Андрей Лошак: Mой дядя самых честных правил

2 октября 2003 в 00:00, просмотров: 2665

Можно начать прямо с медных труб. Это с блеском подтвердил не нюхавший пороху Андрей Лошак, чей талант предпочла прочим российская Академия ТВ. Парфенов-style живет и побеждает.


— Ну вот и вы — новый обладатель ТЭФИ в одной из самых престижных номинаций. Вся страна с замиранием сердца наблюдает за вашими репортажами. И давно у вас этот дар?

— На четвертом курсе журфака попал на НТВ администратором в старую программу “Намедни”. Там плохо мыл чашки и тарелки за корреспондентами и Леонидом Геннадьевичем лично. Когда стал редактором, и тут же старый проект “Намедни” (неполитические новости недели, где Парфенов стоял за такой тумбочкой) — закрылся. В середине 90-х сменил много мест работы.

— В том числе и шеф-редактора программы про то самое — “Про это”?

— Очень интересный был опыт. Недавно ассистенты режиссера вытащили из “Про это” мой сюжет про секс с инвалидами. Он вроде неплохой, но в то детское время, в которое мы выходим с “Намедни”, его показывать нельзя. А после началось самое, пожалуй, лучшее время в моей жизни — проект “Российская империя”. По утрам Некрасовская библиотека, исторические фолианты...

— Ну вот, опять историк попался.

— Историей я как раз особо никогда не увлекался, но изучать ее было страшно интересно. Готовили сценарии для Лени, а он из них делал проект “Российская империя”. Два года назад появился новый — “Намедни”, вот тут я и сгодился.

— Значит, в информации работаете всего два года — и сразу успех? Получить ТЭФИ за такой срок — большая редкость.

— Для меня это очень неожиданно. Все репортеры в нашей номинации очень серьезные. Аня Райва и Саша Минаков — это репортажи в чистом виде. Я делаю то же, но в более очерковом, публицистическом стиле. Я не был ни в одной “горячей точке”. Вот сейчас только еду в Чечню первый раз на три дня за репортажем о мирной жизни.

— Какую эйфорию испытывает номинант ТЭФИ?

— От ТЭФИ, кроме 15 минут славы, больше ничего не жду. Мобильный непрерывно звонит, подходят, поздравляют. В приемной главного редактора меня ждал подарок. Приятно. Из программы “Время” кто-то SMSки присылал. Сергей Брилев в кулуарах “России” теплые слова сказал.

— Сейчас многие копируют парфеновский стиль. Вы, слава богу, внешне его не повторяете и все же...

— Ага, все теперь стали ходить в кадре. Но тут я за собой строго слежу. А вот то, что я работал в непосредственной близости от Парфенова, наверно, оставило свой след.

— А он говорит, что стиль “Намедни” задаете вы.

— Это глупости какие-то. Ничего лучшего, чем Леня, в тележурналистике никто пока не придумал. Я практически вырос у него на руках.

— Не пора ли оторваться от парфеновской груди?

— Мне очень близок формат “Намедни”. Нравится делать не 2,5-минутные репортажи, а какие-то более развернутые вещи, над которыми можно посидеть, подумать.

— И долго вы так сидите и думаете?

— Так — часов пять. Программа ведь еженедельная, это не новости, где постоянно нужно спешить. Да и потом, мой дядя Виктор Лошак любит говорить, что если телевизионщика заставить писать в газету текст, то ничего путного из этого не выйдет. У него большие сомнения в умственных способностях тележурналистов.

— А как, кстати, поживает ваш дядя после того, как его кресло редактора “Московских новостей” занял тележурналист Евгений Киселев?

— У него есть очень серьезное предложение, и он над ним размышляет. Он не перестанет работать, сказал: “Не дождетесь!” Вообще, если бы не дядя, я бы, наверно, никогда не пришел в профессию. Он для меня всегда был примером — приехал из Одессы и сделал карьеру. Благодаря ему я попал на журфак.

— Он что, за вас ходатайствовал?

— Честно? Было дело. Я тогда занимался какими-то глупостями и уже стоял одной ногой в солдатском сапоге. Если бы не его вмешательство, я бы отправился в армию, а потом неизвестно, как сложилась бы моя судьба.

— Что-то вас, Лошаков, расплодилось. Есть еще Анна Лошак.

— Это моя двоюродная сестра. Такая у нас журналистская московско-одесская семья. Жена моя, кстати, тоже из Одессы.

— А жена тоже у вас работает?

— Прямо как на допросе... Жена тоже работала в компании сценаристом. Но сейчас ушла. Мы с ней познакомились, когда с Еленой Хангой вместе над программой “Про это” работали. Интересное было время.

— Над собственным проектом не задумывались?

— Пока будешь раскручивать новый проект, о тебе забудут. Пока с Парфеновым хорошо работается — буду работать. Он харизматическая личность, но своей харизмой как-то не давит.

— В эти дни вас перехвалили, а какие-то недостатки у вас есть?

— Я — зануда. К тому же самый неорганизованный корреспондент. Штаб просто стонет, когда я принимаюсь за какую-нибудь тему. По воскресеньям у нас первый выход на “орбиту” в два часа дня. Все корреспонденты поздно сдают, но к двум часам ночи бывают готовы все тексты. А я обычно бужу редактора с утра и сдаю свой текст. С точки зрения организации работы это — чудовищно. В редакции все радуются, что я выиграл, но у каждого есть своя ложка дегтя, чтобы кинуть ее в эту бочку с медом.




Партнеры