Монологи

Коллекционер жизни

23 августа 2013 в 20:20, просмотров: 3398
Монологи
Рисунок Алексея Меринова

Везение

Меня обкакала ворона. Нагадила на голову, когда проходил под проводами, на которых она сидела. Кое-что из ее белых экскрементов брызнуло на плечи пиджака.

Я шел на деловую встречу. Очень важную встречу. И вот раскардаш: в волосах белая текучая мерзость, на плечах белая мерзость.

С детства знаю примету: если птички обгадят — это к везению, к успеху и прибыли. И, наверное, нужно было идти на переговоры в том виде, в котором оказался. Но я стал отмываться. А где на улице отмоешься? На улице разве есть водопроводные краны?

Я надеялся, что сумею исправить положение, и мысленно повторял: «Хорошо, что коровы не летают». Сперва вытерся носовым платком (и платок этот, естественно, потом выбросил), потом пошел в магазин (и на меня там все глазели как на сбежавшего из сумасшедшего дома, а я объяснял, что это из-за вороны. И все начинали смеяться). Купил бутылку минеральной, просил без газа, а дали с газом, шипучка только разъела вороньи какашки, смесь зашипела, как карбид, который я в детстве любил пускать метаться по лужам, он от соприкосновения с водой шипел и пузырился.

Что делать? Искать поблизости фонтан или бассейн, чтобы очиститься? Напрашиваться к кому-нибудь из граждан в квартиру и в ванную — кто пустит незнакомого, хотя, подозреваю, некоторые дамы (не будь я в таком щекотливом виде) были бы не против.

А срочность помывки возникала бесспорная. Я понимал, что останусь без шевелюры, так шипело на макушке.

Помчался домой, принял душ, надел свежий костюм и чистую рубашку и прибыл на встречу, где меня уже никто не ждал, потому что опаздывать можно максимум на 15 минут, а я припозднился на час.

Но когда (ни на что хорошее не надеясь) рассказал ожидавшим меня эту историю, они дружно расхохотались, в результате беседа прошла как по маслу. А ведь приди вовремя — и как знать, чем бы кончилось. Может, неуспешно. Может, плохо. Так что в некотором смысле мне воронья подлянка даже помогла.

Вот и не верь после этого в приметы.

Хлеб

Почему не берут с собой, когда идут в гости, хлеб? В качестве подарка. Несут торты, вино, цветы. Без всего этого можно обойтись. А без хлеба — нет. Всем радость, если его принести. Нужная вещь. А не какая-нибудь лишняя никчемность.

Но никто не руководствуется доводами пользы и здравого смысла. Все выкаблучиваются друг перед другом. А так было бы славно: пойти в гости и принести с собой батон или буханку. Я всегда так делаю. И меня никто после этого не приглашает.

Глупенькие

Глупенькие! Мне их всех безмерно жалко. Воображают о себе, будто очень важные и умные, будто в самом деле могут руководить. А что творят! Ведь сами не сознают. Посмотрите на них: пыжатся, тужатся, излагают планы будущего. А с сегодняшним днем ничего поделать не могут. Хоть тресни. Преступность растет, а они призывают с ней бороться. И этим ограничиваются. И думают: сама пойдет на убыль. Коррупция процветает, они кого-то сажают в тюрьму. Кого-то не сажают. Здравоохранение не работает, какие бы постановления ни принимали. Но при этом сколько помпы! И каков антураж! Какие машины их возят, какие галстуки себе повязывают. Вероятно, какие-то мысли вращаются в их головах. Не мысли, мыслишки, потому что, если бы были настоящие мысли, тогда все мы иначе бы жили. Ужасно трогательно и смешно все это выглядит. Хапают, хапают, никак нахапаться не могут. И думают, что никто этого не видит. Глупенькие!

Без взаимности

Мой отец любил мою мать. А она его не любила. И пилила, что мало зарабатывает. Он ее бросил. Подал рапорт об отставке, уволился, переехал жить к своей матери. Моя мамаша не ожидала такого шага. Не думала, что отец способен на подобное. И только повторяла: «Как думаешь, он вернется?» Но отец был гордый. И женился снова. Мамаша впала в хандру, ничего не делала, есть в доме стало нечего. Я решила выйти замуж по расчету. Подобрала кандидатуру, однокурсника, забеременела. А его родители расщедрились всего на сто рублей в месяц. Такая была их материальная помощь.

Мать устроилась на работу. В гостиницу. Администраторшей. И завела роман. Со швейцаром. У него тоже не сложилась семья. Он предлагал матери замужество. Но разве она могла — выйти за швейцара после военного?

Вообще-то с самого начала она собиралась замуж не за моего отца, а за другого, которого любила. Но отговорил брат, мой дядя. Ее зазнобарь был ему другом. Жена дяди тоже в того парня была влюблена. И дядя в отместку не позволил маме. Потому что иначе получалось бы: все, все влюблены в его друга. Сказал маме: «Зачем тебе ветреный? Выходи за основательного, обеспеченного, с гарантированным будущим». Мама послушала. А потом жалела. Он, этот ее возлюбленный, и верно был симпатичным, мама хранила его фото. И продолжала с ним тайно от отца и швейцара встречаться.

Ну, а потом муж меня бросил, швейцар умер, и я поняла, что повторяю путь своей матери.

