Кровавый след Сильфиды

Балет Мэтью Боурна стал главным событием Перекрестного Года Великобритании-России

13 июня 2014 в 15:11, просмотров: 2685

На протяжении двух последних месяцев вся театральная Москва только и делала, что гадала: привезет ли Шотландский балет на грядущие гастроли в Россию знаменитый спектакль Мэтью Боурна «Highland Fling» («Шотландский перепляс») или нет. Однако авторитет и престижность Чеховского фестиваля перевесили все сомнения по этому поводу, и долгожданное событие не смотря ни на что, состоялось! "Шотландский перепляс" идет третий день в театре им. Моссовета на аншлагах.

 

Кровавый след Сильфиды
Фото предоставлено пресс-службой МТФ им. А.П. Чехова

Это уже шестой по счету спектакль самого известного и популярного в мире хореографа, показанный Чеховфестом в Москве. Одновременно это и единственная работа, которую Мастер позволил танцевать чужой компании. Шотландская премьера состоялась всего год назад. Тем не менее "Шотландский перепляс", наряду с балетом «Щелкунчик!» - один из ранних балетов Боурна. Создан он был тогда ещё мало кому известным хореографом для своей труппы «Adventures in Motion Pictures» («Приключения в движущихся картинках») в 1994 году, то есть ровно за год до взорвавшего мир его балета - "мужского» «Лебединого озера».

В основе та же идея, что была так удачно реализована и в последующих, получивших мировое признание работах хореографа: переделать на собственный и оригинальный манер популярные классические шлягеры (вслед за «Лебединым», он сочинит «Золушку», «КарМэн», «Спящую красавицу» и др.). Причем не просто переделать, а изобрести совершенно новый жанр балетного спектакля, где во главу угла ставится не столько собственно танец, сколько режиссура и актерская игра. Так что название труппы «Приключения в движущихся картинках» становится декларированием художественного кредо хореографа – от его спектаклей получаешь впечатление как от полноценной драмы или кинофильма. Многие его балеты («драмбалеты» в полном смысле этого слова) и напоминают немые фильмы - Боурн киноман со стажем и практически во все свои работы вводит цитаты из любимых картин («Highland Fling» не исключение).

Итак – «Шотландский перепляс»… Создан по мотивам старой доброй «датской» «Сильфиды» - сохранившегося и дошедшего до нас в первоначальном виде балета классика XIX века Августа Бурнонвиля на музыку Левенсхольда. В свою очередь он сделан на основе утерянного знаменитого балета Филиппо Тальони на музыку Шнейцхоффера (1832 года выпуска), ставшего одним из символов эпохи романтизма (у датской казны просто не было денег, чтобы приобрести тогда модную европейскую новинку).

Действие происходит в доме небольшой шотландской деревушки, где готовится свадьба Джеймса и Эффи. Очарованный фантастическим существом - дочерью воздуха Сильфидой - жених покидает свою невесту и обращается за помощью к злой колдунье Медж. Для того чтобы Сильфида принадлежала ему одному – та дает юноше волшебный шарф, которым Джеймс окутывает плечи ничего не подозревающей Сильфиды – она теряет свои крылышки и умирает. Вдали проходит свадебный кортеж – Эффи выходит замуж за бывшего соперника Джеймса – Гурна. Юноша бездыханным падает на землю.

Фото предоставлено пресс-службой МТФ им. А.П. Чехова

Этот сюжет, как и музыку Левенсхольда (с некоторыми современными вставками) Боурн сохраняет почти в неприкосновенности. Есть здесь и Джеймс, и Эффи, и Гурн, Мэдж (впрочем, она у Боурна не злая колдунья, а сбытчица наркотиков, гадалка и спиритка-шарлатанка), и конечно Сильфида. Но изменения внесенные Боурном все-таки радикальные…

Начнем с того, что перед нами не милая шотландская деревушка, а грязный расписанный скабрезными словечками общественный туалет одного из ночных клубов Глазго (сверху надпись: «Social club the Highland fling» - создатель декораций и костюмов Лез Бразерстон), где наглотавшийся «колес» и упавший в писсуар Джеймс (Кристофер Харрисон) накануне собственной свадьбы впервые и встречает свою «романтическую грезу» Сильфиду (Софи Мартин) - в оборванной и грязноватой одежде особу, с грубо намалеванным лицом «готической феи» и белыми крылышками за спиной.

