Как видят на Западе сегодняшнюю Россию?

Константин КОСАЧЕВ, руководитель Россотрудничества: «Наша задача – сделать так, чтобы антироссийская позиция стала немодной на Западе»

5 сентября 2013 в 10:54, просмотров: 4021

Пятилетний юбилей своего существования отмечает 6 сентября организация, помогающая нашей стране поддерживать должный имидж и налаживать гуманитарные связи за рубежом — Федеральное агентство по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству (Россотрудничество). В честь этого события «МК» побеседовал с главой Россотрудничества Константином Косачевым и узнал о достижениях Агентства и его планах на будущее.

Как видят на Западе сегодняшнюю Россию?
фото: Артем Макеев
Константин Косачев

Создание позитивного образа современной России за рубежом, предоставление объективной информации о том, что происходит в стране, знакомство иностранцев с богатством русского языка, достижениями науки и культуры — вот задачи, которые ставит перед собой Россотрудничество. На сегодняшний день агентство представлено в 77 странах, а также имеет планы открытия новых центров российской науки и культуры.

О своих намерениях по развитию международных гуманитарных связей и активизации помощи соотечественникам за рубежом рассказал «МК» глава Россотрудничества Константин КОСАЧЕВ.

– Вы празднуете пятилетний юбилей. Какие достижения можно назвать основными вехами вашей работы?

– К достижениям нашего коллектива я бы отнёс четыре момента.

Во-первых, удалось сохранить, пусть и в иной форме, саму организацию. Она создавалась не нами, в другое время, в другой стране – с учетом предшествующих структур – и, очевидно, для других целей. Однако нельзя не признать, что система была тогда достаточно эффективной и сторицей «возвращала» вложенные в нее деньги. Ее чуть было не утратили в момент распада СССР на отрицании всего «советского». А ведь в ней были не только пресловутые агитация с пропагандой, но и совершенно правильные элементы «народной дипломатии», которая существенно и весьма успешно дополняла дипломатию официальную – речь об обществах дружбы, породненных городах и многих других каналах живого межобщественного диалога. Так вот - систему удалось отстоять, и уже это – большое приобретение для современной России, иначе сейчас стране пришлось бы воссоздавать всё с нуля.

Во-вторых, удалось четко определить место нового Россотрудничества в системе органов государственной власти. У Агентства, которое подведомственно МИДу и взаимодействует с целом рядом других правительственных структур, есть свои, уникальные полномочия, которые были утверждёны указом Президента России еще в момент создания Россотрудничества в 2008 году, а в дальнейшем дополнены и значительно расширены. Сейчас это не только гуманитарная сфера – образование, наука, культура, русский язык, взаимодействие с соотечественниками, но и содействие международному развитию, а говоря проще – наша помощь развивающимся странам на двусторонней основе, в первую очередь, конечно же, заинтересованным в такой помощи государствам СНГ.

В-третьих, систему удалось существенно укрепить. Количество российских центров науки и культуры за рубежом выросло за последние годы практически вдвое, сейчас они действуют во всех без исключения регионах мира. Конечно, мы развиваем свою активность прежде всего на том пространстве, которое имеет наибольший приоритет для России, а это, разумеется, страны СНГ.

И, наконец, в-четвертых: в последнее время мы сумели существенно реорганизоваться в целях выполнения той задачи, которую сейчас последовательно ставит Президент России – более активно задействовать фактор «мягкой силы» для реализации внешнеполитических интересов. «Мягкая сила» названа в качестве одного из важных инструментов в новой редакции Концепции внешней политики России, там же Россотрудничество обозначено как структура, решающая гуманитарными методами именно внешнеполитические задачи. Это для нашей работы очень важно. И именно на этой базе мы готовим совместно с МИДом новые предложения для руководства страны, соответствующие наработанному мировому опыту и лучшим практикам современности.

– С какими странами, помимо СНГ, вы наиболее активно сейчас взаимодействуете?

– Мы не делим страны на важные и не важные для России. Работаем везде, где можем и где нас ждут, но, разумеется, с учетом естественных приоритетов, о которых я говорил ранее. Что же касается текущей деятельности, то, помимо государств СНГ, в приоритетах оказываются еще две категории стран: либо государства, где существует крупная российская диаспора (а всего за рубежом проживает около 30 миллионов наших соотечественников) - например, Германия, Израиль или США; либо страны, где у России есть серьезные интересы - экономические, политические или социально-культурные. Эти критерии где-то пересекаются, где-то нет, но с точки зрения продвижения интересов России за рубежом гуманитарное сотрудничество и в том, и в другом случае оказывается весьма востребованным.

Наши центры действуют практически во всех крупных столицах – в Париже, Берлине, Риме, Варшаве, Софии, Вашингтоне, Дели, Пекине.... Есть и исключения вроде Нидерландов, с которыми у нас пока нет межправительственного соглашения об обмене культурными центрами. Это, надеюсь, вопрос времени - без такой юридической основы мы просто не сможем двигаться дальше.

