Дело актрисы Марины Голуб: убивший ее водитель настаивает на невиновности, но приговор будет суровым

Сегодня Никулинский суд решит, сколько лет проведет в тюрьме Алексей Русаков

05.08.2013 в 08:57, просмотров: 13179

Сегодня, 5 августа, будет оглашен приговор виновнику ДТП, в котором погибла известная актриса Марина Голуб. Алексей Русаков так и не признал, что его лихачество привело к смерти двух человек. За ходом громкого судебного процесса наблюдала корреспондент «МК».

Дело актрисы Марины Голуб: убивший ее водитель настаивает на невиновности, но приговор будет суровым
фото: РИА Новости
Алексей Русаков

Как уже писал «МК», страшная авария, унесшая жизни 54-летней народной любимицы Марины Голуб и 44-летнего таксиста Дмитрия Туркина, произошла в ночь с 9 на 10 октября 2012 года на пересечении проспекта Вернадского и улицы Лобачевского. Мистика или совпадение, но на машине знакомого «частника» Марина возвращалась домой со спектакля под названием «Смертельный двигатель» в Театре Нации. Свое авто она за месяц до трагедии сдала в ремонт — кстати, тоже после небольшой аварии.

Столкновение «Хендай Соната», в котором ехали Голуб и Туркин, и «Кадиллака», принадлежащего 32-летнему москвичу Алексею Русакову, было такой силы, что таксист и актриса скончались мгновенно. Позже судмедэксперты напишут: «смерть наступила от сочетанной травмы тела» - обоих погибших от удара буквально расплющило. Виновник ДТП, выскочивший на перекресток со скоростью более 100 км/час на красный сигнал светофора, отделался легкими ссадинами и с места происшествия скрылся. Спустя несколько дней он сдался полиции, до этого огорошив всю страну покаянным видеообращением, размешенным в Интернете.

На судебных слушаниях по делу Алексея Русакова не было ни покаянных речей, ни предложений со стороны защиты компенсировать материальный ущерб потерпевшим, как это водится в делах о ДТП, ни, собственно, сенсационных доказательств невиновности подсудимого, на которые намекали его адвокаты в начале процесса. Доводы обвинения прозвучали вполне убедительны: то, что Русаков, значительно превысив скорость, выехал на перекресток на красный свет светофора прямо или косвенно подтвердили несколько очевидцев, а также видеозапись с камеры наблюдения. Доказать обратное защите так и не удалось – во время судебного следствия ни один из свидетелей не рискнул утверждать, что Русаков не нарушал ПДД. Робкую попытку оправдать подсудимого предпринял бывший сотрудник ГИБДД Александр Васильчиков, наблюдавший ДТП из своих «Жигулей». Он хоть и признал, что «Кадиллак» несся со скоростью 110-120км/час, но обвинил в аварии старый светофор, который в автоматическом режиме резко переключается с «зеленого» на «красный» и не оставляет водителям возможности вовремя затормозить.

Слова Васильчикова опроверг случайный попутчик Русакова, который остановил «Кадиллак» недалеко от злополучного перекрестка. Мужчина рассказал, что в сотне метрах от светофора с пассажирского сидения заметил – по перпендикулярному улице Лобачевского проспекту Вернадского начал двигаться поток автомобилей.

- В этот момент я закричал «стой», хотя и видел – избежать столкновения невозможно, - поделился в суде чудом уцелевший Тимур Хайрутдинов.

Именно Хайрутдинова в первые часы после аварии приняли за водителя «Кадиллака», сам Русаков в места происшествия скрылся и пришел в полицию спустя трое суток. По его словам, чтобы доказать свою невиновность.

Но сделать это было не просто. На видеозаписи ДТП, представленной с камер наблюдения проспекта Вернадского, отчетливо видно, что «Хендай Соната» двигается с места через несколько секунд после того, как загорается зеленый. А значит, на стороне «Кадиллака» в этот момент горит красный – документы о ненадлежащей работе светофора в ту ночь следствием представлены не были.

Защитникам ничего не оставалось, как объявить судебный процесс нелегитимным.

На первом же заседании адвокаты подсудимого потребовали возврата уголовного дела в прокуратуру. Причиной послужила неточность в обвинительном заключении – дата смерти погибших расходилась с датой самого ДТП. В документе было указано, что Голуб и Туркин скончались 9-го октября, а авария произошла 10-го.

