mk.ru : Московский комсомолец

Подготовкой этого сборника занимался Лев Соцков — генерал-майор в отставке, долгие годы проработавший в нашей внешней разведке. Лев Филиппович поделился некоторыми самыми важными выводами, которые удалось сделать на основании изученных им материалов.

- Никакого «неожиданного нападения» Германии не было, - уверен Соцков. - Это утверждение, прозвучавшее в первые же часы войны в речи Молотова, а потом повторяемое Сталиным, активно использовалось высшим политическим руководством страны лишь для того, чтобы хоть как-то оправдать наши катастрофические неудачи первого периода войны.

В архиве СВР удалось обнаружить выше 30 донесений с предупреждениями о готовящемся нападении Германии на СССР, отправленных нашей зарубежной резидентурой в Москву. Других, неизвестных еще, документов подобного содержания в архиве нет. На основании этих данных можно с уверенностью говорить о том, что Сталин и другие высшие руководители страны знали о реальных планах Гитлера.

	Фото: Александр Добровольский

«Сообщение берлинской резидентуры. Сов. секретно. Справка. Захар сообщает, что «Старшина» в своей записке написал следующее: В компетентных органах его конторы говорят, что вопрос о нападении на СССР решен. Будут ли предъявлены Советскому Союзу предварительно какие-либо требования — неизвестно... 11 июня 1941г.»

«Сов. секретно. Сообщение из Рима. На явке 19 июня «...» передал сведения, полученные от «...» и «...»: Вчера в МИД пришла шифротелеграмма итальянского посла в Берлине, в которой он сообщает, что высшее военное немецкое командование его информировало о начале военных действий Германии против СССР между 20 и 25 июня сего года...19 июня 1941 г. Тит.»

«Сов. секретно. Сообщение из Берлина. Источник «Корсиканец», работающий в … , сообщает, что произведено назначение начальников военно-хозяйственных управлений «будущих округов» оккупированной территории СССР, а именно: для Кавказа — назначен Амонн, один из руководящих работников национал-социалистической партии в Дюссельдорфе, для Киева — Бурандт — бывший сотрудник министерства хозяйства.., для Москвы — Бурер, руководитель хозяйственной палаты в Штутгарте. Все эти лица зачислены на военную службу и выехали в Дрезден, являющийся сборным пунктом. Для общего руководства хозяйственным управлением «оккупированных территорий СССР» назначен Шлоттер — начальник иностранного отдела министерства хозяйства, находящийся пока в Берлине. В … рассказывают, что на собрании хозяйственников, предназначенных для «оккупированной» территории СССР, выступал также Розенберг, который заявил, что «понятие Советский Союз должно быть стерто с географической карты.»

- Это сообщение начальник внешней разведки доложил лично Сталину, будучи на приеме у него в кабинете 17 июня. В ответ «отец народов» лишь заметил: «Перепроверьте!» - обратил внимание на конкретный факт Лев Соцков. - Читая многочисленные донесения советской внешней разведки и резолюции на них Сталина, создается впечатление: «вождь народов» просто перестраховывался, «открещиваясь» от очевидных фактов, он больше всего боялся, чтобы СССР не обвинили в развязывании войны.

Из числа зарубежных «источников», снабжавших данными советскую разведку, наиболее ценными были два высокопоставленных офицера Вермахта. Один из них служил в Главном штабе германских ВВС, другой — в штабе самого Геринга. Еще один завербованный агент работал в аппарате Гиммлера...

Немцы пытались передавать советской разведке дезинформацию по поводу якобы совершенно иных планов своего руководства по отношению к России. Германским спецслужбам удалось даже внедрить агента в берлинский аппарат нашей разведслужбы. Ситуация усугублялась еще и тем, что советскую резидентуру в столице Третьего Рейха возглавлял тогда брат одного из заместителей Берии, - он лишь недавно перешел в разведку с гражданской службы и не имел достаточного опыта. Тем не менее серьезных успехов затея с дезинформацией фашистам не принесла: сообщения эти имели слишком уж общий характер...

Остался пока недоступным для простых читателей секретный документ, пришедший незадолго до нападения немцев в службу внешней разведки из Японии. По словам Льва Соцкова, смысл его в том, что наша резидентура сообщала, что японское руководство приняло решение пока что развивать экспансию в южном направлении.

Архивные материалы наших разведслужб раскрывают и еще один важный эпизод времен Второй мировой. - Оказывается был период, когда Советскому Союзу реально грозила война даже не на два фронта — с Германией и Японией, а на три. Летом 1941-го, вскоре после начала Великой Отечественной иранский шах собрал Высший военный совет для обсуждения вопроса о том, не следует ли Ирану напасть на своего северного соседа. К счастью для нас, 16 членов Совета из 24 проголосовали тогда против такого плана.