Но есть и другой, уже одиозный пример – государства Балтии, последовательно отказывающие России в подписании соответствующих соглашений, несмотря на высокую долю русскоязычного населения, особенно в Латвии и Эстонии. Более того, в местной прессе со ссылкой на «компетентные источники» гуляет оценка Россотрудничества как структуры, которая якобы несет угрозу безопасности этих стран. Это, конечно, в корне неверно, а по сути - еще одно действие, направленное на ущемление в правах наших соотечественников, проживающих в соответствующих государствах.

– На пресс-конференции вы упоминали о поддержке иностранных студентов. А с какими странами у нас сейчас наиболее активный обмен в сфере образования?

– В том, что касается образовательных программ, Россотрудничество не уполномочено действовать как «основополагающая» инстанция, это все-таки в первую очередь компетенция Министерства образования и науки, а также Министерства иностранных дел. Но своя уникальная роль у нас здесь тоже есть – и как у единственного федерального органа исполнительной власти, облеченного правом на курсовую деятельность за рубежом, и в разрезе дистанционного обучения на базе наших центров, и в части набора иностранных студентов. В этой связи могу рассказать, что в ближайшее время планируется существенно увеличить квоту для иностранных студентов, которые приглашаются на учебу в Россию за счет федерального бюджета, что потребует, разумеется, более активного участия и со стороны нашего Агентства. Могу со всей ответственностью подтвердить, что российское образование по-прежнему ценится и без преувеличения востребовано в мире, особенно у абитуриентов из бывших союзных республик. Мест для всех желающих у нас не хватает, а спрос устойчиво растет.

Один из форматов нашей работы – организация так называемых студенческих форумов в рамках перекрестных годов, на которые собираются представители десятков вузов из соответствующих стран. Обязательно будет такой форум и в Нидерландах, где сейчас проходит год России.

– Действительно ли возрастает интерес к русскому языку, литературе и культуре после проведения подобных перекрестных годов – во Франции, Италии, Германии, в той же Голландии?

– Конечно, да. После наших мероприятий появляются новые претенденты на учебу в России, значительно возрастает количество людей, которые приходят заниматься на курсах русского языка, растет количество запросов от местных преподавателей-русистов на повышение квалификации, увеличивается количество продаваемой литературы на русском языке в магазинах...

Парадоксально, но факт: задача России сейчас оказывается не столько в том, чтобы стимулировать этот интерес, сколько в том, чтобы его удовлетворить – то, что спрос возвращается, уже не вызывает сомнений.

Самый, наверно, красноречивый пример этому — Польша, страна, где после распада мировой социалистической системы власти отказались от обязательного изучения русского языка в школах – и по идеологическим причинам, и просто потому, что интерес к нему тогда в принципе сильно упал. В 90-е годы русский спустился на четырнадцатое месте по изучаемости в польской средней школе. Не лучше выглядела ситуация и в «нулевые». А вот в текущем году русский язык опять оказался на втором месте в этом рейтинге, уступив только английскому. Такая же ситуация складывается в Болгарии, Сербии, многих других странах Центральной и Восточной Европы. Вот на такие тенденции мы и должны реагировать, причем оперативно.

– Как вы считаете, может ли сотрудничество в гуманитарной сфере приблизить Россию к облегчению или отмене визового режима с Европейским союзом?

– Для отмены виз сегодня не существует непреодолимых технических препятствий. Главная, на мой взгляд, проблема – разрозненность политической воли в Европе. Ведь в данном вопросе Евросоюз – это тот самый караван, который движется со скоростью самого медленного верблюда. Внутри ЕС есть страны, которые «специализируются» на антироссийской демагогии, намеренно тормозя отмену визового режима. По моим ощущениям, процесс, пусть и медленно, так или иначе, развивается в нужном направлении. Вспомним – еще лет пять назад с Россией никто и разговаривать не хотел об отмене виз, а сейчас переговорный процесс развивается, и довольно прагматично.

Ну а для того, чтобы избавиться от феномена «самого медленного верблюда», необходимо сделать так, чтобы антироссийская позиция и риторика на Западе перестали быть модными, чтобы в моду вошло, напротив, более глубинное и более верное понимание нашей страны и нашего народа. Основанное на культуре и общих ценностях, а не на политике и идеологии. На это нужен определенный общественный заказ. Вот для чего и нужны в конечном итоге гуманитарные связи – перекрестные годы, студенческие форумы, молодежные обмены и те же курсы русского языка – в общем, всё, что стимулирует запрос на нормальные, открытые и взаимоуважительные отношения с Россией.

Это и есть та задача, которую решает в пределах своей компетенции и имеющихся возможностей Россотрудничество.



Партнеры