Монархия для чувств, республика для рассудка

Какими будут подданные будущего британского короля Уильяма?

15 октября 2013 в 18:04, просмотров: 4917

Когда несколько недель назад пришли сообщения о демобилизации британского принца Уильяма с военной службы, уже через несколько минут в Интернете появилась веселая шутка: «Молодая безработная пара с двухмесячным младенцем готова снять квартиру в Лондоне. Кроме Кенсингтонского дворца, ничего не предлагать». А газета «Таймс» отреагировала на это событие редакционной статьей, в которой утверждает: «Таинственный эликсир, питающий британскую монархию, позволяет ей постоянно меняться, вместе с меняющейся страной. При этом, несмотря на перемены, сама монархия продолжает оставаться символом стабильности нашей нации». Сказано не без выспренности, но вполне в соответствии с той линией, которой в последние десятилетия придерживается официальный Лондон.

Монархия для чувств, республика для рассудка
фото: ru.wikipedia.org

Действительно, внешне вроде бы почти ничего не изменилось. Принц снимет военную форму, переедет с семьей в специально отремонтированную для него квартиру, в которой провела последние годы жизни его мать, принцесса Диана, и, как сказано в дворцовом пресс-релизе, «займется королевскими обязанностями и благотворительной работой».

За этой короткой сухой формулировкой кроется много всего разного. Что до благотворительности, то тут все ясно. Уильям давно подключился к организациям, которые занимаются сохранением редких животных и борются с браконьерством. Ясно, что теперь он эту работу активизирует. Однако ради одного только этого уходить из королевских ВВС, где ему явно нравилось, наверное, не имело смысла.

Жизненная сила — в окружающей ее тайне

А вот «королевские обязанности» — это весьма широкий круг занятий, в который входят ежедневное участие в различных общественных мероприятиях, поездки с государственными визитами в иностранные государства, выполнение поручений премьер-министра, публичные выступления. И самое главное: встречи и беседы с подданными ее величества. То есть все то, чем занимаются сама Елизавета, ее супруг герцог Эдинбургский, отец Уильяма и одновременно наследник престола принц Чарльз, а также все остальные дети королевы.

Недавно ушедший из жизни популярный писатель Кристофер Хитчинс так определил функции, которые выполняют Елизавета и члены ее семьи в современной Великобритании:

— обеспечивают преемственность и стабильность государственной власти;

— не вмешиваются в политику, но задает ей тон;

— позволяют избегать неожиданностей и казусов президентского правления;

— являются гарантом национальной идентичности;

— добавляют гламур и помпезность в обыденную жизнь подданных.

Именно благодаря блистательному исполнению всех этих функций ее величество заслужила огромную любовь и уважение не только своих подданных, но и миллионов людей за рубежом.

Впрочем, не будем забывать и об удивительном личном обаянии, которое на протяжении всех 60 лет своего правления демонстрирует эта хрупкая улыбчивая женщина. Тут мы, может быть, вторгаемся в сферу не вполне познанного. Ибо, как утверждают ее биографы, Елизавета уверена, что королевская власть дарована Богом.

Бизнесмен и философ Уолтер Баджет, который в середине XIX века основал журнал «Экономист», написал еще и фундаментальный труд «Английская конституция». В нем он замечает, что право монарха на власть в английском законодательстве называется «тайной прерогативой». «Конечно, таинство власти — нечто ненормальное», — говорит Баджет, хотя тут же признает, что тайна совершенно необходима для успешного функционирования монархии. «Ее жизненная сила — в окружающей ее тайне, — настаивает он, — нельзя допускать солнечный свет в рукава волшебника».

Баджету также принадлежит забавная формула, определяющая преимущество монархии перед республикой: «Монархия всегда будет сильна, потому что она обращена к чувствам людей, в то время как республика обращается к их рассудку и рассчитывает на понимание».

Почему Георг V не спас Николая II

А ведь монархия далеко не всегда была уважаема и любима в Британии. Известный историк Дэвид Старки утверждает, что на протяжении почти всего XVIII и начала XIX века короли были крайне непопулярны. Их не только не любили — над ними посмеивались. Невероятно, но факт — кончину Георга IV в 1830 году газета «Таймс» отметила таким издевательским пассажем: «Еще никогда о потере какой-либо персоны соотечественники не сожалели меньше, чем о смерти этого короля. Разве были глаза, пролившие слезы? Разве было сердце, сжавшееся от горя?». И это не о каком-нибудь пьянице или развратнике — это о главе государства, о монархе!

63-летнее правление королевы Виктории, продолжавшееся до 1901 года, вернуло британской монархии утерянный авторитет. Над королевой не смеялись, ей даже сочувствовали. Особенно когда она рано потеряла своего любимого мужа Альберта. И тем не менее суверен по-прежнему оставался «дворцовым животным», говорившим по-английски с сильным немецким акцентом и плохо представляющим себе жизнь британской улицы.

