Глава Минздрава Вероника Скворцова: «Реформа не должна проводиться ради реформы»

Впервые в будущем году появится отдельная часть средств фонда ОМС для лечения пациентов с применением более 1000 высокотехнологичных методов

25 декабря 2014 в 19:30, просмотров: 7975

Конец года. О чем еще говорить с министром здравоохранения России, если не о планах на будущее? Что будет с медициной в связи со сложной экономической ситуацией в мире и в стране? Останется ли она бесплатной или за все придется платить? Урежут ли бюджет на лекарства? Чего еще ждать от «оптимизации» здравоохранения, кроме увольнений, сокращений медработников, снижения зарплат, слияния разнонаправленных медучреждений?..

Глава Минздрава Вероника Скворцова: «Реформа не должна проводиться ради реформы»
фото: Наталья Мущинкина

Ситуация будоражит и врачей, и пациентов. Последние события — митинги врачей в Москве, протестные выступления в других городах против «дикой» реорганизации здравоохранения — тому подтверждение. На многие «горячие» вопросы ответ удалось получить из первых уст прямо в кабинете министра здравоохранения РФ.

«Человек не должен просто лежать в больнице, он должен там лечиться»

— Вероника Игоревна, сегодня у всех на устах словосочетание «оптимизация здравоохранения». Что оно означает, если говорить в целом о России? И каких перемен ждать?

— Оптимизация — это всего лишь речевой штамп для обозначения комплекса мероприятий, цель которых — повышение доступности и качества медицинской помощи. Так сложилось, что система здравоохранения сегодня недостаточно эффективна. Ошибки и проблемы в ней накапливались в течение многих лет — как минимум с начала 70-х годов. Если говорить о самых базовых недостатках, которые видны не только специалисту, но и пациенту, то их два.

Первый — несовершенство системы оказания первичной медико-санитарной помощи, в чем чаще всего нуждаются люди. Но помощь в поликлинике нередко оказывается формально, не в полной мере внедряются профилактические программы, диагностические и замещающие стационар лечебные методы.

Второй — неполное соответствие стационарной медицинской помощи современным технологическим возможностям. Каждому человеку в течение своей жизни хотя бы один раз требуется серьезное лечение в стационарных условиях. Задача стационара — быстро распознать причину заболевания и оказать помощь. Человек не должен просто лежать в больнице, он должен там интенсивно лечиться, причем методами, проведение которых невозможно в амбулаторных условиях.

А чтобы широко внедрять самые передовые и дорогостоящие медицинские технологии и обеспечить их равнодоступность, нужно существенно повысить эффективность организации всего лечебного процесса, подготовить медицинские кадры и медицинскую инфраструктуру к правильному распределению ответственности между амбулаторным уровнем, дневными и круглосуточными стационарами.

— Наше общество стареет, тяжелых заболеваний становится все больше...

— Безусловно, при выявлении патологии, требующей стационарного лечения, оно должно проводиться. Напомню: за 2013 год был существенно увеличен объем высокотехнологичной медицинской помощи — до 506 тысяч человек, в том числе оказанной нашим гражданам старших возрастных групп — до 250 тысяч человек. В 2014 году граждане старше 60 лет — это уже более 50% получателей высокотехнологичной медицинской помощи. За пять лет объем операций по протезированию суставов у пожилых увеличился на 70%. А это мобильность, возможность жить нормальной жизнью. Несколько лет назад практически не оперировали лиц старше 80 лет. Ситуация изменилась в 2013 году: эндопротезирование было сделано 10,6 тысячам таких пациентов.

С 2013 года мы начали активно развивать реабилитационную службу, в том числе за счет перепрофилирования коек. Впервые были внедрены нормативы финансового обеспечения медицинской реабилитации, приняты порядки ее проведения. Очень важно, чтобы после интенсивного лечения подключалась стационарная и амбулаторная реабилитация для максимально полного восстановления нарушенных функций организма. Пассивное длительное нахождение в больнице нередко имеет не положительный, а отрицательный эффект на здоровье, особенно у людей старшего возраста.

Таким образом, само развитие медицины и появление высокоэффективных лечебных технологий требуют изменений организации системы здравоохранения. Однако эта сфера настолько чувствительная и значимая для каждого человека, что все преобразования должны быть выверенными и комфортными для людей.

