Чудак на букву “М”

Репортер “МК” разоблачил русского потомка барона Мюнхгаузена

31 марта 2007 в 00:00, просмотров: 1064

  Завтра — первое апреля, и попробуйте обойтись без шуток в День дурака. Что до “МК”, то мы в канун веселого праздника нашли самого правдивого человека на земле — потомка барона Мюнхгаузена!
     
     На каждом шагу этот человек спотыкается о подвиг: то объявит войну Германии, то присвоит Луну, то берется разводить оленей, у которых вместо рогов на макушке растут вишневые деревья…
     …И кто это заврался? Вы имеете дело с потомком самого правдивого человека на земле — барона Мюнхгаузена!
     Три года назад житель города Прохладный Кабардино-Балкарии Владимир Наговицын по решению районного суда изменил свою фамилию и судьбу. Он отстоял свое “наследное право” носить треуголку и благородное имя Нагова-Мюнхгаузен:
     — На основании семейных архивов я доказал человечеству, что являюсь праправнуком исторического прототипа этого литературного героя…
     Вы уже поверили Мюнхгаузену? В любом случае в канун 1 апреля его байки вполне уместны.

В медвежьей утробе

     Чтобы попасть в здание единственного русского музея Мюнхгаузена, что возвышается у Голубого озера в Черекском районе Кабардино-Балкарии, требуется мужество не одного барона. Ведь надо буквально залезть в медвежью пасть, чьи клыки обрамляют входную дверь.
     — Заходи, шашлык из тебя будет, — отвесил грубоватое приветствие из мультика Мюнхгаузен. И даже треуголку перед дамой не снял. Правда, за дверью и впрямь возникла шашлычная. — Приятель четыре года как кафе отстроил, а мне под музей второй этаж бесплатно выделил. Для привлечения клиентов.
     Внешне 48-летний Владимир оказался далек от литературного образа своего далекого предка. Кроме того, почти любой вопрос, даже самый детский, вызывал у нашего героя агрессию.
     — Почему вы не носите крученые усы и косичку?
     — Я что, клоун? Женщины меня и таким любят. За фамилию говорят мои деяния в духе великого предка Иеронимуса Карла Фридриха фон Мюнхгаузена, а не усы! — самодовольно возразил Нагова-Мюнхгаузен.
     Плоды некоторых славных подвигов и собраны в небольшой комнате музея. Например, вдоль одной стены расположились будто только что снятые с носа великана огромные очки с пластмассовыми дужками. А одна линза — с трещиной.
     — Кто разбил мои очки? — всполошился Мюнхгаузен, нервно потирая свою переносицу. — Ладно, до следующего солнечного затмения стекло заменим. В марте 2006 года сие явление природы через эти трехметровые очки наблюдали сразу шесть человек! Конструкцию в тридцать килограммов закрепили окулярами к небу. Вместо линз я попросту взял два лобовых автомобильных стекла.
     — Да кому такие очки впору? — усомнилась я в пользе громадного “аксессуара”. — Тут размер точно имеет значение…
     — А вы любите на пляже лежать? Вся ваша семья могла бы укрыться под “навесом” с таким дизайном, — на ходу сочинял всестороннюю полезность Мюнхгаузен. — И термин уже мной придуман — “солнцезатменные” очки.
     Вдруг я заметила, что нахожусь под прицелом двуствольного орудия зеленого цвета.
     — Моя любимая гуркен-пук, в переводе с немецкого — “огуречная пушка”, — познакомил нас хозяин музея. — Стреляет солеными огурцами по Северному полюсу. Какая надобность? Прямая! В феврале необходимо задабривать белых медведей, которые трутся спиной о земную ось...
     — Кажется, это не ваша песенка…
     — Главное — это факт! — поднял к небу палец Нагова-Мюнхгаузен. — Так вот: закусив пикулями, медведи на радостях начинают крутить планету быстрее — и весна приходит раньше. Верят же американцы сурку, который смотрит на свою тень! И нам нужна подобная традиция! Еще восьмого марта я выстреливаю по синему небу из обоих пушечных дул букетами цветов: поздравляю женщин всего мира с праздником. А прошлым летом повторил подвиг литературного предка: пулял вишневыми косточками по лесу в надежде попасть в лоб какому-нибудь оленю. Чтобы у того на рогах распустились вишни!
     Думаете, ну Мюнхгаузен, ну заливает! А Нагова предугадал ваши мысли: каждый запланированный подвиг он совершает публично.

