О подвигах, о доблести, о славе!

Русско-турецкая война в Историческом музее

1 марта 2012 в 17:59, просмотров: 5771

Сегодня открывается необычайная выставка гравюр в Историческом музее. На гравюрах — эпизоды Русско-турецкой войны 1877—1878 годов.

Что мы о ней знаем? Почти ничего, даже покупатели сигарет «Шипка» с трудом представляют себе, что это, где это, когда, почему. И у немногих в сумерках сознания брезжит туманная фраза «На Шипке всё спокойно» и всплывает занесённый снегом мёртвый русский солдат.

В результате той войны появилось независимое государство Болгария, а русская армия покрыла себя неувядаемой славой. О сражениях рассказывали тогда не только газетные статьи, но и гравюры. Сто лучших (из собрания известного русского коллекционера) теперь в Историческом музее.

Публика впервые увидит недавно найденную (публикуемую здесь) уникальную гравюру «Чудесный обед генерала Скобелева под неприятельским огнём». Это август-сентябрь 1877 года; генерал с офицерами за столом в центре, на столе бутылки, справа палатка, откуда несут закуску, слева и на заднем плане русские пушки, а прямо на стол в качестве горячего летит турецкое ядро; и генерал Скобелев с улыбкой показывает на него товарищам по застолью.

фото: Кирилл Искольдский
Чудесный обед генерала Скобелева под неприятельским огнем.
Справка МК Подпись к гравюре

Война быстро выдвинула вперед одного из наиболее симпатичных и талантливых наших генералов М.Д.Скобелева, имя которого было грозою для хивинцев и кокандцев. В последних сражениях под Плевной слава Михаила Дмитриевича еще более увеличилась. Солдаты говорили: «где Скобелев там победа» и турки боятся белого генерала, который нагнал на них суеверный ужас, так как до сих пор он выходил невредимым из самого сильного огня. Личная храбрость и геройство М.Д.Скобелева с каждым днем увеличивают его популярность. К одному из многих геройских его подвигов и чудному хладнокровию к опасности можно отнести и изображенный на картине обед, когда кругом то разрываются бомбы во время шума граната, герой спокойно оканчивает свое занятие.

…По этим гравюрам историк может изучать политику второй половины ХIХ века. Можно изучать военную форму — ментики, выпушки, петлички. Географ получит бесценные сведения о рельефе местности. Художник оценит (скептически) светотень и перспективу. Коллекционер — стоимость, редкость, сохранность (сгибы и трещины на листах). Каждому своё. А мы, зрители, видим совсем другое.

Подвиг, доблесть, слава… Из этих трёх сохранилось два: слава — в минуте сомнительной ТВ-славы; подвиг — в репортаже с футбольного матча, реже — с пожара.

Слово «доблесть» исчезло, хранится в словарях с пометкой «устар.». А вот она, доблесть, на гравюре «Чудесный обед».

Зачем эти славные, весёлые, блестящие (возможно, богатые) офицеры обедают под обстрелом — чёрт их знает. Это доблесть. А может быть, и ещё кое-что.

Важно, что шпионы и прочая дрянь — исключаются. Они всегда находят предлог уклониться от такого развлечения. За этим столом говори что хочешь, хоть бы и про государя-императора. Ибо люди, способные есть и пить под артогнём, — люди благородные.

Если бы не форма, гравюру легко можно было бы принять за иллюстрацию к «Трём мушкетёрам». Именно в этом романе Атос, Портос, Арамис и д'Артаньян специально устраивают обед под огнём врага, чтобы без помех поговорить о родном кардинале Ришелье и прочих безобразиях. Возможно, генерал Скобелев читал Дюма и доблестно воплотил в жизнь.




Партнеры