Приговорены к свободе

21 октября 2004 в 00:00, просмотров: 1413

Мы никогда не замочим террористов в сортирах. И Басаева с Масхадовым нам тоже не поймать никогда.

Не из-за того вовсе, что спецслужбы работают плохо; нормально работают, не хуже западных (хваленые янки ищут бен Ладена который год). Вся проблема в этих самых сортирах.

Только загонишь туда террориста, только приготовишься мочить — глядь, а его уже и след простыл.

Бой с терроризмом подобен бою с тенью. Арестовать боевика — пусть даже на месте преступления — совсем не значит его обезвредить. Потому что главное оружие террористов — это не пулеметы и автоматы, а деньги. И перед таким оружием ни прокуроры, ни милиционеры, ни судьи устоять не в силах.

Страшная, сенсационная арифметика Беслана: как выясняется теперь, пятерых из восемнадцати опознанных террористов спецслужбы уже задерживали прежде. Всех их брали с поличным, но почему-то, при таинственных и престранных обстоятельствах, они неизменно обретали свободу. Еще пятеро участников теракта находились в розыске за другие преступления, однако найти их не смогли...


Когда, сразу после Беслана, газеты стали писать, что кто-то из террористов раньше уже попадал за решетку, официальные лица — представители МВД, прокуратуры, ФСБ — не проронили ни слова.

А что они, собственно, могли возразить в ответ? Признать, что на бандитов работают те, кто обязан против них воевать? Расписаться в собственном бессилии?

Цифры, которые приведены в самом начале статьи, красноречивей любых докладов и победных реляций...

...Еще в сентябре группа депутатов Комитета по безопасности Госдумы — и я в их числе — направила запросы в МВД, Генпрокуратуру и ФСБ. Мы хотели знать, правду ли писали газеты; были ли среди захватчиков Беслана отпущенные спецслужбами люди?

Днями мы получили ответы. МВД и Генпрокуратура подтверждают: двое террористов уже привлекались к уголовной ответственности. Один был освобожден прокуратурой “вследствие изменения обстановки” (!). Второй — оправдан судом присяжных. Его выпустили на волю ровно за полтора месяца до Беслана...

К сожалению, цифры эти далеко не полные. Они занижены как минимум в два с половиной раза. (Пишу “как минимум”, потому что из 30 погибших боевиков окончательно опознаны только 17, и неизвестно, какие еще сюрпризы ждут нас впереди.)

31-летний Хампаш Кулаев, уроженец Ножай-Юртовского района Чечни. Его взяли еще в августе 2001-го. Следствие установило, что Кулаев был активным членом бандгруппы полевого командира Рабани Халилова. При налете федеральной авиации потерял руку.

“Учитывая то, что Кулаев Х.П. ранее к уголовной ответственности не привлекался, — написал заместитель генпрокурора Николай Шепель, — приводов в органы милиции не имел, в результате ампутации руки стал инвалидом, 16.12.2001 уголовное дело в отношении него было прекращено, в связи с изменением обстановки”.

Какая трогательная, милая сердобольность! Для пущей заботливости не хватало еще отпустить бандита на поруки трудового коллектива и отдать на перевоспитание другому инвалиду — одноногому Басаеву, который тоже, кстати, не имеет приводов в милицию. (В Беслане отсутствие руки не помешало Кулаеву мастерски отстреливаться из ПМ и, командуя четырьмя другими боевиками, держать оборону первого этажа.)

Столь же поразительной выглядит история 20-летнего малгобекца Адама Илиева. В сентябре прошлого года он был задержан в частном доме, на окраине поселка Южный Малгобекского района Ингушетии. В момент захвата Илиев вместе с двумя другими гражданами мастерил взрывные устройства. При обыске у них в доме изъяли массу тротиловых шашек, селитру, металлические шарики, провода, электронные часы — весь подручный материал. Но через полтора месяца следователь Малгобекского РОВД почему-то выпустил Илиева под подписку о невыезде. В тот же день, с согласия зампрокурора района, уголовное дело было вовсе прекращено.

Набор аргументов стандартный: приводов не имеет, характеристики положительные. (Это при том, что в материалах уголовного дела имелась характеристика, выданная участковым инспектором, где написано было прямо обратное: “ведет скрытный образ жизни”.)

Земляку Илиева, 23-летнему Исе Торшхоеву тоже повезло на сердобольных служителей Фемиды. В июне 99-го он совершил разбойное нападение на дом семьи Магомедовых в Терском районе Кабардино-Балкарии. Сотрудники Моздокского РОВД взяли Торшхоева по горячим следам. При задержании у него изъяли боевую гранату. Однако в апреле 2000-го Моздокский районный суд приговаривает его... к 2,5 года условно.

В июне того же года Торшхоев был осужден вторично — Терским райсудом — на этот раз к двум годам. И амнистирован прямо в зале суда.