Подавляющее большинство

«Подавляющее большинство»… Меня всегда приводили в ужас эти слова. Я представлял буквально: как большинство подавляет, давит, растаптывает маленькую группу несогласных.

Куда приятнее, разумнее и не столь пугающе звучит: «Простое большинство».

Женский взгляд

Я смотрю на своего мужа и недоумеваю: ведь он — плод чьих-то усилий, чьих-то стараний, сексуальных, хотя бы, потуг. Педагогических поползновений, социальных надежд. И вот что получилось: нелепость, смехота. Могу ли я сама с этим справиться и это выправить?

Новые радости

Раньше я испытывал радость, когда покупал новые вещи, нагружал дом этими вещами. Теперь испытываю радость, когда не покупаю, когда избавляюсь от лишнего. На тот свет надо уходить налегке.

Попытка воспитать жену

Я дал себе слово не повышать дома голос. И так и сказал жене: «Знаешь, если мы будем кричать друг на друга, соседи скажут: «Они кричат». А теперь они будут говорить: «Она кричит». И жена меня поняла.

Подводник

Он не подведет. Точно не подведет. Ни за что не подведет. Ни горячую, ни холодную воду к стояку.

Зубы

Наше поколение сплошь беззубое. Потому что так нас лечили. Врач говорил: «Вам сразу вырвать или когда придете в следующий раз?» Конечно, все предпочитали рвать сразу. Зачем тянуть? А ставить пломбы, высверливать гниль — нет, это не было принято. Зачем лишняя возня? Вот и остались все без зубов. Такое было время — не слишком задумывались, не берегли себя. Теперь иная ситуация. Все заботятся о здоровье. Но вырванного не вернешь. Вот почему мы всегда проигрываем в схватке тем, которые родились после нас. Они зубастые и умеют сражаться за свои интересы. А нас с молодых лет оставили без зубов.

Писатель

Все вокруг, если верить рецензиям в газетах или устным отзывам, создают шедевры. А я, значит, пробавляюсь средней талантливости творениями, плодами своего скудного дара. Но может ли быть, чтобы вокруг было столько гениев и так мало посредственностей — вроде меня?

Графоман

Всю жизнь я мечтал ходить с легкой кожаной папочкой, в которой лежали бы несколько листочков — заявки на сценарии к кинокартинам, договоры с издательствами на выпуск моих книг. И всю жизнь я мыкаюсь с тяжелыми брезентовыми сумками, в которых таскаю свои рукописи. Их никто не хочет издавать. Они очень тяжелые. Некоторые я переплел в коленкоровые и ледериновые обложки. Но это — не настоящие книги, их никому не подаришь.

Впрочем, судьба моя все же легче, чем у некоторых моих товарищей по несчастью. Один из них пишет ночами, создает нетленные произведения, а днем работает грузчиком в магазине. Уж он берет вес тяжелее, чем я. Его физические нагрузки, не в пример моим, огромны. Так что я еще везунчик.

Старик

Мне безмерно жаль мою молодую жену. Она думает, что после того, как загонит меня в гроб, жизнь откроется перед ней во всей блистающей полноте, и не понимает, что потеряет гораздо больше, чем обретет, если вообще что-либо сумеет обрести. Я был ей как отец, оберегал от дурных людей и невзгод, она успела привыкнуть ко мне и моей заботе. Вокруг столько дурных мужчин, она столько раз обожжется, отыскивая того, кто ей подойдет. Это вообще крайне сложно — найти пару. А изведав мою теплоту, ей и вовсе невозможно будет привыкнуть к грубости. Все они будут зариться на деньги, которые я ей оставлю. Лучшей ей было не встречать меня.

Грязелечебница

Вы верите? Что сохранились где-то целебные грязи? Что не все затерянные в горах пещеры выскоблены до полнейшей чистоты и не все умершие вулканы опустошены? Что не осталось ни одного местечка, где бы сохранились имеющие чудодейственные свойства исторгнутые землей минералы? Эту грязь, в которой все так любят лежать, — ну прямо как хрюшки, — привозят в цистернах из гнилых болот, разводят водой из ближайших замусоренных прудов. Там и купаться-то запрещено. А продают втридорога путевки на грязелечение.

Проститутка

Вдруг обнаруживаете, что ваша жена — проститутка. Не в переносном смысле слова, а всамделишная, подлая и циничная, ловко притворяющаяся тихоней и тайком встречающаяся с клиентами за плату. Она и с вас тянет деньги — осознаете вы. Осознаете то, что тщетно пытались от себя скрыть, закрывали на это глаза, старались не замечать. Но наступил срок, и ваши глаза отверзлись.

Что предпримете? Подадите на развод? Или решите: все равно потом придется прибегать к услугам таких, как она! Действительно, какая разница?

Патриот

Возле сувенирной лавчонки стоял негр. Из тех экзотических зазывал, которых нанимают магазины, чтобы привлечь иностранных покупателей. Он стоял, окликая японцев, европейцев и хорошо одетых и, значит, богатых русских. А сам то и дело сплевывал на арбатскую брусчатку. На московскую землю. И вот не знаю, что меня резануло. Что он, этот черномазый, плюет на нашу русскую землю, что не уважает нас, коренных. Ехал бы к себе на родину, на Африканский континент, и там плевал бы на почву, которая произвела его на свет. А нашу территорию — чтоб не смел. Чтоб не смел опоганивать и оскорблять.



Партнеры