Люди в сером

Сенсационные итоги расследования “МК”: в смерти Жвания было заинтересовано окружение Саакашвили

7 октября 2005 в 00:00, просмотров: 2101

Загадочная смерть премьер-министра Зураба Жвании (по официальной версии, угоревшего из-за неисправного газового обогревателя) по-прежнему будоражит общественность Грузии. Уже никто не верит, что ее причиной стал несчастный случай: слишком много очевидных нестыковок в официальной версии (“МК” писал об этом 27 и 28 июня). Череда странных смертей, последовавших за гибелью премьера (сначала сотрудник его аппарата, а потом начальник следственной экспертизы), наводит на мысль, что кто-то убирает свидетелей. И этот “кто-то” явно находится под надежной защитой.

Так может действовать только сам президент. Или очень близкие к нему люди. Настолько близкие, что президент не может от них отказаться ни при каких обстоятельствах. Поэтому в Грузии убеждены, что имена виновников этой трагедии не будут названы. По крайней мере, при нынешней власти...

Истина где-то рядом

— Помните детектив Агаты Кристи “Восточный экспресс”? — спросил меня близкий друг Зураба Жвании Гия Хухашвили. — Там все персонажи договариваются между собой и вместе убивают одного. Мне кажется, история Зураба чем-то напоминает этот сюжет. Он мешал многим.

Мой собеседник считается экспертом по проблемам экономики. За 10 дней до гибели премьера на него тоже было совершено нападение. Накануне Гия опубликовал в “Резонанси” статью, в которой выступил против приватизации и продажи магистрального газопровода. Друг Жвании убежден, что нападение на него и убийство премьера могут быть как-то связаны.

— Зураб считал, что со мной расправились из-за этой статьи, — рассказывает Гия. — Потом исполнитель передал через знакомых, что лично меня он уважает, но получил приказ от начальства. Я выяснил только, что он работает в спецслужбах.

В Грузии нельзя ничего сделать кому-то так, чтобы на следующий же день об этом не узнали все заинтересованные лица. Известный грузинский политик рассказал мне, как его однажды “заказал” другой не менее известный политик. Однако киллер, чья мама была активисткой партии “заказанного”, греха на душу брать не захотел и с полученным авансом дал деру за кордон, откуда и признался во всем, назвав “объекту” имя заказчика. Близкие к премьеру Жвании люди сегодня не просто убеждены, что его убили, они подозревают вполне конкретных лиц. По словам Георгия Жвании, незадолго до гибели брата его предупреждали, что против Зураба что-то готовят, и называли фамилии. Это те же самые фамилии, которые всплывают сейчас в ходе его собственного расследования.

Однокурсница Зураба Жвании по биофаку ТГУ, ныне депутат парламента Хатуна Гогоришвили, вспоминает, что в последние перед гибелью дни премьер почти постоянно находился в приподнятом настроении. Казалось, жизнь его достигла зенита: он делал то, о чем всегда мечтал, — руководил реформами в Грузии. Но в ночь на 1 февраля, по воспоминаниям жены, он пришел домой в ужасном настроении. Среди тех, кто мог в тот вечер испортить премьеру настроение, называют президента и “силовиков”. Всем известно, что у Жвании был давний конфликт с министром обороны Окруашвили. Окруашвили, близкий друг Саакашвили, считается главным грузинским “ястребом”. Именно его действия в Южной Осетии чуть было не привели к возобновлению боевых действий в прошлом году. По распечаткам телефонных переговоров премьера видно, что в тот период Жвания вел долгие ночные переговоры с президентом и с самим Окруашвили, убеждая их не идти по гибельному для страны пути. Конечно, это не означает, что Жвания питал теплые чувства к “сепаратистам” или отличался какой-то особой мягкотелостью в политике: он был чрезвычайно жестким человеком и не остановился бы ни перед какими мерами, если был бы уверен, что они приведут к успеху. Но там, где такой уверенности не было, он предпочитал не рисковать.

