Хроника событий В Минфине создают департамент по противодействию санкциям Правительство РФ создаст департамент по противодействию санкциям Директор воронежской фирмы утаил налогов на сумму свыше 23 млн На Украине напуганы возможной отменой США антироссийских санкций Reuters: в батареях для Tesla может содержаться кубинский кобальт

Эликсир единовластия: чем берет избирателей президент Эрдоган

Может, наши власти опытом обмениваются

26.06.2018 в 15:39, просмотров: 2878

Известная фраза «я не 100 долларов, чтобы всем нравиться» хороша для многих профессий, но вряд ли уместна для политиков, существующих в условиях современной демократии.

Эликсир единовластия: чем берет избирателей президент Эрдоган
фото: Алексей Меринов

Впрочем, из каждого правила есть свои исключения: для одержавшего накануне в Турции двойную победу — на президентских и парламентских выборах — Реджепа Тайипа Эрдогана «стодолларовая фраза» вполне могла бы быть выбрана в качестве политического кредо, ничуть не мешающего ему с 2002 года практически без сбоев шагать от одной победы к другой. Причем, что характерно, не ища легких путей — ни для Турции, ни для себя как лидера страны.

Скажем, на смену формы правления, с парламентской на президентскую республику, у Эрдогана и его Партии справедливости и развития ушло без малого десятилетие с отчаянным сопротивлением оппозиции, сломленным в апреле 2017 года по итогам народного волеизъявления.

Перспектива фиаско маячила перед Р.Т. Эрдоганом не раз, но каждый раз ему удавалось как минимум сводить ситуацию «в ноль», а то и вовсе обращать ее себе на пользу. (Тут вспоминается уже другое крылатое выражение — про Штирлица, который «все равно выкрутится»).

Однако единый день голосования, организованный на год с лишним раньше положенного срока — 24 июня 2018 г. вместо 3 ноября 2019 г., — был воспринят оппозицией недвусмысленно: власть вот-вот потеряет контроль и потому торопится переизбраться до еще большего ухудшения ситуации.

Она в последнее время и правда для действующей власти стала складываться не слишком неблагоприятно, особенно в сфере экономики.

А ведь экономика с мегастройками, под которые туркам вовсе не нужны обоснования в виде Олимпиад да чемпионатов мира, не только традиционно играла роль парадной витрины для Эрдогана и его сторонников, но и служила важным пунктом общественного договора. Согласно ему экономический рост страны с параллельным ростом благосостояния ее индивидуумов рассматривался частью населения в качестве разумной платы за отдельные неудобства, включая выстраивание жесткой вертикали власти и рост роли религии в жизни светской доселе страны.

Неудобств в последние месяцы, в условиях всеобъемлющего режима чрезвычайного положения, действующего с попытки военного переворота лета 2016 года, для простых граждан стало больше.

А удобства, в свою очередь, заметным образом подсократились: курс национальной валюты по отношению к доллару и евро существенно снизился, что привело к росту цен — сначала на импорт, а потом уже, вместе с покупаемым за рубежом топливом, на продукты питания и товары народного потребления. Инфляция после периода относительной стабильности вновь стала выражаться двузначными цифрами.

Проактивная внешняя политика страны по периметру ее границ привела к заметным осложнениям между Турцией и Западом. Разразился кризис с «образцовым стратегическим партнером» США, один из самых глубоких за всю новейшую историю.

Перед Турцией громко захлопнулись двери переговорной комнаты Евросоюза, где с 2005 года интенсивно обсуждалось полноценное членство страны в этом наднациональном образовании.

В декабре 2015 года рухнули, но к лету 2016 года все же были восстановлены отношения с Россией. Впрочем, теперь прежний энтузиазм российского руководства сменился осторожным и прагматичным подходом. И, невзирая на ряд важных совместных проектов, включая газопровод «Турецкий поток» и АЭС «Аккую», равно как и все старания турок, возврат к безвизовому въезду в нашу страну для них пока что не случился. Едва-едва с помидорами разобрались.

Рухнули, были почти восстановлены и снова рухнули под тяжестью «палестинского досье» отношения с Государством Израиль — в прошлом одним из главных региональных партнеров Турецкой Республики.

В результате турецкой политики в отношении «арабской весны» у страны возникло немало трудностей с соседями по ближневосточной квартире, включая Египет, ОАЭ и Саудовскую Аравию.