Плод любовной треуголки

     “Схватив себя за косичку волос, я изо всех сил дернул вверх и без большого труда вытащил из болота и себя, и своего коня, которого крепко сжал обеими ногами, как щипцами” (Э.Распэ. “Приключения барона Мюнхгаузена”).
     И вот передо мной — древнее седло, принадлежавшее самому честному человеку в мире. Мой интерес к истории предмета задел потомка Мюнхгаузена за живое:
     — Из болота достал! Из того самого…
     — Но ведь барон вытащил себя из “того самого” болота за волосы вместе с конем, — рассуждаю как следователь, который сходит с ума вслед за преступником. — А седло в силу своего назначения было крепко зажато между ним и жеребцом.
     — У вас типично женская логика! — все больше раздражался на мою подозрительность Владимир. — Хитроумный предок сразу понял, что конь весь в болотной жиже и выскользнет из седла, стоит им подняться в воздух. Но прадед не растерялся! Скинул в болото ботинки, голыми ступнями расстегнул под брюхом жеребца седло и легко сбросил его. А уж потом крепко обхватил туловище скакуна и — рванул себя за косичку! — при этом Нагова-Мюнхгаузен сам энергично дергал себя за загривок. Добиться от него реалистичной трактовки так и не удалось. — Я жуткий смельчак и, конечно, нырнул в то же болото с аквалангом.
     Тут важно заметить, что Владимир Нагова-Мюнхгаузен вовсе не похож на шизофреника. Даже когда несет бред. Иными словами, он — писатель. И в 2001 году сочинил “автобиографическую” книжку для взрослых “Приключения потомка барона Мюнхгаузена”. Тогда еще под псевдонимом Влади Нагова-Мюнхгаузен.
     Где же заветная грань между нашими литературными и историческими героями? То есть двумя баронами и их обоими потомками?
     
     СПРАВКА "МК"
     Иеронимус Карл Фридрих фон Мюнхгаузен родился в 1720 году в немецком городе Боденвердер. В 1737 г. действительно отправился на службу в Россию как паж принца Ульриха Брауншвейгского. В 38-м участвовал в русско-турецкой войне. В 50-м вернулся на родину и частенько рассказывал в питейных заведениях о своих приключениях в России, которые в 1785 году записал и опубликовал Эрих Распэ.
     
     История “реального потомка” Мюнхгаузена началась в 2000 году. По закону жанра его умирающая тетка из Архангельска передала Владимиру Наговицыну пожелтевший от времени семейный архив.
     — Часть документов была на немецком языке, которым я отлично владею, — говорит Владимир. — Из них следовало, что летом 1739 г. на свадьбе принца Ульриха Брауншвейгского с Анной Леопольдовной в Санкт-Петербурге барон Мюнхгаузен познакомился с княгиней Евгенией Голицыной. После короткого, но бурного романа на свет появилась внебрачная девочка, давшая начало русской линии Мюнхгаузенов. Чтобы не позорить дворянский род Голицыных, мать отправила дитя на Кавказ. Девочка выросла в семье казачьего атамана Наговицына. В Германии у Мюнхгаузена детей больше не было, так что я его единственный потомок по прямой линии.
     Подвиг, май 2006 года. Владимир Нагова-Мюнхгаузен построил на крыше музея шестиметровую пирамиду и с помощью этой архитектуры наладил связь с космосом: “В 1 час 2 минуты 3 секунды 4-го дня 5-го месяца 2006 года я наполнил космической энергией шести чисел свой музей. Но потом разобрал пирамиду, чтобы не получить негатив, когда звезды повернутся к нашей планете задом”.