О плохих отношениях Жвании и Окруашвили знали в Грузии все. Поэтому сразу же поползли слухи, что с премьером мог свести счеты министр обороны. Однако Окруашвили не мог не понимать, что в случае убийства премьера подозрения в первую очередь падут на него. А если бы Жванию “убрал”, например, Абашидзе, которого Саакашвили ненавидит, то, вероятно, такое преступление было бы раскрыто на другой же день. То, как странно велось расследование, убеждает: у убийц премьера должна быть “крыша” на самом верху.

Скрытая угроза

Среди наиболее экзотических версий гибели премьера — предположение, что его могли убрать американцы за якобы “прорусскую” позицию. Жвания был пророссийским политиком только в больном воображении некоторых московских политологов. Он был абсолютным западником, но при этом прагматиком. И только этот прагматизм заставлял его приглашать в страну российских инвесторов. А несколькими годами ранее, еще при Шеварднадзе, брать у Кремля (по некоторой информации, через покойного Аксененко) деньги на выборы для своей партии “Союз граждан”. Из-за этого в определенных кругах Грузии он заработал репутацию “агента Москвы”. Агентом Москвы он, разумеется, не был. Об этом лучше всего свидетельствует отношение к нему американцев, которые никогда особенно и не скрывали, что предпочли бы видеть его во главе Грузии. Об этом мне говорил, в частности, бывший глава грузинской внешней разведки Автандил Иоселиани.

Американцы открытым текстом говорили, что Жвания “их человек”, и ставили перед Саакашвили непременным условием получения финансовой помощи сохранение за ним поста премьера. В Штатах именно у Жвании было сильное политическое лобби, а у Саакашвили, как говорят недруги, “2—3 чиновника и г-жа Зейно Баран из Центра Никсона”.

В декабре прошлого года премьера пригласили в США для вручения престижной премии Харримана. Премия вручается влиятельным Национальным демократическим институтом (NDI), а инициатива награждения принадлежала бывшему госсекретарю Мадлен Олбрайт. Визит в США стал настоящим триумфом премьера, ему устроили пышный прием, американская пресса писала о нем в восторженном тоне. Жвания продемонстрировал, что в Штатах у него есть серьезная опора и он может быть очень опасен. Говорят, этот визит привел Саакашвили в бешенство. Последовали кадровые перестановки, призванные ослабить влияние премьера. Во главе всех силовых ведомств встали люди Саакашвили. Тем временем американцы почти в открытую занялись поиском замены для непредсказуемого грузинского президента. Например, в США был приглашен лидер лейбористов Нателашвили, на двухчасовое выступление которого в Центре Никсона собралась вся политэлита. “До этого момента канал в США был для нас закрыт”, — утверждает Нателашвили.

Примерно в это время один американский бизнесмен, имеющий в Грузии финансовые интересы, позвонил своему приятелю в Тбилиси. “У меня проблемы в Грузии, — сказал бизнесмен. — Но ничего, к 15 февраля не будет ни Толстого (Бендукидзе. — Авт.), ни Жвании”. Предсказание сбылось. В середине декабря Бендукидзе перестал быть министром экономики. Жвании не стало уже 3 февраля...

“Убийственные” вопросы

Те, кто предупреждал близких премьера о том, что против него “что-то готовится”, утверждали, что мотивация здесь скорее экономическая, чем политическая. После революции в Грузии начался грандиозный передел собственности. Реформами, в ходе которых происходила тотальная распродажа государственных активов, руководил именно Жвания. И руководил очень активно, его мнение было решающим по всем вопросам. По свидетельству Кахи Бендукидзе, даже в последний вечер накануне гибели Жвания проводил совещание, посвященное приватизации электроэнергетики.

Возможно, загадочная гибель премьера связана именно c этими экономическими проектами. Известно, что из его сейфа в госканцелярии пропали какие-то важные бумаги. Георгий Жвания утверждает, что начальник охраны премьера достал из кармана пиджака покойного ключ и что-то взял из сейфа. Некоторые предметы он вернул после того, как их стали искать, но родственники не знают точно, что еще могло там храниться. Вопросов у следствия к охраннику почему-то нет. Полагают, что он мог взять и документы, проливающие свет на причины убийства. Содержание этих документов могло быть известно и сотруднику аппарата премьера Георгию Хелашвили, который якобы застрелился на следующий день после “несчастного случая”.

Бывший министр госбезопасности Грузии Ираклий Батиашвили считает, что убийство премьера может быть связано с продажей крупных объектов госсобственности. Больше всего страстей в обществе, помимо проблемы магистрального газопровода, вызвала судьба Чиатурского горно-обогатительного комбината по добыче марганца, Батумского порта и торгового флота Аджарии. По словам Батиашвили, кто собственник этих объектов и приватизированы ли они вообще, никто толком не знает. Еще один масштабный проект — это строительство нового терминала тбилисского аэропорта. Накануне гибели премьера был объявлен международный тендер на лучший проект. По условиям победитель на 10 лет получал аэропорт в управление. Наиболее вероятной победительницей считалась крупная германская компания. Но 16 мая победителем был объявлен консорциум, в который входят американская компания “A&J”, люксембургская “GTS” и турецкая “Челеби”. Известно, что именно этому консорциуму Жвания по какой-то причине отказал. Правда, 6 сентября был подписан новый контракт с двумя другими турецкими компаниями — “Тав” и “Урбан”, а контракт с “Челеби групп” расторгнут. Теперь она оспаривает это решение в международных инстанциях. Впрочем, Каха Бендукидзе, присутствовавший на переговорах, говорит, что сразу понял: “Челеби” ничего серьезного построить не в состоянии. Тогда почему эта “несерьезная” компания выиграла тендер? В Грузии считают, что все эти сделки должны стать предметом пристального изучения.

Одна из рабочих гипотез “общественного следствия” в общих чертах такова. Жвания якобы помешал планам некоей международной организованной преступной группировки, которая намеревалась открыть через Грузию канал контрабандной торговли оружием. Для этого им надо было прибрать к рукам транспортные коммуникации, однако премьер этому воспротивился. По мнению моих собеседников, эта мафиозная группировка может иметь обширные связи в России, США и на Ближнем Востоке, в том числе и по линии спецслужб. И преследует она не только коммерческие, но и политические задачи. Например, можно контролировать президента Грузии, подсадив его на иглу преступных денег. До сих пор власть Саакашвили держалась за счет государственного рэкета — отъема денег у местных богачей. Но этот источник иссякает: все, что можно было отобрать, уже отобрали. А большие деньги можно по-быстрому сделать либо на оружии, либо на наркотиках. Разумеется, все это только версии, нуждающиеся в доказательствах.

— Как только кто-то подойдет близко к разгадке этой смерти, его просто не станет, — говорят в Тбилиси.

Кто вы, мистер Саакашвили?

Все встречи в кабинете премьера зафиксированы в документах сотрудников его аппарата и помощников. Со слов этих людей стало известно, что активное участие в судьбе аэропорта почему-то принимал родной дядя Саакашвили Тимур Аласания. Именно он лоббировал интересы консорциума “Челеби групп”, он привел к премьеру и рекомендовал американского бизнесмена Эрика Гудиса, который вел переговоры от имени этой группы.

Об участии семьи президента в бизнесе в Тбилиси говорят много разного. Но фигура дяди стоит особняком. Его часто можно встретить в коридорах власти. Не занимая никакой должности официально, он, например, присутствует на заседаниях Совбеза. Говорят, что руководители спецслужб без него не решают ни одного вопроса. А один оппозиционный лидер рассказывал мне, как Аласания уговаривал его стать карманной оппозицией при племяннике. Настоящий серый кардинал, обладающий огромным влиянием, в том числе и на президента.

