Плохой против прыща

Реплика Леонида Берреса, обозреватель

3 декабря 2013 в 18:15, просмотров: 11522
Плохой против прыща
фото: PhotoXPress

Владимир Путин назначил Олега Плохого начальником управления Администрации Президента по вопросам противодействия коррупции. Аллегорично сильный кадровый ход. Новый борец с коррупцией — с фамилией, как бы намекающей: коррупционеров не ждет ничего хорошего...

Но — шутки в сторону, поговорим о формальной стороне дела. Олег Плохой, исключительно в пределах своей компетенции, конечно, будет следить «за исполнением конституционных и федеральных законов, указов, распоряжений, поручений и указаний президента». А следить есть за чем.

Только за последние 5 лет было принято более десятка федеральных документов, так или иначе связанных с борьбой с коррупционерами. Есть указ теперь уже экс-президента Медведева о национальной стратегии по противодействию коррупции. Были приняты аналогичные нацпланы, причем целых два. Один в 2008 году, другой — в 2010-м. В России действуют законы о противодействии коррупции, о контроле за расходами чиновников, об антикоррупционной экспертизе проектов документов и т.д.

«Крестовые походы» у нас объявляются регулярно, и всякому понятно: у Плохого — широкий круг задач и почти невыполнимая миссия. Во вторник Международный центр антикоррупционных исследований и инициатив Transparency International обнародовал индекс восприятия коррупции за 2013 год. Общий лейтмотив — мы «застряли». Как и в прошлом году, Россия прочно осела в нижней части списка, получив 28 баллов и 127-е место. Мы оказались соседями с Пакистаном, Мали, Ливаном. Первые места традиционно заняли Скандинавские страны, Сингапур, Новая Зеландия.

Впрочем, Олега Плохого должно порадовать то, что от Афганистана и Сомали мы оторвались довольно далеко. Глава центра Елена Панфилова не без юмора замечает: «Где бы взять такой порошок, чтобы постирать Россию и сделать из нее Сингапур». И действительно, где?

Одно дело — провести бурные разоблачения под телекамеры, которые затем раз за разом превращаются в затяжные, уходящие в никуда расследования, по типу мыльных опер. Другое — побороть исторический менталитет отечественного чиновника, когда на вопрос о зарплате он отвечает своим вопросом: «Официальной?» Или когда чиновник, будучи на ответственном посту, уверен, что он так много работает, но так мало зарабатывает, что любой предприниматель ему обязан откатить с госконтракта.

Что во всей этой истории хоть как-то настраивает на оптимистичный лад, так это нарастающий, как его называют специалисты, «низовой антикоррупционный активизм», появление новых инструментов и форм гражданского контроля. Все больше людей присоединяется к деятельности по антикоррупционной экспертизе, контролю госзакупок, мониторингу деклараций, имущества должностных лиц.

Если в 2008 году серьезных общественных организаций, занимающихся этой проблематикой, было всего две-три, и то в пределах МКАД, то теперь их десятки, расползающихся до самых до окраин. Важно, чтобы Олег Плохой понимал, что монополизировать эту деятельность не стоит, а уже тем более не стоит мешать общественникам.



Партнеры