Как выжить в Южной Африке

Илья Казаков, телекомментатор — специально для “МК”

Порой мне кажется, что это совершенно другая Южная Африка. Не та, про которую я сам читал в Интернете, газетах, журналах, слушал по радио и видел по телевизору.
Илья Казаков, телекомментатор — специально для “МК”

Я уезжал сюда чуть ли не как в район боевых действий, а живу в совершенно спокойной стране. Где, конечно, действуют свои законы, в том числе законы выживания. Но здесь совсем не страшно. Хотя нас, журналистов, изначально пугали.


Первые сообщения с Кубка мира напоминали сводки криминальных новостей: этих ограбили, тех обворовали. У одного из коллег в супермаркете стащили ноутбук прямо из тележки. У других вскрыли машину и вытащили все что только можно. Третьи проснулись от того, что к их голове был приставлен пистолет.


Разумеется, все это было. Но либо журналисты с болельщиками научились быть внимательными в ЮАР, либо местные власти решили один из самых больных вопросов на Кубке мира — связанный с безопасностью.


Здесь у приезжего человека другая проблема. Тут скучно. Очень скучно. Некуда пойти в свободное время. На других турнирах всегда существовала альтернатива пребыванию в пресс-центре или отеле, сейчас ее нет. Поэтому медиацентр всегда забит под завязку. В нем смотрят футбол, обедают и ужинают, ну и работают, конечно.


Французские коллеги, с которыми мы разговорились на днях, повторили наши впечатления слово в слово: “некуда пойти”. Это не то знаменитое “некуда пойти” из Достоевского — в их фразе удивление, а не претензия. Специфическая страна, специфический чемпионат мира. Точно так же, как в Южной Африке, существуют в большом количестве специальные зоны, огороженные колючей проволокой, по которой бежит ток высокого напряжения, где для белых граждан созданы восхитительные условия для жизни, здесь искусственно выращены футбольные и медийные пространства. За такими же заборами под присмотром пусть не бдительной, но все равно охраны команды тренируются и играют в футбол, а журналисты работают, не заботясь о своей безопасности. И ЮАР, которую ты видишь в рамках одного и того же ежедневного маршрута, прислонившись к окну автомобиля, выглядит страной особой, где при соблюдении необходимых правил ты застрахован от неприятностей.


У Пелевина в одном из романов есть емкий образ: писатель уподобляет некий объект золотому смесителю в ванной нищего. Футбол в Южной Африке сродни этому самому смесителю. Уже столько раз доводилось слышать риторический вопрос: вот закончится Кубок мира, что будет тогда с этими красавцами стадионами, которые надо держать в порядке, обновлять, ремонтировать и грамотно использовать? Действительно ли мундиаль сможет повлиять на развитие футбола в стране, да и на всем Черном континенте в принципе? Так, чтобы повысился уровень организации матчей, уровень профессионализма всех служб, задействованных на них.


Ох, не знаю. Хорошо, если так.


Но в отеле, где мы живем, любой вопрос вызывает у тех, кому он адресован, ступор. Если ты хочешь оплатить Интернет в номере или поменять электронную карточку от входной двери, будь готов как минимум к десятиминутному ожиданию. Здесь нельзя закладываться только на себя, на свои действия и планы — всегда следует учитывать посторонние факторы. Надо только научиться воспринимать все это как нечто неизменное, что было до тебя и будет, когда ты вернешься домой.


Поэтому уже не смешно и не грустно, когда ты видишь, как люди проходят через рамку металлоискателя на стадионе или в пресс-центре, она звенит, а секьюрити с волонтерами не обращают на звон никакого внимания. Но если ты спросишь у них дорогу, каждый с готовностью бросит свой пост, чтобы помочь незнакомому человеку. И точно так же каждый южноафриканец, с кем ты пересекся хоть на минуту, обязательно начнет разговор с вопроса о твоих делах и радостно рассмеется, услышав в ответ “неплохо”.


Что ж, для Южной Африки этот Кубок мира — действительно праздник. Страна получила не только отличные стадионы и возможность увидеть своими глазами лучшие сборные мира, но и дополнительный заработок, что для большинства населения гораздо важнее. Один коллега подарил темнокожему парню на память сторублевую купюру — тот обрадовался, спросил, сколько это будет в переводе на ранды. Услышав: “двадцать пять”, помчался к другим россиянам предлагать выгодную сделку — менял подарок на 20 рандов. И честно объяснял: на эти деньги он сможет пообедать.


Такие истории и запомнятся, а не страшилки про безопасность. Хотя лучше, конечно, не терять бдительность.