На исправление ошибки гособвинителям понадобилось два месяца, в результате в заключении написали, что ДТП происходило с 23.55 9-го по 00.03 10-го. Точное время столкновения неизвестно, так как показания свидетелей в нескольких минутах расходятся – да и так ли это, в конце концов, важно? Тем не менее, вопрос времени стал лейтмотивом всего процесса. Едва ли не каждое заседание защита Русакова акцентировала внимание суда на этом противоречии и ликовали всякий раз, когда выяснялось, что ДТП случилось все-таки до полуночи.

Чего именно добивались адвокаты, стало понятно ближе к концу судебного следствия. Защитники заявили больше десятка ходатайств о недопустимости того или иного доказательства. Например, записи с видеокамеры, которая была изъята и приобщена к делу с нарушениями УПК РФ, а посему не могла расцениваться судом в качестве доказательства. Несколько раз адвокаты просили суд назначить повторную трассологическую и автотехническую экспертизу, которые могли бы доказать, что авто Русакова не превышал скорости, а «Хендай Соната» Туркина, возможно, был не исправен. Все ходатайства были отклонены.

После очередного отказа защитники обвиняли судью Валентину Комарову в предвзятости и требовали ее отвода, правда, и тут успеха не добились – председательствующий «самоотводиться» не спешила.

Перечень всех нарушений суда и следствия на прениях занял больше часа. Под занавес адвокат Игнат Яворский напомнил судье, что суд не является органом уголовного преследования, а должен выносить честное и беспристрастное решение, и что с несправедливым приговором, в случае чего, «ей придется жить».

- Возможно, мой подзащитный и виноват, но это не доказано – следствие велось небрежно и с обвинительным уклоном. Можете быть уверены, мы, если понадобиться, дойдем до Европейского суда по правам человека, где докажем, что Алексей Русаков был лишен права на справедливое судебное разбирательство и защиту, - открыл карты адвокат. На оправдательный приговор, судя по всему, защитники даже не рассчитывали, поэтому и собирали жалобы и отказы для вышестоящих инстанций.

А в это время родные и близкие Русакова собирали деньги на оплату работы адвокатов. Вопреки расхожему мнению, что он «мажор», сынок богатых родителей - отсюда и «Кадиллак», виновник ДТП - из простой московской семьи. Машина осталась от брака с предыдущей женой, отец которой занимается бизнесом. На свободе Русакова ждет девушка Вика, до аварии Алексей встречался с ней два года, а в последнее время пара жила вместе и собиралась пожениться. Вместе с братом Русакова Вика открыла в Интернете несколько сообществ поддержки жениха, в них молодые люди размещали просьбы о финансовой помощи.

Мог ли Русаков рассчитывать на снисхождение Фемиды, если бы не струсил – остался на месте ДТП, вызвал «скорую», попросил прощения у потерпевших? Скорее всего, да. Присутствуя на судебном процессе, я часто ловила себя на мысли, что произошедшее, каким бы страшным оно ни было, - трагическая случайность, и каждый, кто садится за руль, теоретически может оказаться на месте Русакова. Только вот не каждый будет столь упорно отрицать свою вину, несмотря на ее очевидность.

В последнем слове подсудимый заявил, что виновным себя не считает. Русаков настаивал на том, что следствием, а затем и судом был проигнорирован тот факт, что в ДТП может быть виноват не он, а погибший Туркин.

- Установлено, что, будучи до 2014 года лишенным водительских прав за пьянку, Туркин ездил по поддельным документам. И не просто купленным в Интернете, а по правам на имя сотрудника полиции… То есть, уже сев за руль, он нарушил ПДД, но судят за ДТП меня. Разве одного этого не достаточно, чтобы считать виновным его? – негодовал Русаков.

Действительно, Дмитрий Туркин в ту ночь управлял «Хендай Соната» по поддельным правам. Документы принадлежали 45-летнему подполковнику ГУ МВД РФ по Свердловской области Алексею Чупракову. Не исключено, что права попали к мошенникам после автокатастрофы, в которую некоторое время назад угодил полицейский.

- Конечно, мне по-человечески жаль погибших и их родственников. Но получается, что я виноват потому, что остался жив? – обратился Русаков к суду и участникам процесса. На этот вопрос предстоит ответить судье Валентине Комаровой.

Смягчающих обстоятельств в деле нет – подсудимый в содеянном так и не признался, его в приход в полицию как явка с повинной не рассматривается, потому что случился уже после того, как полиция объявила Русакова в розыск. Прокурор Ксения Балабан попросила признать его виновным и назначить наказание в виде 6,5 лет лишения свободы в колонии общего режима. Это на полгода меньше максимальной санкции, предусмотренной ч. 5 ст. 164 УК РФ, по которой было предъявлено обвинение. Скорее всего, суд согласится с просьбой гособвинителя.