Эгейское и Средиземное моря вновь стали местом поигрывания мускулами между Турцией и Грецией в борьбе за контроль над спорными островами и запасами местных энергоносителей. Застарелый кипрский вопрос крякнул и застыл на месте. Зато не застыли на месте и продолжают стекаться в Турцию беженцы из региона, включая сирийцев, которых, только по официальным данным, «понаехало» и разбрелось по стране в поисках лучшей жизни свыше 3,5 миллионов человек.

В Турции все чаще стали раздаваться недовольные голоса о внешнеполитической изоляции страны, у которой из друзей остались лишь партнеры по астанинскому соглашению — Россия и Иран. А ведь в лучшие времена Турция самоидентифицировалась и воспринималась извне как неотъемлемая часть именно западного мира. Ну а идея про евразийство возникла заметно позже и большой популярности себе так и не снискала.

Результаты дел внешнеполитических не замедлили вернуться бумерангом в турецкую экономику. Со стороны США начали раздаваться угрозы о введении санкций — для начала на поставку продукции ОПК. Негативные прогнозы в отношении будущего Турции и падение ее кредитных рейтингов в ведущих мировых рейтинговых агентствах, объявленные турецким руководством «атакой зарубежных недругов» на страну, стали существенным образом затруднять для турецких компаний поиск заемного капитала и негативно сказываться на притоке прямых иностранных инвестиций.

Горячие деньги, доселе исправно вращающие шестеренки турецкой экономики, поспешили на выход, создав трудности для сведения бюджетного баланса и заставляя правительство вновь задуматься о деньгах МВФ, с которым Турция несколько лет назад торжественно распрощалась, расплатившись по последним долгам.

И в этих условиях власть в апреле 2018 года с открытым забралом пошла на объявление 24 июня досрочных президентских и парламентских выборов.

В качестве главного обоснования президент Эрдоган указал на непрекращающиеся региональные вызовы и необходимость как можно скорее преодолеть период внутриполитической неопределенности, завершив переход от парламентской к президентской форме правления. То есть, срочно передав всю полноту исполнительной власти в крепкие руки президента от премьер-министра, попутно ликвидировав пост последнего.

Надо ли говорить о том, что оппозиция, даже не успевшая толком подготовиться к досрочным выборам, все равно почувствовала витающий в воздухе исторический шанс?

Пять оппозиционных кандидатов на пост президента всерьез рассчитывали в сумме взять 50% плюс один голос, чтобы перевести президента Эрдогана во второй тур голосования. А там уже всякое могло случиться. Равным образом и сами оппозиционные партии намеревались дать бой за депутатские кресла в меджлисе, прервав многолетнюю гегемонию Партии справедливости и развития.

Но результат голосования заставил всех буквально раскрыть рты и всплеснуть руками. Невзирая на данные многочисленных социологических опросов, сигнализирующие об усталости граждан от 16-летнего нахождения во власти одних и тех же лиц и демонстрирующие устойчивый запрос в турецком обществе на перемены, особенно в непростой экономической и политической ситуации, Эрдоган и правящая партия вновь победили.

Р.Т. Эрдоган, по предварительным данным, набрал обычный, как и в «тучные годы», для себя результат в 52,55%, а правящая партия в коалиции с националистами оформила парламентское большинство в 53,63%. Победа была одержана практически в каждом городе каждой провинции страны. Причем в настолько уверенной манере, что от выражения протестов отказалась даже немало удивленная результатами оппозиция.

Вынужденная коалиция правящей партии с националистами по большому счету стала единственной ложкой дегтя в безоговорочной победе действующей власти, продлившей ее полномочия как минимум на очередные 5 лет. В результате период непрерывного пребывания Р.Т. Эрдогана и его партии во власти в 2023 году составит небывалую в 100-летней истории Турецкой Республики продолжительность в 21 год. Вдумаемся: одна пятая возраста самой страны!

И это наводит на мысли о том, что Реджеп Тайип Эрдоган нашел универсальную отмычку к сердцам сограждан, срабатывающую невзирая на откровенно негативную конъюнктуру и ожесточенное сопротивление оппонентов. Ну а последние, по всему получается, не могут похвастаться столь глубоким пониманием натуры турецких избирателей и способностью консолидировать их вокруг себя даже в самых благоприятных для этого условиях... Я вот что думаю: может, наши власти опытом обмениваются?

Санкции . Хроника событий Читайте наши новости первыми - добавьте «МК» в любимые источники.