— С идеей сделать первичное звено главным при оказании медицинской помощи людям вы вступили в должность министра в 2012 году. Каким вы видите это звено сегодня?

— Принципиальных задач первичного звена две. Первая: оказать человеку профилактическую помощь с качественными скринингами здоровья, чтобы любые негативные изменения в его организме были выявлены на самых ранних стадиях. Вторая: помочь в преодолении таких заболеваний, которые хоть и не угрожают жизни, но имеют наибольшее распространение и в результате влияют на продолжительность жизни. В 90-х годах организация первичной медико-санитарной помощи стала полномочием муниципалитетов. В результате очень быстро качество ее оказания стало существенно отличаться не только от региона к региону, но и внутри одного региона. Выровнять ее, сделать качественной и доступной, а работу в ней престижной — наша основная задача.

Мы активно развиваем сеть первичных медучреждений: число центров и отделений врачей общей практики с 2009 по 2013 год увеличилось в 2,5 раза. Создано более 8000 выездных медицинских бригад, оснащенных портативным диагностическим оборудованием. Важную роль сыграла программа «Земский доктор», благодаря которой более 14 тыс. молодых медиков приехали на работу в село. Расширили целевой набор в медицинские вузы. Сегодня более 50% абитуриентов, поступающих в вуз, уже знают, где будут работать.

Изменили саму финансовую модель первичной медицинской помощи — внедрили тариф на медицинскую профилактику, переориентируя первичное звено на предупреждение заболеваний, заставляя врачей больше внимания уделять пациентам. Впервые тариф и оплата труда врачей стали зависеть от результатов работы — состояния здоровья населения.

С 2013 года внедрили единый подушевой финансовый норматив для всей страны. Еще в 2008 году финансовое обеспечение здравоохранения на одного гражданина в разных регионах различалось в 25 раз! В прошлом году все базовые территориальные программы ОМС впервые стали бездефицитными.

— Но почему тогда на лечение все стремятся в Москву?

— Сегодня это уже не так. Впервые в истории отечественного здравоохранения вместе с профессиональным сообществом мы разработали национальные клинические рекомендации - протоколы лечения основных заболеваний. Это дает возможность лечить пациентов и в Калининграде, и во Владивостоке в соответствии с одинаковыми требованиями и подходами. Таких протоколов уже создано около тысячи.

«Системные преобразования надо начинать не сверху вниз, а снизу вверх»

— Вероника Игоревна, в чем суть «реформы» здравоохранения, которая сейчас так активно обсуждается?

— Мы не называем реформой оптимизационные преобразования в отрасли, которые проходят уже в течение ряда лет. Минздрав совместно со всеми регионами пытается преобразовывать систему здравоохранения очень деликатно, безболезненно, с постоянной корректировкой своих действий. Ведь это самая чувствительная область для любого россиянина!

Каждый регион имеет свои особенности, и общего рецепта того, как повысить эффективность регионального здравоохранения, не существует. Поэтому мы устанавливаем лишь единые критерии качества и доступности медицинской помощи, определяем линии, вдоль которых целесообразно двигаться, оптимизируя медицину. Так, например, в сельской местности, где слабо развита транспортная и другая инфраструктура, ни в коем случае нельзя ликвидировать маломощные медицинские учреждения и лишать людей возможности получать стационарную помощь первого уровня.

Основной потенциал повышения эффективности отечественного здравоохранения — в городах, где реально есть пустующие, дублирующие друг друга мощности, часто устаревшие и не соответствующие современным требованиям. Согласитесь, если койка работает 260 дней в году вместо расчетных 330 — это неправильно. Полупустую и неэффективно работающую сеть нужно привести в порядок: высвобождающиеся ресурсы должны быть направлены на внедрение современных медицинских технологий, повышение качества медицинской помощи.

Большинство регионов именно так и сделали. Ведь мы слышим о проблемах лишь в нескольких районах и нескольких учреждениях, в то время как проводят преобразования в здравоохранении все субъекты РФ в течение последних лет. И это дает свои результаты: улучшаются демографические показатели в стране, повышается удовлетворенность населения оказанной медицинской помощью, растет заработная плата медицинских работников. Это общемировая практика.

— Как вы оцениваете происходящее сейчас в здравоохранении Москвы? У вас как у министра эти перемены вызывают оптимизм?