Прокуратура с таким решением не согласилась. После ее протеста Торшхоев подался в бега, был объявлен в розыск. Поймали его лишь в марте 2001-го. Но, когда привезли в Терский суд и сдали под расписку судье Толпаровой, судья эта (добрая женщина, дай бог здоровья!) преступника тотчас отпустила.

Многострадальное дело постоянно откладывалось. Рассмотрели его только в июле 2002-го. О разбое на суде не было сказано ни слова. За незаконное ношение гранаты и кражу Торшхоева приговорили к четырем годам. Естественно, условно.

Еще один “герой” Беслана, чеченец Султан Камурзоев, 27 лет от роду. В феврале 2000-го Камурзоев был арестован Грозненским временным отделом внутренних дел. Обвинялся в участии в НВФ (статья 208 Уголовного кодекса). В апреле того же года освобожден в связи с истечением срока задержания.

Самый, наверное, вопиющий пример — дело чеченца Майрбека Шебиханова. Вечером 7 августа 2003 года, на автодороге между поселками Нестеровская и Алхасты Сунженского района, группа Шебиханова расстреляла из засады армейский БМП. Шестеро солдат из 8-й комендантской роты Грозного погибли, семеро получили ранения.

26 сентября вместе с еще двумя участниками налета Шебиханова взяли в Карабулаке. И хотя при задержании террористы оказали вооруженное сопротивление, 29 сентября — то есть ровно через три дня — прокуратура Карабулакского района Шебиханова... освободила. Взбешенные офицеры ингушского УБОПа вынуждены были схватить его вновь, прямо у дверей ИВС, и отвезти в республиканскую прокуратуру.

На следствии Шебиханов полностью признал себя виновным. Ему предъявили целый букет из статей Уголовного кодекса (убийство, терроризм, участие в НВФ, незаконное хранение и ношение оружия). Но дальше опять начались чудеса.

В июле нынешнего года Верховный суд Ингушетии полностью оправдал террориста. Такой вердикт вынесли присяжные заседатели. Шебиханов вышел на волю прямо из зала суда и тотчас влился в стройные ряды боевиков. До бесланской трагедии оставалось чуть меньше двух месяцев...

Теперь — несколько слов о террористах, находящихся в розыске. “МК” уже писал о фантасмагориях в судьбе едва ли не самого жестокого из бесланских бандитов — Владимира Ходова по кличке Абдулла.

Ходов находился в федеральном розыске еще с февраля этого года, после того, как в центре Владикавказа он организовал взрыв машины, начиненной тротилом. Два человека погибли, шестеро были ранены.

Розыск, однако, не помешал Ходову готовиться к новым преступлениям. В мае он пустил под откос десять вагонов пассажирского поезда Москва—Владикавказ. Только чудом обошлось без человеческих жертв.

Вся осетинская милиция сбилась с ног в поисках Ходова. А он тем временем... преспокойно жил у себя дома. Это установили, съездив в его село, корреспонденты “МК”.

Теперь же заместитель генпрокурора Н.Шепель отвечает: “По факту ненадлежащей организации розыска Ходова В.А. прокуратурой РСО-Алания внесено представление и.о. министра МВД РСО-Алания о нарушении закона “Об оперативно-розыскной деятельности” и наказании виновных”.

Накажут. Непременно накажут. Может, даже лишат кого-то тринадцатой зарплаты. Как будто осиротевшим людям станет от этого легче...

С терактами надо бороться не после, а до. Когда дом выгорел дотла, какой толк обсуждать недостатки огнетушителя. Ведь таких, как Ходов — тех, кого искали, но найти почему-то не смогли (а может, не захотели; деньги решают все), — среди бандитов было с избытком.

Это и ходовский подельник Илесс Горчханов, который вместе с ним взрывал машину и поезд (в Беслане он лично будет выводить мужчин на расстрел). И житель Назрани Башир Плиев, на которого ингушская милиция объявила охоту перед самым Бесланом. И чеченец Хизраил Ахмедов, безуспешно разыскиваемый МВД Чечни за участие в НВФ.

Наконец, это и сам главарь — “полковник” Руслан Хучбаров. По обвинению в убийстве не один год он находился в федеральном розыске. Заочно прокуратура Орловской области предъявила ему обвинение. Сегодня уже известно, что Хучбаров был одним из главарей июньского набега на Ингушетию; в тех событиях он везде сопровождал Басаева.

Семнадцать опознанных трупов (плюс — выживший Нурпаш Кулаев). Пятеро отпущенных. Пятеро ненайденных.

Счет — явно не в пользу Фемиды...

* * *

Накануне Беслана МВД проводило на Кавказе спецоперацию. В обычные “Жигули” заложили муляж бомбы и автоматы. Сняли номера. И пустили по дорогам.

Машину останавливали на 11 постах. И всякий раз отпускали без досмотра, хотя фальшивые удостоверения, которые предъявляли сотрудники, сделаны были нарочито грубо, а внутри красовались женские фотографии. До Беслана они не доехали каких-то сорок километров...

