Марс наш

Космос как судьба русского человека

4 сентября 2014 в 14:36, просмотров: 18475
Марс наш
фото: Геннадий Черкасов

Когда живешь в информационном потоке, постоянно узнаешь много всякой разной избыточной ерунды.

Вот я, например, слышал, что против России многие страны (так называемые западные, хотя их весомая часть находится не на Западе) ввели санкции. Ограничив нам доступ к западным (опять же в широком смысле) технологиям и деньгам. Еще правительство, кажется, изъяло (это очень деликатный термин, не правда ли?) пенсионные накопления граждан за 2015 год. Из-за бюджетных и прочих проблем. Министерство финансов в лице заместителя его главы Алексея Моисеева грозится, что скоро нефтяная цена упадет ниже $100 за баррель и тогда с государственными деньгами станет вовсе туго. Кто-то грозит нам приостановлением членства России в ФИФА и УЕФА — и если так случится, мы не станем свидетелями неизбежного триумфа нашей футбольной сборной на каком-нибудь очередном чемпионате мира/Европы. Да — еще, судя по всему, в близком будущем запретят импортные лекарства, которые многим из нас позволяли не умирать раньше времени. А импортные продукты во главе с устрицами, хамоном и пармезаном уже запретили.

Но самое удивительное — многие говорят и пишут, что совсем неподалеку от России нынче идет война. Настоящая, большая и горячая, как спелый чебурек. Я, правда, сам на эту войну не заглядывал, но опять же: когда живешь в информационном потоке…

Выйти из этого потока на берег разума можно только одним способом: оторваться от компьютера, занять удобную точку на свежем воздухе и поднять голову резко вверх. И если осенняя погода позволит, увидеть главное — Космос.

Я мало что понимаю в астрономии (как, впрочем, и в большинстве других дисциплин), но из детства запомнил: если ты посмотрел на звездное небо и тебе сразу же попалось на глаза что-то особенно яркое, то это — как раз не звезда, а планета Венера. Потом уже, вскоре после Венеры, глаз привыкает, и ты видишь все остальное. А если что-то кажется слишком красным, то это, скорее всего, Марс.

Отдельное же удовольствие — разглядывать Луну. Во-первых, потому что она близко. Во-вторых — всегда вызывающе разная, как изысканная дама. То белая, то кровавая, а то даже какая-то голубая. Она бывает всех размеров и форм. С поверхности московской земли — одна Луна. А из бара на крыше какого-нибудь высотного здания — совсем иная. Иногда хочется ущипнуть себя и спросить: да полноте, Луна ли это? Или какая-то космическая мистификация в особо крупных размерах?

В общем, согласно поэту, «в венцах, лучах, алмазах, как калифы, излишние средь жалких нужд земных, незыблемой мечты иероглифы, вы говорите: вечность — мы, ты — миг».

И там, где есть все эти труднопознаваемые светила, нет ни пенсионных накоплений, ни нефтяных цен, ни футбола, ни даже войны. Там царит гробовая космическая тишина — лучшее из того, к чему человеку стоит прислушаться.

А слышит эту тишину не только простое обывательское ухо, но и тонко настроенное высокопоставленное.

Вот, например, вице-премьер правительства РФ Дмитрий Рогозин, только что сопровождавший президента в поездке на Дальний Восток (это примерно там, где новый космодром «Восточный»), анонсировал создание сверхтяжелой ракеты, которая десятилетие спустя унесет нас прямо на Марс. Это очень правильно — ведь оптимизма по поводу того, что случится за предстоящие десять лет на пресловутой Земле, нет и не может быть.

Помните, это было еще у американского писателя Рэя Бредбери в «Марсианских хрониках»:

«Он хотел улететь с ракетой на Марс. Рано утром он пришел к космодрому и стал кричать через проволочное ограждение людям в мундирах, что хочет на Марс. Он исправно платит налоги, его фамилия Причард, и он имеет полное право лететь на Марс. Разве он родился не здесь, не в Огайо? Разве он плохой гражданин? Так в чем же дело, почему ему нельзя лететь на Марс? Потрясая кулаками, он крикнул им, что не хочет оставаться на Земле: любой здравомыслящий человек мечтает унести ноги с Земли. Не позже чем через два года на Земле разразится атомная мировая война, и он вовсе не намерен дожидаться, когда это произойдет. Он и тысячи других, у кого есть голова на плечах, хотят на Марс. Спросите их сами! Подальше от войн и цензуры, от бюрократии и воинской повинности, от правительства, которое не дает шагу шагнуть без разрешения, подмяло под себя и науку и искусство! Можете оставаться на Земле, если хотите! Он готов отдать свою правую руку, сердце, голову, только бы улететь на Марс! Что надо сделать, где расписаться, с кем знакомство завести, чтобы попасть на ракету?».

