«Мастер» на героине

Один из самых талантливых актеров своего поколения скончался от передозировки

3 февраля 2014 в 18:14, просмотров: 8880

Это одна из тех новостей, которые сбивают с ног. Филип Сеймур Хоффман — обаятельный толстяк («Рок-волна»), демонический злодей («Миссия невыполнима-3»), один из самых желанных артистов второго плана (от «Большого Лебовского» до «Талантливого мистера Рипли») и автор как минимум двух выдающихся главных ролей («Капоте» и «Мастер») утром воскресенья скончался в своей квартире в Нью-Йорке от передозировки героина.

«Мастер» на героине
фото: РИА Новости

В сентябре 2012 года на фестивале в Венеции состоялась мировая премьера фильма Пола Томаса Андерсона «Мастер» — как теперь стало ясно, вершина чрезвычайно насыщенной актерской карьеры Хоффмана. Тогда, представляя фильм журналистам, режиссер чаще окидывал публику потерянным взглядом, чем отвечал на вопросы, а исполнитель второй главной роли, Хоакин Феникс, и вовсе не произнес ни слова. Позволяя себе то закурить прямо в зале для пресс-конференций, то просто уйти.

Филип Сеймур Хоффман — единственный, кто в этой компании смотрелся доброжелательно, расслабленно и даже иронично. Таким же добряком он выглядел несколько дней спустя, когда поднимался на сцену получать приз за лучшую мужскую роль, который он разделил с Хоакином Фениксом. К тому моменту у Хоффмана уже были за плечами «Оскар», «Золотой глобус» и премия «БАФТА» — все за роль культового писателя Трумана Капоте. И несколько десятков изумительных работ второго плана, которые чуть ли не через раз удостаивались вороха восторженных отзывов критиков. Но после выдающегося парного перформанса в «Мастере» было легче представить новый взлет карьеры Хоффмана, чем ее безвременную кончину менее чем два года спустя.

Несмотря на подвешенный статус популярной франшизы «Голодные игры», во второй и третьей части которой должен был играть Хоффман, его кончина — потеря в первую очередь для искусства, а не индустрии.

В своем вечно мятом пиджаке и мягком теле Хоффман прежде всего актер, а не звезда. И съемочная площадка, как и бродвейская сцена, была для него чем-то вроде угольной шахты. Чувство высокой ответственности за профессию он щедро разбавлял изрядной порцией неуверенности в себе. Каждая его победа на экране — сочетание выдающейся техники и рефлексии, коррозией разъедавшей его изнутри. Как мяч со смещенным центром тяжести, даже в самых легковесных ролях он закручивал себя сверх меры. Что уж говорить о тех случаях, когда роль была действительно сложной.

Как-то Хоффман рассказал, что часто думает о природе страха. О том, что с возрастом причины для страха только растут. И что он хотел бы снять об этом кино.

Хоффман редко распространялся о своей личной жизни. Только однажды публично обмолвился, что в 22 лечился от алкогольной и наркотической зависимостей. С тех пор он не притрагивался к наркотикам, но в 2013-м снова обратился за помощью в реабилитационный центр. В этот раз лечение не помогло: утром 2 февраля его найдут мертвым в собственной квартире.

Причины, которые заставили Хоффмана — уже успешного актера и отца троих детей — снова вколоть себе героин, как и 23 года назад, остались за кадром.



Партнеры