mk.ru : Московский комсомолец

Бытие человека, особенно творца, как бумеранг. Он возвращается туда, откуда был запущен. Жизнь и смерть смыкаются в единое целое. Земля, родившая тебя, становится твоим последним пристанищем...

Церковь Новой Надежды вмещает 350 человек. Приглашенных было 1500. Миллионы, yе только в Соединенных Штатах, но и во всем мире, смотрели отпевание Хьюстон по телевидению. В течение одного дня Ньюарк стал столицей цветной Америки. Прощаться с Хьюстон приехал весь негритянский истеблишмент страны — политические деятели, бизнесмены, церковные служители и, конечно, звезды индустрии развлечений. Отпевание было задумано не как слезливая церемония, а как «празднование жизни» Уитни Хьюстон. Тем не менее слез хватало. Призванные на всякий пожарный случай медицинские сестры не успевали раздавать плачущим белые платки и клинексы. А некоторым — успокоительное.

У подножия основной трибуны стоял гроб с телом Хьюстон, накрытый шапкой белых роз. Они сливались с могучим церковным хором, наряженным в белые робы. Хор пел негритянские спиричуэлс в экстатическом порыве, нагнетая и без того наэлектризованную атмосферу. Снаружи железная церковная ограда была разукрашена гирляндами разноцветных воздушных шариков. Конная полиция блюла порядок. По приказу Кристи, губернатора Нью-Джерси, все флаги на зданиях штата были наполовину приспущены.

Службу открыл мэр Ньюарка Корри Букер. Он сказал, что «Уитни вернулась домой перед тем, как отправится к Богу. Теперь у Бога будет и наш ангел Уитни Хьюстон». Затем один за другим стали выступать самые знаменитые негритянские проповедники Америки. Они одновременно замечательные исполнители религиозных гимнов. И в этом их сила и убедительность. Они доносят до прихожан слово Божье силой музыки. А один из них — Донни Маклуркин даже имеет премию Грэмми. Никто в Америке так страстно не верит в Бога как черные. Они эту веру выстрадали за столетия рабства. Им долго больше не в кого было верить. Неслучайно и их великие поводыри, включая Мартина Лютера Кинга, Джесси Джексона, Эла Шэрптона, проповедники. Двое последних присутствовали на отпевании Хьюстон. Епископ Джекс говорил о том, что любовь сильнее смерти и всегда побеждает ее, ибо любовь это Бог. Проповедник Сеси Винанс напомнил собравшимся, что «Бог не в стратосфере, а в нас самих. Уитни родилась в Ньюарке, но на землю послал ее Бог».

Пели и представители афроамериканского энтертейнмента — Алишия Киз, назвавшая Хьюстон своим ангелом-хранителем и слепой Орфей цветных Стиви Уандер. Арета Франклин занемогла и не смогла принять участия в церемонии. Патриция Хьюстон, невестка и менеджер покойной, построила свое выступление на манер кинговского «наконец, я свободен». Со смертью Уитни освободилась от своих демонов — алкоголизма и наркомании, от несчастной любви и загнанности бизнесом, — говорила Патриция.

Дань памяти Уитни отдал кинозвезда Кевин Костнер, который сыграл с ней в знаменитом кинофильме «Телохранитель», принесшем 400 миллионов долларов. Выступил и реальный телохранитель дивы Рэй Уотсон. Клайв Дэвис, основатель компании «Artista Records», «открывший» Хьюстон, рассказал о последней встрече с ней накануне ее кончины. Хьюстон сказала ему: «Я обретаю прежнюю форму. Я по два часа плаваю в бассейне. Я перестала курить». Затем Дэвис, обращаясь к гробу, произнес: «Что ж, Уитни, я ловлю тебя на слове. Все на небе, включая Бога, ждут этого от тебя. Зная тебя, ты будешь срывать крыши с домов в раю, как никто другой в прошлом».

Накладка произошла с бывшим мужем Хьюстон Боби Брауном, отцом ее единственной дочери. В кожаном костюме со своей новой женой под руку он приехал еще до полудня, но вскоре уехал, обидевшись на распорядителей, которые три раза пересаживали его с места на место. Перед уходом он поцеловал гроб с телом Уитни.

Служба продолжалась четыре с половиной часа. Она закончилась чтением стихов, которые декламировала Диона Уорвик, и восклицанием: «Аминь!», провозглашенным пастором Марвином Винансом...

