mk.ru : Московский комсомолец

Грузинское чудо как оно есть

— Андрей, ты как-то назвал грузинские реформы “выдающимся явлением современности”. Ты действительно так высоко оцениваешь эти реформы?

— Да. Я считаю, что это самые выдающиеся реформы на постсоветском пространстве. Мы не знаем других примеров столь радикальной ломки старого государственного аппарата и таких глубоких преобразований в экономической сфере. В каком-то смысле эти реформы успешны. С другой же стороны, они абсолютно провальные.

— В чем же состоит успех грузинских реформ?

— Например, реформа МВД — это самая успешная реформа сил правопорядка на постсоветском пространстве. Ее можно сравнить только с реформой, которую во время американской оккупации проводил в Японии генерал Дуглас Макартур. Для того чтобы победить коррупцию, ему пришлось трижды разгонять и набирать заново всю японскую полицию. Саакашвили уволил 75 тысяч сотрудников МВД из 85. Все сотрудники ГАИ, 14 тысяч человек, были вообще уволены в один день. В Грузии коррупция и взяточничество всегда процветали. А сейчас мы видим полностью европеизированную полицию, которая не берет взяток. Это огромный успех.

— Еще скажи про реформу чиновничьего аппарата.

— Да, количество чиновников было сокращено в 20 раз. Значительно упростились многие процедуры. В Грузии, чтобы зарегистрировать автомобиль, нужно 15 минут, чтобы открыть свое дело — один день. Чтобы купить и оформить недвижимость, нужно 2—3 дня. Мне в ближнем Подмосковье понадобилось 2 месяца, чтобы переоформить на себя дом. Можно упомянуть еще реформу армии. Все эти реформы сами по себе очень успешны, особенно если сравнивать их с нашими.

— Да, многое из того, что сделал Саакашвили, мы хотели бы сделать у себя, но нам это не удается.

— Суть реформы грузинской полиции проста как песня. На МВД идет около 2,4% из бюджета Грузии. У нас — 0,8%. Но даже если мы завтра поднимем расходы на МВД до 2,4%, у нас ничего не получится. Потому что реформа полиции невозможна без общей борьбы с коррупцией, без реформирования административного аппарата и многого еще. Кстати, прежде чем реформировать полицию, Саакашвили уничтожил воров в законе. То есть он ликвидировал зависимость полиции от преступного мира. Это был очень умный ход. Полицейским подняли зарплаты: они получают в 3—4 раза больше, чем учителя. С другой стороны, сотрудники службы собственной безопасности постоянно провоцировали их на взятки. Так была побеждена коррупция в полиции.

Цена реформ

— Саакашвили приходил к власти с двумя лозунгами: возвращение территорий и экономическая реформа. Причем он действовал в условиях дефицита времени: положение его было шаткое, ему надо было очень быстро показать реальные результаты. Для этого были нужны деньги, причем немедленно. Наша пропаганда обычно утверждает, что реформы проводились на американские деньги. Это так?

— Не совсем. До 2008 года доля кредитов и грантов была не так велика. Одним из источников быстрых денег стала тотальная приватизация. В Грузии продано все: стратегические предприятия, дороги, леса, реки, озера. Например, озеро Лиси недалеко от Тбилиси, известная курортная зона. От приватизации Грузия получала до 10% ВВП в некоторые годы, это очень много. Но этот источник по определению конечен. Сейчас продавать уже нечего. Саакашвили распродал национальное достояние Грузии.

Следующий источник — инвестиции. Для них нужен благоприятный инвестиционный климат. И Саакашвили пошел на все, чтобы его создать. Он сделал крайне низкие налоги. Убрал все законодательные ограничения для бизнеса. Государство вышло из всех сфер, где оно традиционно присутствует. Ликвидировали санэпидемстанцию и пожарную инспекцию, всевозможные ГОСТы и СНИПы (строительные нормы и правила) — эти традиционные лавочки для выуживания денег. Саакашвили практически убрал трудовое законодательство и оставил работника один на один с работодателем. Для бизнеса это хорошо. Работодатель теперь может делать с работником все, что хочет.

— Да, теперь, чтобы уволить работника, достаточно уведомить его об этом за 4 недели и выплатить выходное пособие в размере месячной зарплаты. Зато в рейтинге легкости ведения бизнеса, который каждый год выпускает Всемирный банк, Грузия на 11-м месте, опережая даже Финляндию, Швецию и Японию.

— Рейтинги, согласно которым в Грузии очень хороший бизнес-климат, — правдивы. Третий источник средств — это кредиты и гранты. После августовской войны Грузии было выделено 4,5 млрд. долларов: 2 млрд. как грант, 2,5 — в форме займа. В общей сложности заемные или подаренные средства составляли 20% ВВП Грузии.

Продажа фамильного серебра

— На что пошли все эти деньги?

— Вот это самый интересный вопрос. Стандартная ситуация: ты берешь деньги в кредит или продаешь бабушкино серебро, чтобы вложить средства в дело, которое через некоторое время будет приносить тебе доход.

Не то в Грузии. Во-первых, деньги пошли на армию. Огромные деньги — расходы на армию достигали 10% ВВП. У нас — порядка 3%. Это понятно: у Саакашвили было всего 4—5 лет, чтобы построить армию и пойти на Цхинвал или Сухум.

