mk.ru : Московский комсомолец

Я очень люблю главного санитарного врача России Геннадия Онищенко!

Честно говорю, люблю!

Говорю без иронии.

Он, поверьте мне, прекрасный специалист, и на своем посту не зря.

Я всегда с радостью слушаю его эфиры. Особенно люблю его монологи о пользе прививок. Он про них так убедительно говорит, что хочется сразу после этого пойти и уколоться. Причем именно той прививкой, которую советует наш главный санитарный врач.

Он всегда очень спокойно говорит, что крайне важно для врача, особенно главного санитарного.

Спокойная тональность в монологе врача либо при его ответах на вопросы — это проявление своеобразного терапевтического эффекта.

— Да, эта «зараза» уже повсюду, — спокойно говорит Онищенко о какой-то заразе. — Да, вероятность ее подцепить велика. Да, от нее люди мрут как мухи — вернее, мерли в пятнадцатом веке. Но сейчас другие времена: три капли на стакан воды — и ты в полном порядке!..

Все это мне, как человеку страшно мнительному, чрезвычайно импонирует. Послушав монолог Онищенко, я всегда таю, и кровожадная ухмылка какого-нибудь микроба уже не кажется мне столь фатальной.

— У меня есть те самые три капли! — как завороженный, повторяю я слова главсанврача. Микроб понимающе кивает, и дальше мы идем по жизни вместе!..

И в этом огромная заслуга нашего Онищенко.

Теперь еще о том, что я люблю.

Я очень люблю политику нашего руководства в деле защиты российских граждан, которых захватили где-то на чужбине.

И это опять же я говорю без всякой иронии.

Я помню, как сомалийские пираты захватывали наших людей и к прекрасным сомалийским берегам отправлялись какие-то наши военные то ли корабли, то ли корыта — в общем, что-то туда с трудом доходило своим ходом и...

Короче говоря, я вас спрашиваю: у нас есть наши граждане в сомалийском плену?

Нет таких!

А значит, сумели освободить и дальше так поставили разъяснительную работу среди этих сомалийских пиратов, что они уже как-то перехотели хватать наших моряков.

И это мне очень импонирует.

Конечно, историю с «оружейным королем» Виктором Бутом можно записать в неудачи. Однако согласимся, что г-н Бут весьма сложный человек с необычно разнообразными оружейными интересами. И этот букет — Бут и его пушки, автоматы и пистолеты — так понравился Америке, что она прямо-таки задушила Бута в своих восторженных тюремных объятиях, которые России пока разжать не удается.

Финал последней истории с пилотами Владимиром Садовничим и Алексеем Руденко, которые вынужденно посадили свой самолет в Таджикистане, там же были схвачены, обвинены черт знает в чем и осуждены на годы отсидки, тоже мне нравится.

Любой, кто удосужится ознакомиться с материалами дела, обнаружит, что приговор натянут, патологически суров и в этом всем надо заново разбираться.

И то, что Таджикистан принудили выпустить пилотов, я считаю делом правильным. Конечно, мне могут возразить: а при чем тут простые таджики, которых начали высылать, и таджикская сельхозпродукция, которой пригрозили объявить бойкот?

Отвечаю: ни при чем.

Просто для освобождения летчиков было три средства.

Первое — бросить на Таджикистан атомную бомбу.

Второе — подать на них жалобу в ООН и Папе Римскому.

И третий — неприятно наступить на их мозоль в виде их российских интересов.

Было выбрано третье. И выбрано правильно.

Можно сказать так: мера циничности ответа соответствовала циничности повода.

То есть в данном случае российские действия против Таджикистана мне импонируют точно так же, как и действия Онищенко против зарвавшегося микроба.

Поэтому, думаю так: если бы Россия в ответ на прямой приговор двум летчикам так же прямо заявила, что вводит санкции против солнечного Душанбе, то все бы это правильно поняли, особенно собственные граждане, которые увидели бы в этих санкциях последовательность и решительность.

В этом смысле потрясающе действуют США. Они объявляют санкции против кого-то, и все знают, почему они их объявляют, сколько они будут действовать и что нужно сделать, чтобы их отменили.

В нашем случае должно быть так — выходит министр Лавров и говорит: пока летчики сидят — никаких новых мигрантов, никакой сельхозпродукции. А за каждый дополнительный день высылаем по сто мигрантов.

Чуть-чуть жириновщины, только не в исполнении самого автора.

Можно самолеты отменить.

Короче, много чего можно сделать, чтобы тебя зауважали за принципиальность и прямоту.

А главное — за честность!

Но у нас...

У нас на сцену поднимается не Лавров, а главный врач Онищенко и...

Таджики вдруг оказываются поголовно больными туберкулезом и сифилисом, а сельхозпродукция заражена злобным жучком.

Потом летчиков выпускают, и тут же мигранты чудесным образом излечиваются, а жучок, узнав об этом, кончает жизнь самоубийством...

А когда граждане начинают громко смеяться, то власти и Онищенко объясняют, что с таджикским туберкулезом и жучком они вообще-то борются всегда, просто так совпало!..

Я задаю простой вопрос — для чего все это? Зачем?

Кто придумал хорошее дело — борьбу за своих граждан — превратить в очередное посмешище «имени Онищенко»?

Кто придумал подставлять главного санитарного врача России столь извращенным образом?

Кто придумал так дискредитировать и «опускать» российский МИД и российскую политику в столь благородном деле?

Удивительно, но история с «зараженным» боржоми и вином — «помоями» из Грузии, казалось, должна была чему-то научить власти. Хохот над Онищенко стал народной забавой — все ждут, где он еще что-нибудь найдет по заданию кремлевской санинспекции.

И тут даже дело не в нем самом, хочет терпеть насмешки и издевательства — пусть терпит.

Проблема в том, что каждый его выпрыг из санитарной табакерки рождает у граждан презрение не к нему, но к самой российской политике, которая кажется трусливой и беспомощной, если ей приходится прятаться за врача (!) и за мешок овощей.

Они хороши — я имею в виду Онищенко и российскую политику.

Но хороши — отдельно.

Вместе они как ухудшенные Вицин, Никулин и Моргунов.

Ухудшенные, потому что наши гениальные комики граждан смешили, а над кремлевской политической клоунадой граждане смеются.

Чувствуете разницу?