Первым ломать глухие стены между Букингемским дворцом и рядовыми британцами начал внук Виктории, король Георг V. Этот хмурый человек, обожавший военную дисциплину, охоту и собиравший марки, отнюдь не слыл интеллектуалом. Тем не менее именно он острее других почувствовал опасности, начинавшие угрожать существованию монархии. Набиравшее силу рабочее движение добивалось расширения своих прав. Вирус социализма в виде депутатов-лейбористов проник в парламент. Левые либералы открыто выступали за выборную власть.

Под давлением этих угроз король стал совершать поступки, которые его предшественникам показались бы невозможными. Он начал посещать угольные шахты и промышленные предприятия, разговаривать с рабочими, пить с ними чай и слушать. Внимательно слушать то, о чем толковал простой люд. Его жена Мэри вела активную благотворительную работу, постоянно ездила в больницы, приюты, дома престарелых.

В 1917 году, в разгар антигерманской кампании, охватившей Британию, Георг решил порвать все связи своей семьи с ее немецкими корнями. Так вместо Саксен-Кобург-Готской династии в Британии появилась династия Виндзоров. Принцам и принцессам дома Виндзоров, которых раньше обязывали вступать в брак исключительно с отпрысками немецких династий, было рекомендовано обратить свое внимание на британских невест и женихов. День издания этого декрета король назвал в своем дневнике «историческим». Немецкая монархическая династия превратилась в «британскую королевскую семью».

Ради сохранения этой семьи король готов был даже на личные жертвы. Среди историков бытует мнение, что после долгих колебаний Георг все-таки не решился вывезти своего горячо любимого кузена Николая II и его семью из России. Боялся протестов со стороны рабочих и профсоюзов, которые тогда симпатизировали большевикам.

Когда в 1924 году на всеобщих выборах победили лейбористы, Георг не высказал никаких возражений по этому поводу и весьма приветливо принял у себя во дворце нового премьер-министра. Это убедило лейбористов в том, что для проведения намеченных ими социалистических преобразований совсем не обязательно отказываться от монархии.

«Великие выживающие»

К моменту вступления Георга V на престол в 1910 году в Европе было только три республики — Франция, Швейцария и Сан-Марино. Во главе всех остальных стран находились коронованные особы. Но после Первой мировой их число сократилось втрое. Исчезли с политической арены даже такие могущественные династии, как российская, германская, австрийская. Однако Виндзоры уцелели.

Сын Георга Пятого — Георг VI, знакомый современной публике по фильму «Король говорит!», — завоевал народную любовь благодаря тому, что в годы Второй мировой войны, несмотря на жесточайшие немецкие бомбежки, не уехал из Лондона и неизменно появлялся в расположении военных частей, на заводах. Даже участвовал в разборе завалов разбомбленных домов.

Любимая внучка короля Георга V Елизавета II, которую с его легкой руки в детстве называли Лилибет, не только осталась верна заветам деда, но и возвела их в принцип королевской власти. При ней монарх стал исполнителем воли народа, которую выражают избранные им представители. Если она и влияет на британскую политику, то, как правило, во время еженедельных бесед с очередным премьер-министром, которые проходят при закрытых дверях и не протоколируются.

Едва став королевой, 25-летняя Елизавета столкнулась со сложной проблемой. По генеалогическим обычаям ее старший сын и его потомки должны были принадлежать к глюксбургской ветви Ольденбургского дома, из которой происходит муж Елизаветы II принц Филипп. Кстати, к этому же дому принадлежали российский император Петр III и все его потомки по мужской линии. Но, чтобы сохранить английскую принадлежность династии, Елизавета издала специальную прокламацию, согласно которой Чарльз и его дети остаются Виндзорами.

Уже в этом году с согласия Елизаветы британский парламент принял поправку к закону о престолонаследии, согласно которой пол больше не играет роли при определении наследника. До сих пор женщина могла занять трон только в том случае, если у монарха не было наследников мужского пола. Теперь наследником независимо от пола становится старший ребенок. И если бы у Уильяма и Кейт вместо принца Джорджа родилась дочь, она в будущем сменила бы на троне своего отца.

Принц берет тайм-аут

В кругу друзей принц Уильям любит повторять, что не хотел бы быть «декоративным» членом королевской семьи. Сейчас он еще только второй в очереди к британскому трону, и вполне возможно, что ждать своего часа ему придется довольно долго. А это означает, что, когда лет через 20 Уильям станет королем, британцам середины XXI века времена Елизаветы II будут казаться глубоким прошлым. Чтобы не стать «декоративным» королем, ему придется идти в ногу со своими подданными.

Источник, близкий к Уильяму и Кейт, рассказал «МК», что принц еще не определился с той ролью, какую будет играть в королевской семье. «Ему понадобится время, чтобы найти свое место в этой структуре, — сказал он, — в этом смысле ближайший год будет для Уильяма переходным. Королева полностью поддержала решение принца об уходе с военной службы. Вместе с тем она не настаивает на том, чтобы он целиком посвятил себя королевским обязанностям. Он, как и прежде, готов к их выполнению. Ему доставляет большое удовлетворение помогать ее величеству и другим старшим членам семьи в исполнении монаршего долга».

Это значит, что теперь Уильяму предстоит самое трудное — научиться тому, как стать уважаемым монархом своих современников. Хотя сначала ему придется разобраться в том, какими будут его будущие подданные.



Партнеры