— Оптимизация московскому здравоохранению тоже нужна. Хотя важно не только то, что делается, но и как. Посмотрим объективно. В 2013 году примерно 30% стационарных коек в столице простаивало, что требовало действий, порой не очень популярных. За последние три года Москва сократила несколько тысяч коек, при этом объем медицинской помощи даже увеличился. И на оставшихся койках проведено больше операций, чем в 2011 году, на четверть увеличился объем высокотехнологичной медицинской помощи.

После внедрения федеральной сосудистой программы в Москве в 3 раза снизилась летальность при инфаркте миокарда и примерно на 17% смертность от сосудистых причин. Реализация федеральной Программы по охране матери и ребенка позволила Москве достичь одного из самых низких в стране показателей младенческой смертности, несмотря на то, что это огромный город с очень пестрым населением.

— Но почему тогда именно в столице врачи и пациенты вышли на массовый митинг?

— Любые преобразования можно проводить, лишь имея стопроцентный контакт и с населением, и с медработниками. Объяснять суть и даже советоваться с ними в каких-то вещах. Тогда это будут правильные преобразования.

Каждый регион реорганизационные мероприятия проводит в собственном формате, потому что потребности разные. Но для всех есть общее правило: начинать системные преобразования надо не сверху вниз, а снизу вверх. Нельзя отменять старое, закрывать привычные возможности для людей, пока не создано новое: пока нет условий для амбулаторно-поликлинического лечения с внедрением замещающих стационар технологий, дневных стационаров, удобной формы долечивания, амбулаторной реабилитации.

Ни в коем случае не должно увеличиваться время ожидания участкового врача, специалистов первичного звена, диагностических исследований, плановой госпитализации. Появление любого недовольства пациентов — это сигнал, когда нужно задуматься: правильно ли выбран путь и правильны ли конкретные шаги. Реформа не должна проводиться ради реформы.

— У вас есть рычаги влияния на московское здравоохранение? Или Москва — отдельное государство?

— У нас состоялся ряд конструктивных встреч с вице-мэром Москвы Леонидом Михайловичем Печатниковым и с главой Департамента здравоохранения столицы Алексеем Ивановичем Хрипуном. Первое, о чем мы условились, — это проведение обязательных встреч руководителей здравоохранения Москвы с коллективами врачей, в особенности тех учреждений, где планируются реорганизационные меры, с профсоюзами. Возмутительно, когда некоторые главные врачи общаются со своими коллективами через юристов и отдел кадров. Первые встречи уже дали свои результаты: по отдельным учреждениям приняты решения об их перепрофилировании, созданы центры помощи в трудоустройстве медицинских работников и др.

Минздрав России совместно с самым крупным интернет-порталом по поиску работы запустил проект, целью которого является помощь медицинским работникам оперативно находить интересную работу в любом регионе страны.

«Совокупные средства в системе здравоохранения в 2015 году увеличатся на 250 млрд рублей»

— Вопрос о финансировании здравоохранения. Чего нам, пациентам, ждать в 2015 году?

— Объем всей программы госгарантий на будущий год составляет около 2 трлн рублей, увеличиваясь примерно на 250 млрд рублей. Впервые в будущем году появится отдельная часть средств фонда ОМС для лечения пациентов с применением более 1000 высокотехнологичных методов. На эти цели дополнительно выделено 82 млрд рублей.

И лекарственное обеспечение сокращено не будет. Мы надеемся на устойчивое развитие экономики страны.

— Вероника Игоревна, в преддверии Нового года хотелось бы спросить: как вы любите встречать этот «главный праздник», с кем?

— В прошлом году я встречала Новый год в самолете вместе с коллегами на пути в Волгоград. Там в результате теракта пострадали люди. Туда прилетел и Президент России. Владимир Владимирович Путин навестил раненых в больницах. И Новый год, по сути дела, прошел там. А обычно за новогодним столом у нас самые близкие люди. У меня несколько поколений родных: мои родители, сын с семьей и маленький внучок — ему 3 годика.

— Есть ли у вас любимое новогоднее блюдо?

— (Смеется.) У меня, как и у многих людей, Новый год ассоциируется с шампанским и мандаринами. Но главное — это, конечно, не еда, а то теплое чувство надежды и ожидания чего-то доброго и хорошего, которое каждый человек испытывает в последние часы декабря.



Партнеры