Петергоф оклеветали инвалидами?

Директор заповедника намекает на сведение счетов из-за того, что она выгнала с территории торгашей

...Давеча по всем СМИ пошло — «ах, шокирующий случай, дети-инвалиды из интерната с костылями и на колясках два часа ждали, пока их пустят на территорию знаменитого фонтанирующего Петергофа. Так и ушли ни с чем». И тут уже все правозащитники вмешались, депутаты: проблема-то более чем больная, — понятно, ни один старый музей в России не строился в расчете на подъем колясочников («МК» даже провел спецакцию, «притащив» в ГМИИ им. Пушкина девушку на коляске, которую охранники в итоге таскали на руках). Но в данном случае поворот иной: инвалидов, как выяснилось не было.

Директор заповедника намекает на сведение счетов из-за того, что она выгнала с территории торгашей

Во вторник замминистра г-н Бусыгин собрал суженный круг прессы, дабы поделиться теми изменениями в культурной жизни, которые нас ждут (например, обязательная переаттестация тех же актеров раз в три года, — по сути, единственная возможность их уволить). По счастью, на это самое заседание зашла, оказавшаяся в Москве, Елена Кальницкая, гендиректор музея «Петергоф». Дама прямая во всех отношениях. Бусыгин попросил: «Елена Яковлевна, объясните, а то пошла совершенно возмутительная информация со звонками в Минкульт».

— Знаете, когда что-то хорошее, доброе происходит, — с эмоцией говорит г-жа Кальницкая, — попробуй, зазови прессу. А сегодня чуть ли не со всех каналов звонили. Что произошло? Все ссылаются на слова уполномоченной по правам ребенка Светланы Агапитовой, которую я хорошо знаю. Что она сделала?

В своем блоге Агапитова написала: «Желание помочь не имеет национальности. О том, что произошло, мы узнали от молодого человека, коротко назвавшегося Дамир. Дети около двух часов стояли под моросящим дождем. Кто-то держался за ходунки, кто-то опирался на костыли, двое из них были на инвалидных колясках. Они стояли и ждали, когда воспитатель оформит документы на бесплатное посещение одного из прекраснейших музеев—заповедников в пригороде Петербурга. Но кто-то что-то с кем-то заранее не согласовал, и сироты, уставшие, продрогшие и голодные тронулись в обратный путь, так и не заглянув в сокровищницу мирового искусства. [...] Дамир рассказал, как переживали охранники парка, не имея права пустить детей даже за калитку, как случайные прохожие предлагали им воду и конфеты, как со слезами на глазах все, кто стал свидетелями этой несправедливости, провожали глазами медленно и грустно удаляющуюся в серой и мокрой мгле группу маленьких инвалидов...».

— Прочитав это, я в ужасе кинулась разбираться, — продолжает Кальницкая, — во-первых, происходило это 23 сентября (то есть месяц в себе кто-то это копил?).

— Дело не в том, что кто-то копил, — вмешивается Бусыгин, — надо было, чтоб это случилось в тот день, когда вы будете в командировке...

— Конечно. Во-вторых, это было в воскресенье. Неужели педагог из детского дома, решая привезти группу, не мог заранее договориться? Он же должен отвечать за свои профессиональные обязанности! Но не договорился. Приехали просто так — без бумаги, без письма, без звонка. Подошли к кассе. Кассир, чтобы выдать электронные билеты, пусть и бесплатные, должна получить какой-то документ. Одна воспитательница осталась с детьми, другая прошла в Большой дворец, где тут же написала письмо — у нее с собой был пустой бланк. Ей поставили визу, выдали электронный билет, но... она сказала — «погода испортилась, мы уезжаем».

В этот детский дом Кальницкая вчера отправила своего зама. И что? В этом учреждении в принципе нет инвалидов-колясочников.

—  Значит, кто-то хочет мне гадость сделать. Вспоминаю Шекспира: «Если у тебя нет врагов, значит, в тебе нет ничего такого, за что тебя можно было бы по настоящему любить». Я бьюсь за правду, я не хочу, чтобы на территории музея спекулировали мажоры, чтобы ездили велорикши, вымогая деньги. Хочу, чтоб был порядок. Я максималист, человек прямолинейный. В результате — любая гадость про меня в интернете подхватывается СМИ. А я хочу попросить, чтоб вы, наоборот, поддержали музейное сообщество, ведь в нашу профессию перестала идти молодежь!

— Так инвалидов точно не было?

—  Не было инвалидов! Все дети были на своих ногах.

— Тема вообще больная...

— Естественно, начни-ка наш музей оборудовать подъемниками — ни одна инспекция по охране памятников разрешения не даст. Как это сделать? Был случай недавно, когда привезли одного высокопоставленного европейского инвалида, так его в Большой дворец несли наши парни...

— А какая от вас реакция будет?

— А какая реакция? Кого я должна наказать? Кассиршу? Нет, она выполняла свои обязанности. Охранников? Экскурсионное бюро? Да они сразу же сказали — «мы всё оформим». И оформили за полчаса. И, кстати, сейчас мы уже договорились с этим детским домом, что они к нам приедут. Мы в этом году уже 7000 инвалидов приняли бесплатно, никому не отказали, тонны бумаг подписываю на бесплатное посещение.

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру