Премьеру дали при мэре

На спектакле своего министра Лужков признался, что пишет сказки

26 декабря 2006 в 00:00, просмотров: 690

— Загадайте желание, — строго требует лицо в зеленом чулке, которое в упор смотрит на Лужкова через иллюминатор. Так с градоначальником, пожалуй, давно никто не разговаривал. Но позволить себе так говорить могут только клоуны — с них взятки гладки. Вчера Юрий Лужков посетил премьеру Московского театра клоунады Терезы Дуровой “Бай-бай, Храпелкин!”


Машина мэра подъезжает к театру на Серпуховке в середине дня без опозданий. Заходит быстро, в новенькой кепке, и тут же попадает в объятия Деда Мороза со Снегуркой. Говорит о надвигающемся Годе ребенка.

— Юрий Михайлович, как часто вы посещаете детские спектакли?

— Ну вот недавно был в Театре Сац, еще раньше — в цирке. Теперь вот — у клоунов.

Клоуны распахивают перед мэром, загадавшим желание, дверь в волшебную страну снов.

— Ваше отношение к тому, что министры московского правительства (я имею в виду Владимира Малышкова) пишут пьесы, одним словом, занимаются не своим прямым делом?

— А что, хорошо. Скоро, наверное, оперу напишут. Но не оперуполномоченному, надеюсь, — шутит мэр и отправляется в гудящий, как улей, зал, полный детей.

Что же увидел столичный градоначальник, сидя в плотном окружении детей в Театре клоунады на Серпуховке?

Аплодисменты начинаются с занавеса — аплодируют именно ему, а точнее, художнице Рыбасовой, которая закрыла сцену необычным панно. На черном небе сталкиваются и вдребезги разлетаются цветные звезды и планеты — сказочное начало обещает новогоднее продолжение. Но не тут-то было: когда занавес взлетит и откроет сцену, все смешается в одном московском доме — елка, новогодний стол, шампанское, папа, мама, дочка-дылда и мальчик Веня в пижаме, который ко всем пристает и канючит:

— Я хочу рассказать вам свой сон, ну я хочу рассказать про сон…

Мама (Юлия Юнушева) — мимо, папа — тоже, сестрица — в наушниках, все равно не слышит. В предновогодней суете все как будто оглохли. Расстроенный мальчик Веня ложится спать. И тут…

Впрочем, участие в театральном проекте чиновничьей единицы, а именно г-на Малышкова, главы потребительского рынка Москвы, внушает больше подозрений, чем надежды на то, что на сцене случится “и тут”, “и вдруг”. Сколько уже чиновничьих амбиций подпортили немало творческих начинаний. Но “Бай-бай, Храпелкин” оказывается невероятно приятным исключением из правил. Так вот.

…И тут мальчик Веня засыпает и видит цветной сон — лесное зверье отрывается в джазе. На экране в это время идет такая же яркая веселуха из мультфильмов — сцена и анимация сливаются в драйве. Вот о таком красивом сне не хотят слышать родители, потому что взрослым снятся только стильные сны — черно-белые, в стиле техно или хай-тек. На экране по заднику, как в космосе, летят пластилиновые утюги, плошки, печати, компьютеры, бумаги, что-то из бухгалтерии. На их фоне клонированные мамы в количестве пяти штук мечутся в хозяйственном танце (замечательная работа Светланы Шишкиной):

Стирка, готовка, уборка и глажка

Детям — штанишки, мужу — рубашка…

Монохромных мамаш всасывает огромная стиральная машина. А папаня (Геннадий Краковский) в ч/б костюме (обалдеть!!!) за считанные минуты выстраивает на офисном столе пирамиду из семи стульев и под аплодисменты оказывается на ее вершине. Ап! — и карьерный сон готов. Тут же на скейте вылетает сестрица в наушниках (Ольга Надуваева) и с мечтой стать звездой — звездная болезнь, естественно, тоже в тоскливом ч/б. И весь этот черно-белый, но эффектный мир контролирует Храпелкин (Андрей Ермохин) — смешной типчик, разъезжающий на агрегате.

Тереза Дурова сделала театру цирковую прививку, отчего тот только выиграл: головокружительные трюки на сцене, сумасшедшие мультики на экране (аниматор Борис Коршунов), роскошные костюмы (Ольга Сергеева), остроумные репризы не оставляют места для моралите — все весело, динамично и ярко, с огромной фантазией и добротой. Простая история про сны, талантливо сочиненная тремя авторами (Владимир Малышков, Артем Абрамов, Сергей Таюшев), оказалась ненавязчиво философской и эстетской. Музыка — вообще отдельный разговор: хит на хите, артисты поют только вживую.

Кстати, о детях — в “Храпелкине” роль мальчика, к счастью, играет не взрослый артист, и уж тем более не артистка, а восьмилетний Эмиль Рывкин — трогательный, органичный, нежно поющий что-то про мечту.

В канун нового, 2007 года в Москве произошло долгожданное чудо — появился роскошный детский мюзикл.

Когда отгремели аплодисменты, спрашиваю Лужкова:

— Какие ваши первые впечатления от спектакля?

— Спектакль очень красивый, яркий, потрясающий! Он показывает то, чего нет в реальной жизни. Если дети увидят такие сны и расскажут о них друг другу, то у нас будет много талантливых художников.

— Юрий Михайлович, извините за интимный вопрос, а вам какие снятся сны — цветные или черно-белые?

— Мне снятся цветные.

Как выяснилось, мэр в свободное время, когда переезжает с объекта на объект, оказывается, пишет сказки. Не исключено, что они когда-нибудь тоже найдут сценическое воплощение.




Партнеры