Марат Гельман порывает с арт-рынком

Ведущие галереи современного искусства готовятся радикально сменить формат

10 апреля 2012 в 21:17, просмотров: 16308

В мире современного искусства переворот: два самых раскрученных бренда — «Айдан Галерея» и галерея Марата и Юлии Гельман решили, по их словам, «трансформироваться». Что это значит — пока до конца никто не понимает, однако художники и галеристы уже сплетничают, паникуют и сожалеют. Ведь переформатирует свои площадки ни абы кто, а законодатели на рынке современного искусства. Два десятка лет именно они решали что актуально, свежо и ново, и вдруг на тебе — чуть ли не уходят из бизнеса.

Марат Гельман порывает с арт-рынком
фото:
Марат Гельман

Суть слухов в двух словах следующая: Марат Гельман и Айдан Салахова решили покинуть «Винзавод», чтобы открыть свои галереи в новом пространстве, по формату и размерам «Винзаводу» ни в чем не уступающему. «МК» выяснил, что у самой популярной арт-площадки должен появиться конкурент — галерея «Триумф». Она сейчас занимает два вместительных пространства — на улицах Ильинка и Новокузнецкая, но вскоре собирается перенести их в новую арт-зону.

— Мы и правда собираемся открыть новое большое пространство, — признался «МК» Дмитрий Ханкин, один из совладельцев «Триумфа», — но вообще-то, это пока секрет. Это старое место, но оно будет сильно перестраиваться. Будет готово не раньше следующего года. Но Айдан и Марат тут не при чем. Айдан приняла решение, что тут сделаешь? Я не только уважаю Айдан, но дружу с ней, и понимаю ее решение, понимаю почему...

— И почему же?

— Потому что мы живем в такой стране. Потому что у нас нет рынка. И потому, что это личная история: Айдан 20 лет в этом бизнесе, и она устала.

Сама Айдан Салахова, равно как и Марат Гельман, пока от комментариев отказываются, ссылаясь на общую пресс-конференцию, назначенную на 23 апреля. Однако Юлия Гельман, супруга Марата и директор галереи M&J Guelman, несколько прояснила ситуацию:

— Все «на ушах» от того, что Айдан и Гельманы чуть ли не уйдут с Винзавода.

— Подробно комментировать это я не могу, потому что какие-то вещи мы еще сами для себя не сформулировали, но суть, которая станет началом большой дискуссии, такова: в связи с ситуацией на арт-рынке мы будем трансформироваться в более некоммерческую сторону. Просто из-за отсутствия «коммерческих сторон» в нашей стране.

— А что конкретно вас не удовлетворяет?

— Коммерция и арт-рынок находятся в России в совершенно неудовлетворительном состоянии. Его практически не существует.

Марат Гельман и Айдан Салахова

— И вашим попутчиком сейчас стала Айдан Салахова?

— Вы знаете, у всех есть свои причины, но, видимо, условия вокруг созрели одинаковые и вызвали желание трансформироваться.

— Но здесь ни при чем новое руководство «Винзавода»?

— Да нет, абсолютно милейшее руководство. Пантелеева умная, понимающая женщина, это не связано с ней никак.

— Но вы останетесь в рамках «Винзавода»?

— Да, сами пространства остаются. Но галереи превратятся во что-то другое.

— Называться будут иначе? Слышали про шоу-рум...

— Нет, шоу-рум — штука не менее коммерческая, чем сама галерея.

— Обычный читатель, не втянутый в тусовку, спросит: а на что жить, как деньги зарабатывать?

— Вот и мы и хотим спросить: на что жить и как деньги зарабатывать? Это затруднительно в нашей стране...

Ясно одно — «трансформация» станет не столько маркетинговым ходом, сколько поводом для серьезной дискуссии о состоянии арт-рынка. Уж если такие титаны современного искусства, как Гельман и Салахова, решили перейти в некоммерческое русло, то чего ждать от остальных? Неужели актуальное искусство так плохо продается? В поисках ответа на этот вопрос мы позвонили известной художнице Анне Жёлудь (многие тут же вспомнят ее объекты из металлических прутьев), год как ушедшей из галереи Айдан Салаховой:

— Я покинула галерею, просто поняв, что лучше уж сама как-нибудь справлюсь — толку от этого сотрудничества не было. Хотя со стороны всем кажется, что у художника, раз он «при галерее», всё замечательно. Но моя практика такая: дважды у Айдан выставлялась, заказов не было вообще, были лишь несколько продаж моих инсталляций с ярмарок в 2007-08 году. А потом всё замерло. Особенно никто мною и не занимался. Даже сейчас, став свободным художником, обнаруживаю, что люди проще ко мне обращаются, чем когда это было через галерею: людей порой напрягало незнание — с какого бока подойти, как с Айдан связаться, какая тут этика-политика...

