mk.ru : Московский комсомолец

Эта перебранка может показаться странной, если вспомнить, что оба участника спора живут в одной и той же стране, причем один является прямым начальником другого. Ведь Шотландия – не самостоятельное государство, а всего лишь одна из четырех частей Великобритании (три другие – Англия, Уэльс и Северная Ирландия).

Год назад на выборах в региональный парламент впервые в истории победила Шотландская национальная партия (ШНП). Ее главное политическое требование – отделениe провинции от Соединенного Королевства и образование независимого государства. Референдум по вопросу о независимости был важнейшим пунктом программы партии на выборах.

Лидер националистов Алек Салмонд заявил тогда, что не будет спешить с референдумом и проведет его не раньше 2014 года. Официальный Лондон предпочел не комментировать это заявление, в связи с чем создалось впечатление, что центральное правительство не имеет ничего против. Теперь, однако, стало очевидно, что на Даунинг-стрит не собираются отпускать Шотландию без боя.

В Средние века отношения между Шотландией и Англией были далеки от добрососедских. Более многочисленные и лучше организованные англичане предприняли немало попыток захватить территорию северного соседа. Но шотландцы сопротивлялись героически. Исторические хроники полны сообщений о многолетних войнах, кровопролитных сражениях, насилии по отношению к мирному населению, заговорах и предательствах.

Но в 1603 году, после смерти бездетной Елизаветы I, английский престол достался ее дальнему родственнику – шотландскому королю, который по иронии судьбы был сыном Марии Стюарт, казненной англичанами. В Англии он стал числиться Карлом (Яковом) I. Возникла необычная ситуация, когда двумя независимыми государствами управлял один король. Закончилась она в 1707 году, когда парламенты обеих стран добровольно приняли «Акт об унии» (то есть о союзе), в результате чего было образовано Соединенное Королевство.

Сегодня никто не спорит о том, что объединение принесло Шотландии значительные экономические и социальные выгоды. Будучи важной составной частью мощной Британской империи, Шотландия пережила за последние 300 лет бурное развитие и добилась больших успехов. Что же касается отношений между двумя народами, то они стали более открытыми и приветливыми.

Тем не менее определенная часть патриотически настроенных шотландцев полагает, что страна могла бы вполне обойтись без своего большого и сильного южного соседа. По их мнению, Шотландия способна прокормить себя за счет доходов от добычи нефти на шельфе Северного моря, продвинутого банковского сектора, туризма и других экономических ресурсов. Большие надежды возлагаются и на самостоятельное вступление в ЕС и ВТО.

Однако проблема националистов в том, что, согласно опросам, идею независимости поддерживают не более 28% населения. Остальные две трети считают, что незачем дергаться. В 1999 году Лондон предоставил Шотландии очень широкую автономию, а кроме того, полностью оплачивает расходы 5-миллионной провинции, бюджет которой составляет сейчас почти 12 миллиардов фунтов.
Правда, Салмонд и его партия убеждены, что число сомневающихся вскоре сократится. Он надеется, что к осени 2014 года патриотические чувства шотландцев окрепнут. По его мнению, этому будут способствовать большие празднования в связи с 700-летием битвы при Баннокбурне, где шотландцы наголову разбили англичан, а также ухудшение финансового положения населения провинции, на котором обязательно скажутся меры по сокращению госрасходов, проводимые Лондоном.

Есть у Салмонда и еще один козырь. Он хочет, чтобы у избирателей был на референдуме выбор из двух вопросов: хотите ли вы полной независимости? хотите ли вы расширения автономии? Таким образом, даже если население отвергнет идею выхода из союза, националисты сохранят лицо и добьются новых уступок от центрального правительства.

Однако Кэмерон категорически против второго вопроса. «Создается впечатление, что ШНП интересует не столько результат референдума, сколько процесс подготовки к нему», – заявил он в среду в парламенте. Желание премьера приблизить сроки референдума и поставить в нем только один вопрос связано с его уверенностью в том, что Шотландия отвергнет идею независимости.