Его жизнь полна загадок. Известно, что он профессиональный дипломат и в начале 90-х годов работал в Нью-Йорке в Комитете по разоружению ООН на небольшой должности. Потом будто бы поднялся до старшего советника секретариата ООН (считался специалистом по вопросам транспортного транзита). По слухам, хорошо знал сына Юрия Андропова, Игоря Юрьевича, и даже некоторое время работал с ним в одном кабинете (к сожалению, уточнить эту информацию у самого Игоря Андропова не удалось). Уровень его московских связей впечатляет. Среди его хороших знакомых называют Игоря Иванова, министра иностранных дел Сергея Лаврова, которого он будто бы знал еще по учебе в МГИМО. Он учился на курс младше министра, но хорошо знал и курс Лаврова.

Я попыталась проверить эту информацию. Однако оказалось, что списки выпускников МГИМО засекречены и так просто их не получишь.

— Мы не можем дать вам эту информацию, — сказал представитель одной из из организаций выпускников МГИМО. — На это требуется разрешение первого отдела. Потому что многие наши выпускники работают в разведке.

По словам моего собеседника, вербовка студентов МГИМО во времена СССР обычно происходила на 5-м курсе, когда те проходили обязательную практику в советских посольствах за рубежом. Если студент подходил для работы в секретных службах, он получал предложение, от которого не мог отказаться.

По словам собеседников, знавших Аласанию по США, у него в Штатах дом, сыновья — американские граждане. Во время своего пребывания в США Саакашвили жил у дяди, который и устроил его на работу в юридическую фирму “Patterson, Belknap, Webb & Tyler”, где будущий президент работал ассистентом (т.е. подносил бумаги). С декабря прошлого года г-н Аласания вместе в женой перебрался в Тбилиси, поближе к племяннику. Бизнес-партнер г-на Аласании гражданин США Эрик Гудис, как говорят его американские знакомые, очень богатый человек. Родился он в Тбилиси, отец работал начальником Военторга. В одном из принадлежащих ему зданий в Нью-Йорке находится женский клуб Республиканской партии, куда якобы захаживает даже Лора Буш.

Именно дядя ввел Саакашвили в круг американской элиты и остается главным его лоббистом. Он же обеспечивает его прикрытие на российском направлении. Интересно, что Тимур Аласания и Эрик Гудис были замечены в числе гостей на Родосе, на международном форуме, одним из сопредседателей которого является президент ОАО “Российские железные дороги”, как говорят, близкий к Путину человек, Владимир Якунин. Были на том форуме и другие влиятельные лица из окружения Президента РФ. Судя по всему, уровень связей дяди Саакашвили позволяет решать в Москве любые вопросы. И не только в Москве.

— Тимур Аласания — офицер КГБ, — сказал мне лидер лейбористов Шалва Нателашвили. — Сейчас, по нашей информации, сотрудничает и с американскими спецслужбами.

Я не могу подкрепить свою версию никакими документами, но она основана на информации из серьезных источников. Помните, как американцы благодарили руководство РФ за успешную “совместную операцию по смене власти в Грузии”? Источники утверждают, что кандидатура Саакашвили в качестве президента была “утверждена” на встрече представителей американских и российских спецслужб еще до “революции роз”. При этом каждая сторона вела свою игру. Американцы думали, что обманывают русских, русские делали вид, что проявляют лояльность к американскому ставленнику, а на самом деле, видимо, уповали на “фактор дядюшки”.

Что же выходит: Саакашвили — агент Кремля? Саакашвили, который объявлял России войну, — наш ставленник?! Это кажется невероятным. Но эта версия хорошо объясняет, почему лоббистами Саакашвили вдруг стали политики, имеющие репутацию патриотов-государственников. Она объясняет и странную податливость Москвы в жизненно важных для нашей страны вопросах, таких как вывод баз. Базы выводятся аккурат к тому моменту, когда Саакашвили надо идти на второй срок.

После развала советских спецслужб множество людей с весьма специфическими умениями и навыками пустились в свободное плавание, руководствуясь исключительно своими личными интересами. При этом у них по-прежнему большие возможности. Устроить родственника президентом вполне им по силам.

...При таком раскладе Зураб Жвания и впрямь мог оказаться лишним для всех на этом празднике жизни.




Партнеры