Но ближе (во всех смыслах) Марса — Луна. Как еще намного раньше говорил тот же вице-премьер Рогозин, а с ним и многие другие чиновники космического профиля, уже типа к 2025 году мы сделаем базу на Луне. И специальные роботы (человекообразные или нет, я, по правде сказать, не помню) будут там добывать нам полезные ископаемые. Да, еще к тем же временам появятся специальные лунные автомобили, чтобы нам было удобнее ездить по поверхности Луны. Не метро же там прокладывать, в самом деле, — а то пришлось бы завозить в космос неисчислимое множество стрелочников на случай возможных аварий.

Верят ли наши официальные лица в эти лунно-марсианские проекты? На мой взгляд — да, верят. Не могут не верить. Доказательства? Ну, они бы очень громко засмеялись в присутствии первого лица РФ, если бы не верили. А все космические обсуждения происходят на полном серьезе. Да и как можно думать о полете на Марс, если хоть на минуту сомневаться, что когда-нибудь, к 2030 году (на русской земле тогда, вы будете смеяться, должны пройти еще очередные выборы президента), мы таки окажемся на Красной планете? Не в полном составе, конечно, но делегацией из максимально достойных.

Но даже если сверхамбициозная космическая программа все же гикнется — а этого нельзя исключать с учетом неясных нефтяных цен и поступлений средств в бюджеты всех уровней, — она все равно принесет немалую пользу. По меньшей мере тем самым чиновникам, которые отвечают за марсианские перспективы. Ведь все равно какое-то финансирование будет, а будет оно немаленькое, по обычным человеческим меркам. И часть финансирования удастся освоить. А если конечный результат окажется недостижим — что ж, мы хотя бы попробовали, разве плохо?

В конце концов, во всем так или иначе будут виноваты США, которые, движимые глобально-имперскими амбициями, на ровном месте, без ощутимой причины оставили нас без доступа к международному финансированию, а заодно и весьма полезным нам технологиям. Нет, мы ей-ей добрались бы до Марса и Луны в полном расцвете сил, если бы не иррационально-империалистическое поведение Вашингтона.

Но мы, россияне, конечно, все же расстроимся, если не попадем на сопредельные планеты. Хотя вообще-то мы почти никогда не расстраиваемся. Ну отобрали у нас пенсионные накопления — и что? Всё равно они куда-нибудь со временем рассосались бы. Да и кто верит, что в России XXI века можно действительно жить на одну пенсию?

Говорят, вот еще у нас есть проблемы с образованием и здравоохранением. Нас это не должно беспокоить. Как известно из авторитетных источников, лишние знания умножают печаль. А печаль и есть конечная (она же и первичная) причина всех болезней. Не сомнительный импортный медикамент, который вот-вот запретят, а постоянная радость на сердце продлит нам жизнь выше планки пенсионного возраста.

А вот без космических путешествий мы не обойдемся. Можно смириться со всем, но только не с крахом звездной мечты.

У нас, конечно, есть еще Крым. Не полноценная замена Марсу, но тоже хорошо. Хотя Крым все-таки слишком близок и материален. Говорят — я не проверял, — что там есть даже какие-то проблемы с электроэнергией и паромом, чего в принципе не может быть на Луне, населенной нашими роботами и автомобилями.

Весь этот космос необходим нам, чтобы сбежать из земного измерения нашей жизни. Побег — это вообще очень русская идея. И он совсем не географичен. Мы бежим от самих себя, чтобы не предъявлять к себе никаких требований по части обыденного существования. Это побег по вертикали, а не по горизонтали. Побег от ощущения, что земная жизнь все равно не сложится. Так собака, которой злые насмешники привязали к хвосту пустую консервную банку, бежит, подгоняемая и пугаемая ее грохотом. И чем быстрее бежит — тем пуще грохочет банка, а чем громче банка — тем быстрее надо бежать.

Мы не в состоянии поверить, что кто-нибудь когда-нибудь достроит полноценную дорогу из Москвы в Санкт-Петербург (или хотя бы обратно). Но в Марс мы — верим.

И не надо нас этого лишать, эта вера куда важнее устриц, хамона и пармезана.

Главное только, чтобы профильный вице-премьер Рогозин не раскололся и не захохотал в самый неподходящий момент, например, на важном совещании и в прямом эфире. Такого разочарования наша нация беглецов, боюсь, не переживет.



Партнеры