Pall-bearers — несущие гроб, снимают с него цветы и выносят из церкви. За ними идет, поддерживаемая с обеих сторон, мать усопшей Сисси. Скромная Сассекс-Авеню, расположенная близ квартала жилых домов для бедных — Джеймс М.Бакстер-террас, на некоторое время превращается в блестящие авеню Нью-Йорка и Лос-Анджелеса. Люди в роскошной одежде погружаются в роскошные автомобили. Кругом полиция, частные детективы, телохранители. Над баптистской церковью Новой Надежды то вспыхивает, то гаснет надпись «Уитни Хьюстон». Ее сменяют слова «Мы всегда будем любить тебя» — напоминание об ее самой знаменитой песне.

Полиция оцепила металлическим заграждением улицу и церковь, держа фанатов и масс-медиа на почтительном расстоянии. Позолоченный гроб устанавливают на позолоченном же катафалке-авто. По бокам катафалка эскорт полицейских на мотоциклах. «Благословение! Благословение!» — скандирует толпа. Многие в майках с изображением Уитни.

Негритянская община Америки не отдала Уитни ни Нью-Йорку, где она дебютировала в качестве манекенщицы, ни Лос-Анджелесу, где она горела и сгорела. И хотя Ньюарк не чета этим грандиозным мегаполисам, а его скромная баптистская церковь Новой Надежды выглядит халупой по сравнению с их величественными храмами, именно здесь было решено отпеть Хьюстон. Бумеранг не бабочка, которая садится на миллион цветов. Да и Уитни не была «двухтуфельной», то есть пайдевочкой. Ее корни глубоко уходили в почву улиц Ньюарка. «Душечка» Америки была еще и бой-бабой. Когда она приревновала своего возлюбленного к одной актрисе, она пригрозила ей: «Знай, я пантера. Я своего мужика никому не отдам!»

Уитни часто наведывалась в Ньюарк. «Я хочу побыть рядом с вами, снова стать «Ниппи», — говорила она соседям. Так окрестил ее отец по имени героини одного мультфильма, которая всегда попадала в переделки. В субботу, 18 февраля, Хьюстон окончательно вернулась в Ньюарк. Как сказала ее мать Сисси: «Мы на тридцать лет одолжили „Ниппи“ публике. Теперь настала пора вернуть ее...»

Уитни Хьюстон родилась в Ист-Ориндже, пригороде Ньюарка — столицы штата Нью-Джерси. Ее повивальной бабкой была церковная негритянская музыка — госпелы и спиричуэлс, духовные песни афроамериканцев.

Ее мать Сисси была госпел-певицей, отец — аранжировщиком. Две ее кузины, сестры Диони и Ди Ди Уорвик были звездами соула и R&B, а ее крестной матерью — человеческий орган по имени Арета Франклин. Так что судьба Уитни была предопределена. Школа, в которую пошла длинноногая и голосистая малютка, сейчас носит название «Академии творческого и игрового искусства имени Уитни Элизабет Хьюстон». Впрочем, тогда все называли ее «Ниппи». В школе этот еще не оперившийся жаворонок пел при первой же предоставленной возможности — в Эливуд-парке, в «Макдональдсе» на Додд-стрит, в бассейне во время плавания и тогда, когда в нем спускали воду. «Ниппи» стихийно понимала, что такое резонанс, аккустика, еще не зная смысла этих слов. (Сейчас на месте того «Макдональдса» стоит церковь Нового Завета.)

Уитни жила в районе среднего цветного класса, уже уверовавшего в свое место под солнцем. Недаром школы этого квартала носят имени Сесили Тайсон, Лэнгстона Хьюза, Гордона Паркса, Диони Уорвик, Джорджа Вашингтона Карвера. Теперь среди них есть и школа имени Хьюстон. Но света без тени не бывает. Здесь на каждом углу торговцы наркотиками. А где наркотики, там и преступность. Поэтому можно сказать, не очень сильно преувеличивая, что Уитни впитала с молоком матери и музыку, и наркотики. Музыка сделала ее бессмертной, наркотики ее убили. Бумеранг бытия не знает пощады, не знает осечки.

После знаменитого восстания негров Ньюарка 1967 года, которое длилось целую неделю, Хьюстоны перебрались в его пригород Ист-Ориндж и поселились в двухэтажном доме № 362 по улице Додд-стрит. Когда стало известно о кончине Уитни, водители начали притормаживать перед этим домом, на дверях которого красуется предупреждение: «Берегись злой собаки!» Но «злая собака» не смогла защитить певицу от еще более злой судьбы.