Продажность и безалаберное раздолбайство — вот главные слагаемые успеха террористов. “В стране идет война”, — заявляет президент. Но разве можно представить себе войну, на которой захваченного в бою врага отпускают восвояси, зная, что он тотчас уйдет обратно за линию фронта?

Послезавтра — 23 октября — страна будет отмечать очередную грустную дату: двухлетие “Норд-Оста”.

Теперь уже мы знаем: “Норд-Ост” был прологом Беслана. Бандиты пробовали спецслужбы на прочность.

Какие же выводы сделала власть после трагедии на Дубровке? Да в сущности — никаких. Пособники террористов — те, кто помогал им готовиться к захвату, — отделались легким испугом.

У главного террориста “Норд-Оста” Руслана Эльмурзаева по кличке Абубакар (именно он, а вовсе не Мовсар Бараев, командовал боевиками) спецслужбы нашли тогда два российских паспорта со вклеенными его фотографиями. Первый, на фамилию Хунов, был выдан Усть-Джегутинским РОВД Карачаево-Черкесии. Второй — по нему Эльмурзаев значился Али Алиевым — выписали в Кировском РОВД Махачкалы.

Следы карачаево-черкесского паспорта нашлись быстро. Оперативники установили, что фальшивый документ (настоящий Хунов умер за полгода до этого) по просьбе двух своих знакомых выписала паспортистка Рита Биджева — всего за 5 тысяч рублей. Однако суд КЧР причастности их к терроризму не увидел и приговорил всех троих к незначительным срокам: за подлог и порчу документов. А вскоре Верховный суд России оправдал их вчистую.

С махачкалинским паспортом вышло еще интереснее. Хотя уголовное дело по факту подделки было возбуждено, обвинение так никому и не предъявили. Дело сейчас приостановлено.

То же случилось и с фальшивым паспортом, найденным на трупе араба по кличке Сирийский Ясир. Этот человек (хотя человек ли?) давно разыскивался Интерполом как активист “Хезболлаха” и ближайший соратник Хаттаба. В Чечне он находился с лета 2001-го, командовал группами боевиков и отвечал за связь с арабским миром.

По паспорту, выданному 3-м ОВД Нальчика, Ясир значился жителем Грозного Идрисом Алхазуровым. Но прокуратура Нальчика уголовного дела по факту выдачи фальшивого паспорта возбуждать не стала. “Вышеуказанный паспорт не мог быть получен террористом по имени Ясир, — остроумно написал в отказном постановлении следователь горпрокуратуры Болиев, — поскольку, согласно имеющейся информации, данный террорист прибыл на территорию России в 2001 г., а паспорт был выдан 11 ноября 2000 г.”.

(То есть — раз не сам Ясир забирал в милиции паспорт — значит, и вины милиционеров нет.)

Я мог бы привести еще немало подобных примеров. Но суть от этого не изменится. Сколько бы операций ни проводили ФСБ и МВД, сколько бы бандитов ни ловили они, весь успех их разбивается о камни продажной безответственности. Одни — ловят, другие — выпускают. Этакий вечный круговорот.

Никогда не поверю, чтобы бесланских бандитов, равно как и пособников террористов с Дубровки, освобождали просто так, за красивые глаза. Слава богу, денег у боевиков — хватает. (Хватило на “Норд-Ост”, на Беслан. Хватит — будьте уверены — и на новые теракты.)

Но чем тогда отличаются люди, выпускавшие их на волю — судьи, следователи, прокуроры, — от самих же бандитов? Разве только мантиями и погонами? Если бы не они, не их алчность и беспринципность, может быть, дети Беслана были бы живы и до сих пор.

Вряд ли терзаются они сейчас угрызениями совести. И уж тем более вряд ли — дрожат от страха. Они абсолютно уверены в своей безнаказанности, в том, что и на этот раз никакого возмездия не последует. Сор из избы невыгодно выносить никому.

Когда мы отправляли депутатские запросы в МВД, ФСБ и Генпрокуратуру, мы требовали не только проверить изложенные в газетах факты, но и отыскать виновных. А отыскав — наказать. Уволить. Отдать под суд.

В полученных нами ответах — об этом нет ни слова. Будто вопроса такого и вовсе не стояло. (Очень удобная тактика: не замечать неприятное.)

Конечно, мы пошлем запросы новые. Потом — еще и еще. Только вряд ли это что-то изменит. (В лучшем случае — найдут пару стрелочников, закатают по “строгачу” или понизят в должности.) Скорее наоборот. Безнаказанность порождает новые преступления: это закон.

Глупо рассчитывать на совесть тех, кто выпускает бандитов на волю и выписывает им паспорта. Они понимают лишь язык силы.

Но вся сила нашей власти уходит как раз в язык...

* * *

“Мы никогда не поймаем Басаева с Масхадовым”, — написал я в начале статьи. На самом деле это не так.

Поймать их — может быть, и поймают. Но потом — отпустят. Вспомнят беспорочную армейскую службу полковника Масхадова. Примут во внимание инвалидность Басаева. Да и приводов в милицию у них тоже нет.



Партнеры