппократа. Но, конечно, он должен знать, что, выбирав свою профессию, обязан служить истине — чего бы это ему ни стоило и с каким бы риском ни было сопряжено. Он должен отстаивать свою точку зрения, какое бы давление на него ни оказывали. Одним словом, должен занимать ту же позицию врача, исцеляющего человека и общество от скверны. Если же он заботится прежде всего о себе и своих интересах и преуспеянии — он не журналист. Тогда его профессии нужно подобрать другое название. Возможно, из разряда древнейших.