Человек на ядре

     “Я стал рядом с огромнейшей пушкой, которая палила по турецкому городу, и, когда из пушки вылетело ядро, я вскочил на него верхом и лихо понесся вперед. Все в один голос воскликнули: “Браво, браво, барон Мюнхгаузен!” (Э.Распэ).
     — Этот экспонат — турецкое ядро — я нашел на раскопках под Азовом, когда учился на философа в Ростовском университете, — Нагова-Мюнхгаузен присел на пушечный заряд, как на табуретку. — Вот, подумал, и отыскало меня ядро прапрадеда… Так оно и валялось у меня под кроватью ростовского общежития до конца обучения. А когда я уезжал в Прохладный, с трудом дотащил такую тяжесть до поезда. Так что на этот раз ядро каталось на Мюнхгаузене, а не наоборот... Тоже, считай, подвиг!
     — Но ведь вы узнали, что Мюнхгаузен, только через 20 лет после университета, — напомнила я Наговицыну его историю. — Как же вы могли еще студентом о предке подумать?
     — Ядро мне понравилось, вот и взял! — гневно выстрелил в меня слюной Владимир. — Да и мать с детства говорила о нашем происхождении.
     Еще студентом Наговицын как-то прочел в литературной энциклопедии комплимент в свой адрес: “Сказочник — это человек с редким даром рассказчика…”
     — Кто-то всю жизнь бумагу марает, а я написал пять коротких произведений и остановился. Потому что достиг совершенства в области сказки, — объясняет он. — А что такое “работать над текстом”? Вот свой шедевр про потомка Мюнхгаузена я написал за несколько часов, загорая на пляже.
     Последняя книга состоит из баек для взрослых с закосом под нехитрый стиль Распэ. Потомок легендарного барона то удовлетворяет туристок Кабардино-Балкарии, то появляется из задницы сказочного дракона, то поит водкой гигантских комаров… Вроде и с юмором написано, но как-то гаденько и пошловато. Даже цитировать не хочется. Тем не менее Нагова-Мюнхгаузен только что отослал свой “шедевр” в немецкую национальную библиотеку по запросу из Лейпцига. “Я вошел в сокровищницу мировой литературы!” — хвалится потомок барона.
     А ведь он успел приобрести реальную профессию: зарабатывал тем, что делал чучела зверей и птиц. Сейчас у него в Прохладном даже есть своя сувенирная лавка.
     С женой Владимир развелся 12 лет назад, у них взрослая дочка и семилетний внук. Однако когда наш разговор перетекал в бытовое русло, Нагову-Мюнхгаузена прямо трясти начинало: “При чем здесь моя жена?! Ни слова о моих родителях!”. Зато о своих подвигах он был готов говорить годами…
     — Книгу я выставлял в Москве на ВВЦ, — говорит Мюнхгаузен. — Но поскольку стенд не выкупал, то презентовать ее смог только в мужском туалете — с табличкой “павильон №0”. А что? Место людное! И вот все спрашивают: “А вы правда потомок Мюнхгаузена?”. Когда позвонил в музей прапрадеда в Боденвердере — услышал тот же удивленный вопрос на немецком. И не-ет, не важно, что я уже открыл музей и поставил в нем первый в России памятник Мюнхгаузену. В скульптурную композицию, кстати, входит юный Путин, который вместе с бароном смотрит на Луну… А им документы подавай! И все соседи туда же: “Не майся дурью, Володя…”
     Вот пришлось доказывать бюрократам свое историческое право на “дурь”: “Дело заняло несколько месяцев. И наконец в 2004 году по решению суда города Прохладного меня всенародно признали именитым потомком!”
     Новая фамилия “Нагова-Мюнхгаузен” призывала к действиям: в 2005 году Владимир заявил обществу о своих правах… на Луну.
     А 32 мая (это число подарил человечеству герой Янковского из кинофильма “Тот самый Мюнхгаузен” по пьесе Горина) наш герой объявил войну Германии. Ну что на это сказать? Спасибо от ветеранов, что совершил сей подвиг не 9 мая...
     — Я отправил по почте заявление в администрацию Боденвердера с требованием установить памятную доску посреди города. С надписью “Прости нас, Мюнхгаузен!”.
     
     СПРАВКА "МК"
     Германия промолчала. И до сих пор в состоянии войны с Наговой-Мюнхгаузеном.
     После выхода книги Распэ Иеронимуса Мюнхгаузена прозвали “барон-лжец”, дети на улицах показывали на него пальцем и смеялись над стариком. В 1797 году бедняга умер в нищете и одиночестве.

     
     — Прадед слишком долго прожил в России, и байки о жизни в нашей стране попросту не укладывались в правильные головы бюргеров, — считает Нагова-Мюнхгаузен. — Я же, напротив, на нашей земле прививаю потешные и шутовские традиции, которыми издавна славилась Европа. И признаться, обыватели не понимали мюнхгаузенов во все времена…
     Новогодняя ночь 2007-го, подвиг: Нагова-Мюнхгаузен приготовил праздничный ужин для свиней из прохладненского совхоза: смешал в корыте пряники, яблоки и шампанское. После чего катался на опьяневшем символическом животном по улицам города.

Смейтесь, господа! Ну где же ваши улыбки?

     — Достал он всех, — за спиной Наговы-Мюнхгаузена сообщил мне его сосед и “верный пушкарь” Александр, который тоже подъехал к музею. — Володю весь город бездельником считает. Думают, ищет славы… Бывшая жена и дочь его стыдятся… Поэтому он о них не упоминает. Больная это тема.
     Владимир гордо предъявил репортеру “МК” паспорт с новой фамилией. А вот разрекламированные семейные архивы зажал: “Могут похитить!”. Судья Попович, который вел дело Мюнхгаузена, от комментариев для прессы тоже воздержался. Но в канцелярии районного суда Прохладного нам передали копию его решения от 30 ноября 2004 года.
     В своем заявлении Владимир оспаривает отказ местного ЗАГСа изменить его фамилию на “Нагова-Мюнхгаузен”. Герой жалуется, что с детства испытывает дискомфорт, связанный с произношением другими лицами фамилии Наговицын… Потому что она морфологически делится на две части, каждая из которых имеет свое значение. В ЗАГСе же ему, видите ли, предложили выбрать из имен и фамилий, принадлежащих близким родственникам. А ведь на суде выступила и мама истца, М.Г.Наговицына, которая свидетельствовала, что ее девичья фамилия была Левина-Мюнхгаузен (это документально не подтверждено). И что в детстве она якобы читала те самые семейные архивы. Которые, увы, были утрачены в связи с репрессиями военного времени. Но ведь право на желанную фамилию Владимиру дает и литературный псевдоним, под которым в 2001 году была издана его книга.
     Получается, Наговицын даже не пытался подтвердить свое происхождение. Конечно, судья Попович разрешил ему взять фамилию знаменитого “барона-лгуна”.
     Ведь наш герой всем доказал главное: он и есть тот самый Нагова-Мюнхгаузен.




    Партнеры