mk.ru : Московский комсомолец

Как следует из информации официальных источников, вечером 9 января замначальника Главного организационно-аналитического управления — начальник инспекторского управления Генпрокуратуры Геннадий Нисифоров переходил дорогу по пешеходному переходу на Нагатинской набережной вместе с женой. В это время по дороге ехал «КамАЗ», водитель которого не справился с управлением и не смог затормозить. В последний момент прокурор успел оттолкнуть из-под колес грузовика свою супругу. Сам же Нисифоров получил открытую черепно-мозговую травму, множественные переломы ребер, ушибы. В состоянии шока он был доставлен в больницу, где скончался через два часа.

По факту гибели Нисифорова возбуждено уголовное дело. Вечером понедельника сообщалось, что водитель «КамАЗа», 59-летний Олег Бельдинов, задержан. Однако днем во вторник Бельдинов был дома. Правда, поговорить с ним по телефону не удалось — сославшись на высокое давление, он отказался что-либо пояснить.

Из источников «МК» о Бельдинове как о водителе известно то, что он несколько раз привлекался за нарушения ПДД, в том числе за управление в пьяном виде. Правда, это было в 1998 году, а последний раз нарушение правил разворота было зафиксировано в 2007 году. Но вряд ли такая информация может как-то охарактеризовать водителя со стажем: такие нарушения можно найти у любого.

Тем не менее, как считает член Общественной палаты Анатолий Кучерена, гибель Нисифорова необходимо тщательно расследовать.

— Особенно учитывая то, что имя прокурора не раз упоминалось в прессе в делах, которые вызвали широкий резонанс в обществе, — заявил Анатолий Кучерена «МК». Известному общественнику кажутся странными обстоятельства гибели прокурора: «Выходной день, пустые дороги. И вдруг его сбивает грузовик. И не где-то, а на пешеходном переходе».

В Генпрокуратуре также считают, что гибель Нисифорова нужно серьезно расследовать.

— Необходимо тщательно выяснить все обстоятельства случившегося, руководство Генпрокуратуры держит ситуацию под контролем, — заявила официальный представитель Генпрокуратуры Марина Гриднева.

Напомним, фамилия Нисифорова стала широко известна в ноябре после обращения в ФСБ его бывшей секретарши, 35-летней Натальи, которая заявила о сексуальных домогательствах со стороны шефа. СКР тут же возбудил уголовное дело по обвинению Нисифорова в покушении на изнасилование. Однако замгенпрокурора Виктор Гринь отменил постановление следователя, посчитав, что оснований для обвинения генерала недостаточно. Решение Гриня тогда неофициально объясняли в Генпрокуратуре тем, что в материалах не было протоколов осмотра предполагаемого места происшествия, результатов медосвидетельствования заявительницы, а в протоколах опросов секретарши и двух замов Нисифорова не содержалось ничего по сути обвинения. Одним словом, явно проглядывались признаки некой поспешности следствия. Интересно то, что в заявлении секретарши, которое она написала на имя директора ФСБ Александра Бортникова, указывалось на факты домогательства, которые якобы произошли в мае 2010 года и в сентябре 2011 года. При этом само заявление было датировано ноябрем 2011 года.

Сам Нисифоров тогда утверждал, что секретарша его оговорила, и связывал это с расследованием «игорного дела». Адвокат Нисифорова, поясняя его позицию, утверждала, что Нисифоров подписывал документы, указывающие на нарушения следствия, препятствующие привлечению к уголовной ответственности ряда должностных лиц из прокуратуры. Это в том числе долго не позволяло объявить в международный розыск Александра Игнатенко, недавно задержанного в Польше. Кстати, совпадение по времени фактов задержания Игнатенко и гибели Нисифорова также вызывает вопросы.