Майор Дымовский: "Я победю"

Разоблачитель отметил День милиции новыми откровениями

Пресс-конференция майора милиции Дымовского, прошедшая во вторник в Москве, поставила рекорд по количеству собравшихся журналистов. Последний раз такое было в 1996 году, когда пресс-конференцию давал уволенный с поста главы Совбеза Александр Лебедь. Впрочем, особых откровений от Дымовского так и не дождались: он более развернуто повторил то, что уже содержалось в его видеообращениях, и опроверг домыслы о “связях с Западом”.

Пожалуй, наиболее трогательным был рассказ о том, что же сподвигло Дымовского на обращение к премьеру. Вот что он поведал. У него есть приемная дочь Дианочка. У Дианочки есть компьютер. А у самого Дымовского компьютер сломался. Ему нужно было делать какую-то срочную работу — они проводили операцию по изъятию наркотиков. И он попросил у дочки компьютер. Дочка, конечно, дала его, он этот компьютер отнес к себе на работу. Несколько дней милиционеры на нем оформляли свои внутренние документы. Потом дочка стала просить компьютер обратно, и Дымовский вместе с ней поехал на работу забирать его. “Идем с дочкой по коридору. У меня в руках монитор, у нее провода. Нам навстречу — мой начальник, говорит: куда несешь компьютер? Я ему объяснил, что компьютер дочкин, я его брал, теперь отношу домой. Он кивнул головой, мы вышли из здания, подошли к остановке. И тут за нами выскочил дневальный и стал кричать, чтоб я вернул компьютер обратно. “Не имеешь права выносить! Где документы, что ты его заносил?!” Компьютер отобрали, мне велено было сделать справку у зама по тылу. И все это было, конечно, ужасно неприятно, тем более что такое унижение происходило на глазах у дочери”.




О чем еще говорил Дымовский

Про компромат на начальство: “У меня есть 150 часов общих записей, вот диктофон, я его надевал на шею, приходил в УВД, включил и ходил разговаривал”.

Про поддержку коллег: “Говорят, что коллеги против меня. Это неправда. Мне звонили, говорили, что за меня собирают подписи… Мне на телефон могут писать все, кому есть что сказать. Например, из Якутии Саха написали: “Мужик, на 400 тысяч, держись, можем подъехать”… За мной уже Черных Сергей, Рязанов, Дьячков и Черноситов — но он пока не готов, пошутил”.

Кстати, близкий друг Дымовского, бывший до 2007 года начальником угрозыска ОВД Восточного района Новороссийска, Андрей Нарваткин подтвердил правоту майора. “Все так, как он говорит. Меня вызывали к следователям и заставляли подписывать бумаги, что слова Дымовского вранье и клевета, но на самом деле я полностью с ним согласен. Несправедливость полная в нашем новороссийском УВД. Мне наплевать на себя, но я опасаюсь за жену. Я сам уволился в 2007 году из-за бесправия и беспредела со стороны начальства — мне вынесли три несправедливых взыскания”, — сообщил Нарваткин.

Как получил звание майора: “Начальник Черноситов сказал, что присвоит звание майора, если я сфабрикую дело против Михаила Лышика. Я дал слово, что постараюсь, но не давал слова офицера. После этого в течение месяца каждое утро я приходил к Черноситову и рассказывал о том, что мною сделано. Но на самом деле ничего реального я не делал. Потом позвонили знакомые, сказали: вам присвоено звание майора. На следующий день я зашел к Черноситову и сказал, что этим делом заниматься не буду”.

О влиянии Запада: “Честно скажу, с иностранцами два раза встречался. В Амурской области на рынке. И в 5 лет, когда меня бабушка возила в Днепропетровск”.

Кстати, милицейские начальники обращают внимание на близость Дымовского к новороссийским правозащитникам супругам Карастелёвым, деятельность которых якобы спонсирует агентство США по международному развитию. “Мне очень жаль, что у милиции такая скудная выдумка. Могу сказать, что с 2004 года наша организация “Новороссийский комитет по правам человека” не получила вообще ни одного гранта. Просто в МВД нечего сказать о проблемах, которые поднимает Дымовский. Люди у нас работают на общественных началах и зарплату не получают”, — сказал “МК” Вадим Карастелёв.

О первом обращении к президенту Путину: “В 2006 году что-то на работе случилось. Пришел домой, думаю: дай позвоню. Наивный был. Вдруг прорвусь. Сначала девушке по телефону сказал, что хочу встретиться с Путиным. Она сказала, что встретиться нельзя, но я могу задать свой вопрос, и, возможно, тогда он мне назначит встречу. Тогда я представился и задал свой вопрос: “Когда закончится ментовской беспредел в Амурской области?” Она замолчала на две минуты. Я даже думал, что она отключилась. Но потом она попросила повторить мою должность и фамилию. И все”.

О первом конфликте на службе: “Я служил участковым в Амурской области. Меня там звали Анискин, потому что я ночевал на участке. Оттуда я перевелся на Кубань из-за конфликта с начальством. Дело в том, что мне пришлось применить оружие против своего коллеги — сотрудника милиции. Он был пьян, пошел на меня с какой-то железякой в руке, и, чтобы остановить его, мне пришлось стрелять поверх его головы”.

ЦИТАТА ДНЯ

“Мы никого покрывать не будем. Это касается и тех, кто давно превратил службу в правоохранительных органах в криминальный бизнес, а значит — предал МВД. И таким людям не место в наших рядах. Центральный аппарат ведомства организовывает и проводит многочасовые совещания, дает поручения, печатаются новые инструкции. Мы всегда проводим внутренние расследования, не упуская из виду ни одну историю, но даже этого порой бывает мало”.

Рашид НУРГАЛИЕВ, министр внутренних дел РФ

МЕЖДУ ТЕМ

В День милиции, 10 ноября, в Екатеринбурге были объявлены лауреаты антипремии “Золотой Евсюк”, сообщает сайт “ЕкатеринбургNEWS”.

Лауреаты премии, названной в честь майора милиции Дениса Евсюкова, были выбраны среди самых “отличившихся” за год сотрудников свердловской милиции. Отбор проводился по публикациям в СМИ о правонарушениях, совершенных милиционерами. Одним из номинантов на премию является начальник ГИБДД Свердловской области Юрий Демин, который в начале года ударил фотокорреспондента, работавшего на акции против повышения пошлин на иномарки.