Целые сутки на полет

Роман РУСИНОВ: «Предпочитаю мужские трассы!»

02.12.2012 в 20:26, просмотров: 2672

Добрый знакомый «МК», московский автогонщик Роман Русинов, долго искал себя: пробовался в разных дисциплинах, где-то разочаровывался, где-то не повезло по разным причинам. Сейчас 30-летний Роман нашел, что искал. С нынешнего года он выступает в совершенно новом мировом чемпионате по длинным гонкам WEC за команду G-Drive Racing by Signatech Nissan. В июньской культовой гонке «24 часа Ле-Мана» только прокол колеса стоил его экипажу призового места в классе, а вот на укороченных «6 часах Сильверстоуна» россиянин и два французских партнера стали третьими в категории LMP2, и это стало лучшим результатом для нашего автоспорта! Чтобы не отвлекать Романа от настройки автомобиля и персонального настроя, я пообщался с ним понемногу, но дважды — и накануне гонки, и после нее.

Целые сутки на полет
Машину пилотирует Роман Русинов.

СПРАВКА "МК"

WEC расшифровывается как World Endurance championship, то есть мировой чемпионат на выносливость. Пилоты разных классов стартуют все вместе большим пелетоном, у них есть общий зачет, но главная борьба происходит внутри классов. Команда Романа Русинова выставляет два экипажа в классе LMP2, что происходит от «Ле-Ман прототип». У LMP1 — другие конфигурации болидов, они гораздо быстрее на трассе. Дебют экипажа, о котором пойдет речь, состоялся на марафоне «6 часов Спа» в Бельгии. Напарниками Русинова по экипажу стали два француза — Пьер Рагг и Нельсон Панчьятичи.

— Ты недавно сказал, что «Формула-1» для тебя перестала существовать. Если честно, был поражен таким откровением, раньше ты стремился попасть именно в королевские гонки.

— Мне стало неинтересно. У нас есть молодые пилоты, которые в «Ф-1» еще громко скажут о себе. Виталик Петров молодец, претендовал на подиумы в прошлом году, но в этом у его новой команды нет результатов. Пилот он очень хороший, и мне не нравится то обстоятельство, что все решает машина. За Lotus он бы как минимум одну гонку в текущем сезоне выиграл.

— 10 лет назад мы в разговоре поднимали вот такую тему. У России есть таланты, но не отлажена система, нет денег. Сейчас в Сильверстоуне было представлено множество гонщиков под российским флагом, в том числе и в Мировой серии Renault. Они уже добились своего. Какое должно быть поступательное движение вперед, чтобы закрепиться в мировом «топе»?

— Вопрос очень сложный. На моем примере. Я, когда был маленький, записался во Дворец пионеров. В картинг. Мне сказали: «Рома, прекрасно! Вот группа из 30 человек, вот вам один карт в разобранном виде. Собирайте, через 3 месяца, дай Бог, будут запчасти, вы его соберете — и тогда кто-то из вас, может быть, покатается. У меня ничего не получилось. Это было первое разочарование в автоспорте. Тогда даже проката еще не существовало. Но появился Интернет. Я интересовался гонками, переводил иностранные журналы. И наткнулся на конкурс, который можно было выиграть. Я записался как русский человек и выиграл право участия в гонке. Сейчас другие времена: например, есть академия, которая дает шанс геймерам отобраться в конкурсе. Победитель поедет со мной на «24 часах Дубая».

— Можно ли теперь сказать, что ты нашел, что искал?

— Я выбрал себе путь. Это «24 часа Ле-Мана», самая, на мой взгляд, важная гонка планеты. Самая зрелищная. В Монако на формулический Гран-при приходят 120 тысяч зрителей, а здесь — 300 на целые сутки. Здесь разные классы, разные машины. Сложная борьба. У нас все продолжается 24 часа, а не полтора. Есть разные направления. Audi, например, никогда не интересовалась «Формулой-1», но зато использует Ле-Ман, демонстрируя передовые технологии.

Роман Русинов — третий справа.

— Выходит, это целый мир, а не просто гонка?

— Чемпионат мира, который сделали с 2012 года, это одно. Но когда заканчивается Ле-Ман, я через час уже готовлюсь к тому, как мы с партнерами поедем на следующий год. Как построим там стратегию. И все остальные гонки — это способ набраться опыта, но все равно они созданы для подготовки к июньскому событию во Франции. Например, мы поняли, почему во Франции у нас разорвалось колесо. Сейчас мы столкнулись с такой же проблемой здесь, но упредили неприятность.

