mk.ru : Московский комсомолец

Михаил Дмитриевич провел в Красноярске книжную ярмарку, которая собрала 40 тысяч гостей, и вернулся в Москву. На вторник у него было запланировано более 10 встреч. Они касались, в частности, строительства сети биатлонных школ в снежных регионах, медийного бизнеса и покупки канала «Дождь».

Проблем с бизнесом у олигарха по-прежнему две: первая — нет разрешения ФАС на строительство дороги к заводу «Ё-мобиль». И вторая — комиссия по стратегическим инвестициям пока не приняла решение о регистрации его фирмы на бирже в Лондоне. «Все были уверены, что это решение будет принято, потому что является достаточно техническим. Мы не понимаем до конца, связаны эти проблемы с политикой или просто происходит бюрократическая проволочка. Но по второй проблеме у нас уже есть официальная информация, что в ближайшее время вопрос все-таки будет решен», — говорит источник.

Между тем за последнее время Прохоров сменил круг общения. В его окружении больше нет бывшего начальника штаба Шайхутдинова и украинских политтехнологов. Из тех, кто вместе с ним занимался политикой, Михаил Дмитриевич поддерживает отношения только с Ройзманом и Любимовым.

— Создавать новое политическое движение Михаил передумал, — продолжает источник. — Он считает, что сейчас не время.

— Почему не состоялась его встреча с Путиным?

— Михаил в какой-то момент посчитал, что необходимости в этой встрече больше нет. Первое время он настаивал на встрече, потом переварил всю эту ситуацию сам и перестал настаивать. Когда Прохоров перестал позванивать в приемную, там поняли, что ставить встречу в график не обязательно. Он много с кем общается во власти, и сигналы проходят. В том числе и о том, что все в порядке, нет необходимости о чем-то просить Путина. Думаю, темы для встречи появятся уже после президентских выборов.

— Отзыв денег из «Правого дела» — это месть?

— Если бы Михаил захотел отомстить — забрали бы все. Он мог это организовать. А так свои деньги возвращают только те, кто захотел. Поэтому партия отдаст не все 780 миллионов, а, наверно, около 600.

	Рисунок Алексея Меринова

— Как Михаил Дмитриевич теперь относится к своему участию в «ПД»?

— Он считает, что приобрел полезный опыт. Он стал более известным: по данным ВЦИОМ, у него 60-процентная узнаваемость в стране. А начинали с 3%. Но он считает, что важнее не это, а работа над ошибками, которую он для себя проводит.

— Главная ошибка была с украинскими методологами, которые возглавили штаб?

— То, что эти политтехнологи прежде работали на Украине, а не в Москве, нам казалось плюсом. Потому что в России не было выборов в последние годы и найти людей, которые не потеряли квалификацию, было очень сложно. А те, кто не потерял, типа Павловского, получили волчий билет и толком работать не могут. От безысходности взяли украинских с хоть каким-то опытом полевой работы. И они бы агитационный период хорошо отработали. Но до него не дошло, поскольку допустили две ошибки. Они переоценили, сделали слишком большую ставку на позитивные отношения Прохорова с руководителями страны. И вторая — они настраивали Михаила на более высокие амбиции, чем просто попадание в Думу. Говорить о том, что он готов стать премьером, нужно было только после того, как партию допустят до выборов, зарегистрируют списки. Когда тебя уже не смогут снять с дистанции. А они сделали фальстарт. Были и личные ошибки Прохорова. Ему говорили украинцы, уговаривали: нужно убрать Дунаева, Богданова, Рявкина сразу. Они будут работать против тебя. А он решил: нужна преемственность, пусть остаются. Ну вот тебе и преемственность.

— Борис Надеждин запустил шутку, будто Прохоров и Сурков перед съездом «Правого дела» поспорили на бутылку виски — снимут делегаты Прохорова или нет. И будто они эту бутылку уже вместе распили.

— Все может быть. Да скорее всего их отношения уже наладились. Потому что они дружили лет 15. Именно поэтому таким тяжелым был конфликт. Когда люди дружат, а потом каждому начинает казаться, что друг его предал. Им это обоим показалось, и все вылилось в эмоциональную историю. Но они очень умные люди и, мне кажется, просто нужны друг другу. Потому что в окружении обоих не так много личностей, с которыми им по-настоящему интересно общаться...

Тем временем сотрудник идеологического департамента партии «Правое дело» заявил «МК», что партия больше не мечтает набрать заявленные Прохоровым 15%. «Мы не можем тратить деньги на телевизионную агитацию, поскольку принимаем заявления от жертвователей. Если мы потратим эти деньги и не сможем их вернуть, то попадем в очень некрасивое положение. Поэтому мы отказываемся от коммерческих предложений. Но надеемся набрать 7%. А вообще я считаю, что в стране, где осталось всего 7 партий, нужно отменить проходные барьеры. Даже если партия набрала 1%, она должна иметь право на 1% мест в Госдуме».

Материалы по теме:

В “Правое дело” идут за деньгами

“Правое дело” обеднело на две трети