Тут не лечить надо,а ампутировать=))))Вместе с населением...Кроме Ставрополья...
Северному Кавказу назначили лечение
Московский Комсомолец № 25292 от 3 марта 2010 г.
Власти решили восстановить всесоюзную здравницу 
Аэропорт “Минводы” — маленькое зданьице с двумя регистрационными стойками, совершенно обыкновенная история для небольших городов. “Довезу! Недорого!” — восклицают толпы таксистов, привыкшие к потокам измотанных отдыхающих. Перелет до Минвод из Москвы — действительно испытание не для слабонервных: старенькая “тушка” грохочет, скрипит и чуть ли не машет крыльями. Мое кресло в сидячее положение возвращаться упорно не хотело, поэтому лететь пришлось полулежа. В “Шереметьево”, перед вылетом, в салоне отчетливо запахло керосином. Откуда он взялся — непонятно, да и устранился вроде быстро. Но осадочек, как говорится, остался. Попыталась представить себе добропорядочного бюргера или чопорную англичанку на рейсах с таким сервисом. Получилось плохо — ну не полетит зануда англичанин за нарзаном на допотопной “тушке”. Хоть убей, не полетит. “Здесь всегда так”, — говорит соседка по очереди за багажом Елена, местная жительница. Летать ей приходится часто: в Москве остались родные, а сама Лена улетела в курортный Пятигорск работать администратором в санаторий. “Не собиралась переезжать, приехала ради интереса, посмотреть. И уехать уже не смогла — просто влюбилась в этот край”, — делится она. Водитель Сергей Валентинович, который везет нас до Кисловодска, рассказывает: “С этой дорогой нам повезло — строили к саммиту, Путина ждали. Но потом в Осетии война случилась. Отменили саммит”. Редкое, если задуматься, везение — остальные шоссе похвастаться такой гладкостью не могут. Дорога петляет — с горным рельефом не поспоришь. Первыми на глаза попадаются частные домики пригорода — в большинстве своем это совсем не белокаменные особняки, а простенькие одноэтажные строения. Здесь живут в основном те, кто держит скот. По полям гуляют козы, бараны, коровы, попался даже один верблюд, философски поглядывающий на собратьев по выпасу. Натуральное хозяйство здесь в цене: на Центральном кисловодском рынке на прилавках не найдешь ни одного куска мороженой говядины или свинины. “Заходи в кафе, девушка, там из моих барашков ах, какой шашлык делают — пальчики оближешь!” — широко и белозубо улыбается продавец. Что правда, то правда: шашлыки здесь исключительные. Настоящие, кавказские. Местное население занято в основном в санаториях — именно они основные работодатели. Бабушки, продающие у подножия горы Кольцо носки из собачьей шерсти, — не в счет. Средняя зарплата — шесть-семь тысяч рублей. И при этом квалифицированных рабочих рук не хватает: молодежь не стремится оставаться на малой исторической родине, спеша податься в Ставрополь и другие крупные города. Там, что и говорить, возможностей больше. А “создавать условия для занятости молодежи” в Пятигорске, Ессентуках, Кисловодске, о чем активно говорит новый полпред Александр Хлопонин, власти пока только планируют. Не нужен мне берег турецкий...
Курортный Кисловодск помнит Лермонтова, Пушкина, Шаляпина, Есенина. Любила творческая элита былых времен подлечить здоровье на Кавказе. Во времена расцвета всесоюзной здравницы путевки в санатории Кисловодска, Пятигорска, Железноводска, Минвод было не достать. Не брезговала тут отдыхать и партийная элита. Сейчас эти благословенные времена старожилы вспоминают с неизменным вздохом сожаления: в постперестроечные годы курортная индустрия пришла здесь в упадок, многие санатории и профилактории в “лихие девяностые” за бесценок ушли с молотка. Санаторий в Кисловодске, принадлежавший некогда всесильной потребкооперации, ныне Центросоюзу, отвоевывали с боем: он был объявлен банкротом и продан. Теперь Союз потребительских обществ взялся за восстановление — реконструируется старый корпус, 1935 года постройки, восстановлены другие корпуса, скоро начнется капитальный ремонт бассейна. Словом, работа кипит. “Мы понимаем, каковы перспективы региона. Но курорт будет привлекателен для туристов только тогда, когда санатории будут располагать соответствующей материально-технической базой. Вот этим мы сейчас и занимаемся”, — говорит глава Центросоюза Евгений Кузнецов. Большинство санаториев постигла такая же судьба: запустение, разорение, а теперь — попытки восстановить утраченный статус. Природа и санаторно-курортное лечение — главные богатства Северного Кавказа. По словам туроператоров, именно местные санатории, с их нарзанными ваннами и уникальной лечебной базой, обещают основной приток туристов. “Самое главное — надо сохранить лечебную составляющую. Потому что с каменного века и до настоящего времени эти места выживали в первую очередь за счет лечения. Казалось бы, я должен говорить об индустрии развлечений и так далее, но, уверяю вас, это сделать гораздо проще и быстрее. А вот создавать заново лечебную базу — задача неподъемная”, — говорит глава Российского союза туриндустрии Сергей Шпилько. Сегодня начинать здесь придется практически с нуля, несмотря на то что с Кавминводами туроператоры