— Датчиков на ваших болидах порядка сотни. И механик может изменять параметры, верно?

— Да, когда машина заезжает в боксы. Это математическое уравнение, привязанное к тому, что говорит пилот. Когда мы приехали в Сильверстоун, не предполагали, что на мягком комплекте сможем проезжать не более 10—15 кругов. Потом — нехватка сцепления задней оси. В прошлом году ведь этого явления не было! И мы принимаем решение, настраиваем машину. Единственный выход — поставить покрышки «медиум» или «хард». А то, что посчитает компьютер, — совсем в другой плоскости.

— Ты все время упоминаешь Ле-Ман. Но Сильверстоун, где мы сейчас разговариваем, — это тоже легендарная трасса. Гонка жива с 40-х годов, здесь Кеке Росберг установил рекорд скорости круга, который, наверное, не будет побит никогда.

— Если честно, мне очень нравилась старая трасса. Я обожаю поворот Bridge, место, где ты на скорости оттормаживаешься, а впереди у тебя только бетонные стены. Мужская такая трасса была, под стать Росбергу-старшему. Теперь первый поворот ты проходишь почти на максимуме, но у тебя есть зоны безопасности. А в Ле-Мане безопасности никакой нет. Это сеть дорог, некуда эти поля разместить. Конечно, и у Сильверстоуна есть своя харизма. Кольцо есть кольцо.

— Огромное количество машин. Эта плотность — плюс или минус?

— У нас в одной секунде 12 автомобилей. Плотность борьбы в нашем классе очень большая. Это постоянные обгоны и борьба без остановки. Думаю, плюс.

— Что интереснее — постоянное сражение или если ты едешь в одиночку в предрассветном Ле-Мане, спокойно так?

— На рассвете? Один? Спокойно? Картина, которую ты рисуешь, — идиллическая. Dream, как сказали бы здесь англичане. Спокойно не бывает. С каждым кругом что-то новое. Либо какой обломок, либо щебень, либо песок. Либо тебе приходится кого-то обгонять, либо тебя атакуют. Потому что в длинных гонках на рассвете все внезапно просыпаются и чувствуют себя очень быстрыми. А это обманчивое ощущение. А когда огромное красное солнце встает над горизонтом… Не передать словами!

— Что ты ждешь от мирового автопрома на основе Ле-Мана? Каких еще новинок?

— На сегодня — гибридов. Наверное, ты удивлен болидом E-Tron, который здесь едет почти бесшумно, чего никогда не было в автоспорте. Но, с другой стороны, никто же не раскрывает своих секретов, это потом производители говорят: вот, какие мы хорошие! А пустят в серию — и мы поймем, что эти технологии пришли из Ле-Мана. Как в свое время было с кнопкой зажигания. Ее ведь специально придумали, чтобы на старте времени не терять, в ту эпоху, когда пилоты, словно заправские спринтеры, неслись к своим машинам.

— Момент смены пилотов отлажен?

— Да, мы тренируем момент быстрого покидания автомобиля и быстрой же посадки в него. Например, пилоты у нас не совсем одинаковые по габаритам, но мы решили сидеть в одном сиденье, которое устраивает всех троих. Компромисс, который экономит 5—7 секунд. Времени для дозаправки и замены резины достаточно, чтобы поменяться за рулем

— Не бывало ли с ремнем безопасности казусов?

— Бывают постоянно. Знаешь, очень сложно выиграть две десятые секунды на круге, но зато так просто потерять 5 секунд во время пит-стопа — скажем, на гайке, которая не раскручивается! Но средняя разница времени пит-стопов у всех команд — не более секунды. Представьте: в течение 24 часов!

— Французы непростые люди, в том числе и в автогонках. Уживаешься?

— Все здесь ради одной цели. Если мы работаем хорошо, нам не нужны притирки. Я не обращаю внимания на мелочи в поведении напарников. А вместе со всем персоналом у нас человек 50 набирается!..

— Роман, как оценишь свой успех в Сильверстоуне?

— Скажу так: мы третье место планировали, но не ожидали. Вот машина была подготовлена идеально. Сработала хорошая тактика пит-стопов. И ведь мы проиграли именно тем, кто победил в Ле-Мане. Мне удивительно, как им удалось разыграть гонку всего в 6 остановок. Мы хорошо менялись, пилотировали в хорошем настроении. Сначала взяли твердые покрышки, с квалификации, но потом, когда трасса сама покрылась слоем резины, пересели на мягкую. И прекрасно доехали!