— И как для вас ситуация поменялась после Айдан-галереи?

— Больше ни в какие галереи я не пошла. Был период замирания, теперь выставляюсь в фонде «Эра».

— А насколько вообще рынок современного искусства наполнен покупателями?

— У нас есть 20 коллекционеров, которые в состоянии что-то приобрести. Фанатично что-то собирают. 20 человек на всю Москву.

— Эта цифра не с потолка?

— Нет, не с потолка. В целом у меня такое ощущение, что никому ничего не надо. Убеждена, что художник, который хочет заниматься современным искусством, может существовать и развиваться исключительно на меценатские и спонсорские деньги. Всё теплится и зиждется на тех, кто художникам помогает.

Судя по опыту Анны Желудь, выходит, что сегодня художники существуют только на пожертвования. Но Александр Шабуров, лидер группы «Синие носы», которая много лет сотрудничает с галереей M&J Guelman, с ней не согласен. У него — другой метод продавать свои творения.

— Продажа работ художника напоминает сетевой маркетинг. Художник делает проект, а потом проводит выставку в десяти галереях в разных странах. Дальше галереи продают два-три года эти работы, — сказал г-н Шабуров «МК», — галереи — такие же живые образования, как и люди. У них бывают более и менее активные периоды. Галереи и галеристы эволюционируют. Я помню времена, когда для владельцев галерей арт-бизнес был хобби. Потом настал период самоокупаемости. А перед кризисом ходило много свободных денег и галереи стали фондами, под которые состоятельные люди давали средства, а те их расходовали. А Марат... он сейчас директор Пермского музея современного искусства, его интересуют масштабные проекты.

— То есть нельзя сказать, что российский арт-рынок в кризисе?

— Это все надумано. Искусство никуда не делось — может источники финансирования стали меньше, ряды частных покупателей поредели, зато проходят большие проекты. Ими и занимается Марат. Он новатор и экспериментатор. По его действиям не стоит судить о состоянии рынка.

Действительно, Марат Гельман практически отошел от дел в M&J Guelman. Он занят Пермским музеем современного искусства PERMM и Пермским центром развития дизайна. Поэтому некой пикантности добавляет комментарий крайне популярного и как раз хорошо продаваемого художника галереи Гельмана Гоши Острецова, намекающего на государственное присутствие:

— И Марат, и Айдан уже более 20 лет занимаются арт-процессом, для них это всё настолько живое и родное, что они, конечно, не смогут от этого отойти. А уж как их детища будут называться... кто какую форму себе выберет. Я ничего толком не знаю. Могу лишь предполагать. У Айдан всегда дела шли шикарно. У Марата после того, как он как личность покинул галерею и ушел в политику, дела стали хуже (в смысле искусства, работы с художниками), ведь всё держится на харизме владельца галереи. Конечно жаль, если галерея закроется...

— Они вроде говорят, что пространство на «Винзаводе» останется...

— Не знаю всех этих подробностей, может, они хотят сделать что-то типа арт-центра — нечто действительно некоммерческое, тогда им легче будет получать деньги от государства на проекты. Тогда — да, они будут независимы от арт-рынка. Ведь что пугает галериста? Самое главное — невозможность прогнозировать ситуацию, а ведь надо платить аренду, зарплату сотрудникам; расходы несравнимы с результатами продаж. С другой стороны, правительство теперь понимает, что надо идти к современной жизни, к инновациям, начинает больше этим заниматься, тратить на это деньги, и сейчас будут большие драки за госбюджеты, в это все погружены... А художнику не за чем в это вникать.

Василий Бычков, директор ярмарки современного искусства «АРТ Москва», напротив, выразил сожаление: «Мне смертельно жаль, что уходят такие важные для рынка галереи. Они сделали так много для того, чтобы этот рынок был и мы все должны сказать им огромное спасибо. Вне зависимости, уходят ли они совсем или меняют формат. К сожалению, актуальная культура и современное искусство, в частности, находятся за пределами нашего общественного сознания, в том числе сознания того поколения, которое сейчас у руля и при серьезных деньгах. Поколение 90-х и 00-х, которое должно было бы сделать наше общество современным, потратило большую часть своего ресурса, интеллектуального и материального, на пошлый гламур и безудержное потребление. Я прогнозирую, что только через 3-5 лет у руля и при деньгах будет IT-поколение, безусловно ориентированное на все актуальное и, прежде всего, на современную культуру. Оно то и станет, наконец, настоящим заказчиком современного искусства. Но не все хотят этого ждать».

Итак, подробности «перезагрузки» топовых галеристов вскоре станут известны, о чем «МК», несомненно, напишет первым.




Партнеры