— В случае захвата Абхазии расходы очень быстро окупились бы.

— Конечно. На это и был расчет. Но случилось иначе, и теперь деньги надо возвращать. Вторая статья расходов — это внешний лоск. Это покраска фасадов, ремонт дорог, освещение улиц Тбилиси, фонтаны. Если сравнить то, что мы видим сегодня, с Грузией 2003 года, — контраст разительный. Но это как раз та ситуация, когда ты продал бабушкино серебро и купил себе красивый костюм, пообедал в ресторане, и всем рассказываешь, как ты умеешь жить.

Следующая статья расходов: поддержка курса лари. Это вообще песня. Экономики в Грузии фактически не существует, экспорт в 4 раза меньше, чем импорт. Объективно грузинская валюта очень слаба. Если ее отпустить в свободное плавание, то она упадет. Это будет ситуация 98-го года в России. С безработицей, падением уровня жизни. Годовой импорт Грузии — 4 миллиарда долларов. А экспорт — только полтора. Значит, надо где-то взять еще 2,5 миллиарда долларов, чтобы купить продукты и товары повседневного спроса. Где их взять? Образно говоря, ты или выносишь из дома мебель, либо ждешь, что придет добрый дядя Джон и даст тебе денег.

— Очевидно, что однажды дядя Джон явится со счетом.

— Это время уже близко. В 2013 году Грузия должна будет заплатить по долгам 800 миллионов долларов. 500 миллионов из них — это деньги, которые были взяты в форме еврооблигаций и пошли на поддержку лари. То есть они ушли в воздух. На все эти огромные деньги не создана экономика, которая в будущем будет приносить прибыль. Саакашвили пошел по пути, который красив на первом этапе, но ведет в никуда.

— Грозит ли Грузии дефолт? Какие у нее долги?

— Совокупный внешний долг Грузии по состоянию на осень прошлого года — 8,6 миллиарда долларов. До прихода Саакашвили к власти он был равен 1,8 млрд. Бюджет Грузии — 4,2 миллиарда. Причем они едва сводят концы с концами. То есть на самом деле ситуация очень плохая. У России тоже большие долги, но нам есть чем отдавать.

На 2013 год приходится основной пик выплат по кредитам. Уже в 2012 году они должны будут заплатить 200 миллионов. В 2013-м — 800 миллионов. В 2014-м — порядка 600. Для Грузии эти цифры огромны. Военный бюджет, например, на этот год — около 370 миллионов. То есть они должны будут отдать “дяде” больше, чем два военных бюджета. Грузия не может это выплатить в принципе, это нереально.

Поэтому реформы в Грузии провалились, несмотря на всю их внешнюю красоту и броскость. Они брали деньги в расчете на то, что будет нормальная экономика, которая позволит эти деньги отдать. И не смогли. Все.

Грозит ли Грузии банкротство?

— Если Грузия при Саакашвили так расцвела, как утверждают его сторонники, почему множество людей бежит из этого рая? От вышколенных, не берущих взятки полицейских — в коррумпированную Россию.

— Потому что грузинские реформы не предназначены для людей. Они предназначены для Запада, для завоевания Абхазии. Но они не нацелены на то, чтобы человеку было хорошо. В Грузии, если тебя вышвырнули на улицу, нельзя даже в суд подать. Одна из составных невероятно благоприятного инвестиционного климата в Грузии — это низкая зарплата. Средняя зарплата там 200 долларов. Реальная безработица достигает 50%, если учесть так называемых самозанятых. Поэтому нашу грузинскую диаспору туда не загонишь палками. Здесь он получает 40 тысяч, а там будет получать 200 долларов. Но в разговоре с тобой ему стыдно признаться, что он эти 40 тысяч отправляет на родину — маме, папе и дяде Гиви. Нужно учитывать национальную специфику — в разговоре с иностранцем грузину тяжело признаться, что у него дома полное дерьмо.

— Может ли 2013 год стать для Грузии тем, чем был для России 1998-й?

— Я думаю, что Грузии не дадут обанкротиться. Им рефинансируют часть долга, заставят очень серьезно уменьшить траты, в каких-то сферах будет возврат к дореформенному состоянию. Дефолта не будет, потому что для Запада это означает имиджевый ущерб. Но ужимать расходы придется очень серьезно. И тогда люди зададут вопрос: Миша, к чему мы пришли? К тому же, что имели в 2002 году, но теперь все наше национальное достояние распродано. В этот период не исключены народные волнения и даже свержение Саакашвили.

	Грузия заполонила виртуальное пространство рекламой своей полиции.

— Давай подведем итоги: насколько успешной оказалась “грузинская модель” реформ?

— В плане классического экономического подхода грузинские реформы провалились. Но в Грузии никогда не было экономики классического типа. Модель поведения Грузии всегда состояла в том, что она находила хозяина, присасывалась к нему, и хозяин начинал дотировать грузинскую экономику. И с точки зрения этой модели Саакашвили невероятно успешен. Он за короткий срок нашел нового хозяина, который стал дотировать грузинскую экономику и не даст ей полностью обанкротиться. И с точки зрения Запада Грузия — невероятно успешный проект. Грузия знает, что стоит ей рыпнуться, как придет дядя Джон со счетом. Это как Куба для СССР была непотопляемым авианосцем у берегов США. Теперь Грузия такой непотопляемый американский авианосец у наших берегов.