Духовным центром семейства Хьюстон была баптистская церковь Новой Надежды. Мать Уитни руководила певческим хором этой церкви, и под ее сводами получила свое первое музыкальное крещение ее дочь, тогда еще семилетняя «Ниппи». По воспоминаниям очевидцев, «Ниппи» была бесстрашной и уже в одиннадцать лет впервые солировала здесь с песней «Иисус любит меня». Причем она пела так, словно ее аудиторию составляли не 60-70 человек, а тысячные толпы. Так случилось, что именно этот госпел стал последней песней, которую она исполнила на публике. Опять эффект бумеранга, или Иисус правда любил ее? А если любил, почему не спас? Ведь она молила его об этом в песне «Хоуп»: «Может, я смогу упросить время замедлить свой бег, чтобы я смогла вырасти?» Мерв Гриффин, на шоу которого она спела эти слова 29 апреля 1983 года, восклицал: «Именно в этот момент родилась суперзвезда. Уитни Хьюстон! — это имя стало незабываемым!»

«Она хотела выплеснуть из сердца все свои чувства», — рассказывают очевидцы. Уитни, хотя и была «бесстрашна», но отличалась скромностью, даже застенчивостью.

В подвальном этаже дома № 362 по улице Додд-стрит, где раньше мать Уитни хранила звукозаписывающую аппаратуру и репетировала со своим хором «Сладкие вдохновения», на стенах висят золотые диски ее дочери...

Карьера Уитни Хьюстон была головокружительной. Она единственная певица, имевшая подряд семь хитов № 1 в Bilboard Hot 100. Этот рекорд до сих пор не побит. Ее песня «I will always love you» 1992 года, где Уитни демонстрирует феноменальный трехоктавный размах с налетом спиричуэлс, стала всемирным хитом, возглавила хитпарады в 16 странах и держалась № 1 в течение 14 недель в Соединенных Штатах. (И этот рекорд еще никем не побит.) «Я буду всегда любить тебя» четыре раза становился платиновым диском. За свою короткую жизнь Уитни получила 415 наград, в том числе 6 Грэмми, продала 170 миллионов альбомов, синглов и видео и заработала 80 миллионов долларов (из них 8 миллионов ушли на наркотики). В 1991 году она исполнила гимн Соединенных Штатов «Осыпанное звездами знамя» во время суперкубка ХХV и затем после теракта 9/11 2001 года. Среди всех исполнителей гимна только она пробилась с ним дважды в «топ 20 хитов». Все гонорары от этого хита она отписала солдатам и их женам. В 1988 году на Олимпийских играх в Сеуле Уитни поручили исполнить гимн ее страны, а ее песня «One Moment in Time» стала музыкальной темой Олимпиады. Уитни вместе с великим Нельсоном Манделой участвовала в борьбе против апартеида. Благодаря ее благотворительной деятельности ее стали называть «черной принцессой Дианой». Сравнение было убийственным. В прямом смысле этого слова.

«Американской героиней» назвала Хьюстон Миранда Ламберт. Да, Уитни сломала многие барьеры для женщин и особенно негритянок. Она стала своеобразным мостом между великими дивами прошлого — Бесси Смит, Джуди Холидей, Эллы Фитцджеральд, Сарры Воган и дивами нашего времени. Это можно было почувствовать на недавней презентации премий Грэмми, например, во время выступлений Адели и Рианны. Ван Тоффлер, президент «Viacom», которому принадлежит MTV, говорит: «Она там наверху вместе с Аретой и Эттой Джеймс... Уитни стоит на середине сцены, закрыв глаза. Ей не нужны электронные эффекты, танцоры, бэк-ап певицы. Ей вполне хватает ее голоса. Все певицы в долгу у нее. Она их вдохновляет...»

Уже после службы преподобный Эл Шерптон назвал смерть Хьюстон «будящим звонком» — «wakeup call». Он сказал: «Сколько похорон должно еще произойти до того, пока мы бросим вызов индустрии звукозаписи и ее боссам? Мы должны умножить наши усилия, чтобы сохранить жизнь наших молодых леди, которые пробиваются из хористок в суперзвезды».

Своевременные и справедливые слова! Сколько же еще можно терпеть эту непрекращающуюся эстафету нелепых смертей! Бесси Смит—Билли Холидей—Уитни Хьюстон. Молох музыкальной индустрии перемалывает своих жрецов и жриц. Мы достойно провожаем их на тот свет, не замечая или отказываясь замечать, что мы их не провожаем, а подталкиваем.

Аминь!

Мэлор СТУРУА, Ньюарк.