работают давно и плотно. “Здесь происходят улучшения, базу реконструируют, появляются новые санатории, гостиницы. Есть много планов, и эти планы правильные, — замечает Шпилько. — У нас есть другая проблема — надо что-то делать с продвижением. Абсолютное большинство населения Российской Федерации, при том что сюда миллионы приезжают в год, просто не представляет, что это такое — Ставрополье и Северный Кавказ. Они лучше представляют, как выглядят Анталия и Карловы Вары”. Проще говоря, годы в забытьи не прошли даром: о Северном Кавказе как о курортном регионе просто не помнят. Впрочем, говорить о полном запустении нельзя — в одном только Кисловодске за прошлый год отдохнули 700 тысяч человек. Но это, если рассматривать грандиозные планы и потенциальные возможности региона, капля в море. Главная проблема, которую предстоит решить властям на пути к светлому туристическому будущему, — инфраструктура. Газопроводы, энергоснабжение, дороги — все это предстоит реконструировать, если не отстраивать заново. Индустрия развлечений, на которую не в последнюю очередь смотрят туристы, тоже хромает на все четыре лапы. “Мы максимально привлекаем инвесторов именно на досуговые предприятия: киноконцертный зал, этнодеревню; у нас в планах торгово-развлекательные комплексы, спортивные, аквапарки — вот то, чем надо сегодня насытить курорты”, — говорит мэр Кисловодска Наталья Луценко. Инвестиционный интерес действительно есть: во время недавнего форума “Кавказская здравница-2010” было подписано несколько десятков соглашений и инвестпроектов, в том числе на строительство больших торговых центров столичного размаха, сети ресторанов быстрого питания, гостиниц и новых санаториев. В ближайшие годы оздоровительных учреждений появится минимум семь, говорит Луценко. Кавказ — как алмаз
Большие планы насчет Северного Кавказа озвучиваются давно. В начале этого года глава кабмина Владимир Путин на совещании по социально-экономическому развитию регионов Северо-Кавказского федерального округа в очередной раз напомнил, что пора бы уже задействовать конкурентные преимущества края — природный потенциал, развитие внутреннего туризма. Власти призыву вняли и готовы доложить: как рассказал корреспонденту “МК” заместитель полпреда президента в СКФО Максим Быстров, уже в июне этого года на стол к Путину ляжет проект концепции развития округа. Помимо уже озвученных АПК, образования и энергетики опираться концепция будет на туризм. По словам Быстрова, на форуме представили множество достойных проектов. “Счет идет на десятки миллиардов рублей”, — заметил он. Вообще, сочетание для туристического региона просто волшебное: от Кавминвод до Эльбруса — час, до Архыза — два, до Домбая — два; от Домбая до Сухума — полтора, до Сочи — два часа. Что называется, на любой вкус: нарзан, грязи, море, горы, лыжи... Упирается это все в дороги и транспорт. Администрация Ставрополья лелеет большие планы двухчасовой доступности любого курорта: “Когда человек приезжает на Кавминводы — полечившись, получив нарзанные ванны и массажи, на субботу-воскресенье уедет в Карачаево-Черкесию и покатается там на лыжах. Именно вот такими изюминками мы и сможем привлекать людей и переманивать их из австрий, куршевелей и баден-баденов”, — говорит губернатор Ставрополья Валерий Гаевский. Федеральные власти в своей концепции обещают идею двухчасовой доступности довести до ума — например, горнолыжный туризм есть практически во всех республиках, а турпоток один, и создавать внутреннюю конкуренцию федералы не хотят. Туристические возможности Северного Кавказа, как говорят эксперты, сравнимы с неограненным алмазом: драгоценность есть, но ее предстоит долго и кропотливо обрабатывать, чтобы в итоге увидеть блеск бриллианта. И на “огранку” потребуются деньги. “Есть Федеральная целевая программа “Юг”, есть ФЦП “Ингушетия” и т.д. Плюс есть федеральные деньги, которые выделяются на снижение дотационности. Конечно, будут специальные деньги, которые мы станем закладывать в инфраструктуру, в рамках тех же ФЦП”, — говорит Быстров. Но все эти благие намерения с прицелом на туризм рискуют пойти прахом. Аквапарки, отели и рестораны — это важно, но такую красоту туристы могут и не увидеть. В том случае, если не решится ключевая проблема: транспортное сообщение. Сегодня рейсов из регионов в Кавминводы практически нет — все проходят через Москву. Билет стоит в разное время года от трех до семи тысяч рублей. При условии таких затрат далеко не каждый россиянин соблазнится даже самой прекрасной природой и чудодейственным эффектом нарзана. А ведь край должен, а самое главное — может вернуть себе славу национальной здравницы. Новый полпред пообещал решить проблему. “Уже сейчас Дерипаска (гендиректор “Русала” Олег Дерипаска. — “МК”) готов создать сеть аэропортов на Северном Кавказе, которые будут отвечать международным стандартам”, — заявил Александр Хлопонин во время поездки во Владикавказ. В какие сроки готовность олигарха взяться за строительство аэропортов воплотится в реальные шаги — пока не ясно. материал:
Нина Кузьмина, Кисловодск |