Как и в классическом балете одетый в традиционное одеяние шотландских горцев юбку-килт, главный герой предстает не влюбленным романтиком, а брутальным самцом в кожаной куртке, на уме у которого секс, наркотики и рок-н-ролл. Дальше – утро с больной головой, друзья-подружки и наконец - свадебная гулянка с переделанными на модерновый манер национальными шотландскими танцами. Она завершается тем, что главный герой вообще выбрасывается в окно (на нем красуется надпись на английском «Наши поздравления Джеймсу и Эффи»). Падает он из него вслед за вылетевшей туда бабочкой, принятой в наркотическом бреду за крылатую деву воздуха. Причем сделаны эти эпизоды, как впрочем, и весь спектакль в целом, невероятно смешно, с множеством «приколов», с забавными хореографическими цитатами из первоисточника, на грани пародии на «нетленные» образцы классических балетов - впрочем грань эту все же не переходя. Уровень исполнения Шотландского балета, при этом весьма достойный, а главный герой Кристофера Харрисона просто неотразим.

Второй, так называемый «белый» акт и изображенный в нем «нематериальный» мир, тоже «с изюминкой». И по отношению к классической «Сильфиде» все это похоже на анекдот. Здесь тоже все вывернуто на изнанку. Действие происходит не в волшебном лесу как в балетах Тальони и Бурнонвиля (идея противопоставления земного и бесплотного мира – основная у романтиков XIX века), а на городской свалке возле леса. За деревьями видны очертания многоэтажек, тут же валяются выброшенный телевизор, поломанная мебель… Появляются , словно в мультике, и кукольные персонажи- представители фауны: плюшевые зайчики, белочки и даже филин. В центре - заброшенный довольно приличного вида автомобиль: на капоте, как на противне перед жаркой, разложен сбежавший со свадьбы Джеймс, и довольно агрессивно настроенные шипящие сильфиды и сильфы как бы прессуют его, очевидно, желая превратить его в своего крылатого собрата.

Обратим внимание на существенный момент – «переходный» период в творчестве английского хореографа. В этом балете Боурн, находясь на подступах к «Лебединому озеру» с брутальными лебедями-атлетами в птичьем оперении, делает фантастических персонажей не только «сильфидами», но и «сильфами» - существами не только женского, как в классическом балете, но и мужского пола. Однако, они не такие мужественные как в последующей постановке: пол их более не определен (как и за 7 лет до этого было в «Лебедином» у Матса Эка, другого хореографического новатора), да и движения их чем-то схожи, хотя и более «элегантны», чем у лебедей Эка - они то перекатываются по сцене, то отряхиваются как утки от воды.

Заканчивается комическая балетная вакханалия с забавными модерновыми танцами неожиданно - потоками крови - как в излюбленном Боурном жанре «фильмов ужасов». Один из его известных балетов, кстати поставленный в том же 2005-ом, когда он возобновлял «Сильфиду» для своей новой труппы «New Adventures», и называется как знаменитый «ужастик» - «Эдвард- Руки ножницы», и описываемая нами сцена - словно цитата из него. Желающий заполучить свою крылатую готическую подружку, чтоб она никуда от него не упорхнула, Джеймс превращается в кровавого маньяка. Вооружившись огромными ножницами, он самым что ни на есть садистским образом отрезает ей крылышки. И он, и она предстают перед публикой в ужасающем виде: он с руками, словно у мясника, по локоть в крови, она - в окровавленном платье, с обезображенной спиной, представляющей большую кровоточащую рану. За жутковатым, «кровавым» финалом, следует впрочем «рождественский». Прямо-таки «семейная идиллия», утверждающая «традиционные ценности» : в уютной квартирке в домашних халатах Эффи и Гурн удобно расположившись в кресле, попивают чаек, а за окном, словно рождественский ангелочек, порхает превратившийся таки в крылатого сильфа Джеймс. 



Партнеры