mk.ru : Московский комсомолец

В конце 2009 года в судебный участок № 429 Москвы поступил иск о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП. Машина, которой управлял Алексей Д., столкнулась с другим автомобилем. Женщина, сидевшая за рулем этого автомобиля, не сумела перестроиться и прижала автомобиль Алексея к металлическому отбойнику. Он просил взыскать со страховой компании виновницы 53 тысячи рублей.

Мировой судья в удовлетворении иска отказал. Алексей подал жалобу в Черемушкинский суд. Дело попало к судье Б. Е. Попову.

По ходу слушания дела у истца появилось ощущение, что судья дает понять: без экспертизы дело будет проиграно. Истец просит провести экспертизу. 29 ноября 2010 года суд назначает ее в автономную некоммерческую организацию с внушительным названием “Центр судебных экспертиз” (ЦСЭ). Судья сам сформулировал вопросы, и дело поехало к экспертам.

Через некоторое время эксперты вызвали Алексея, чтобы вручить ему счет на оплату их работы. Счет неприятно поразил: свой труд эксперты авансом оценили в 35 тысяч рублей. Выходило, что овчинка не стоила выделки: нужно было сразу выложить 35 тысяч, чтобы получить или не получить 53 тысячи.

В статье 95 ГПК говорится, что размер вознаграждения эксперту устанавливается судом по согласованию со сторонами. А необходимость предварительного согласования очевидна. Ведь позиции сторон могут меняться в зависимости от расходов на экспертизу. Например, если затраты на нее явно несоразмерны сумме, стоящей на кону, ответчику может быть выгоднее признать иск или истцу отказаться от него.

Поскольку с Алексеем Д. никто ничего не согласовывал, а его такая сумма не устраивала, счет оплачивать он отказался. Тем более что в Москве средняя стоимость подобных экспертиз не превышает 15–20 тысяч рублей.

Тогда ЦСЭ направляет в суд письмо, в котором сообщает, что экспертиза не проводится, потому что за нее не заплатили, и просит обязать истца внести деньги или избавить их от этой работы.

В ответ судья Попов строго требует немедленно провести экспертизу — потом проигравший заплатит.

Однако подобные неприятности не входили в планы светил криминалистики. И 11 апреля 2011 года они направляют судье челобитную. В ней говорится: эксперты не могут работать бесплатно, у всех есть дети, мамы и бабушки, которые все время просят кушать. Резюме: “на основании вышеизложенного, в условиях, когда сторона отказывается оплатить услуги, мы вынуждены аннулировать ранее врученную неплательщику квитанцию об оплате стоимости экспертизы и вынести определение об утверждении стоимости экспертизы в размере 70 000 рублей… Мы гарантируем исполнение экспертизы на высочайшем экспертном уровне”.

Не подумайте, что цифра “70” упала с потолка. В письме приведено научное обоснование: чтобы выцарапать у отказников свои кровные, придется прибегнуть к услугам коллекторских агентств. А абордажные услуги, как элитный эскорт, всегда влетают в копеечку.

И судья Попов шлет ответ: согласен. А поскольку судьи завалены работой, он не успел поинтересоваться мнением сторон и даже позабыл поставить на письме дату.

20 мая 2011 года в суд наконец поступило долгожданное заключение. Судья поставил перед экспертами три вопроса:

1) Каков механизм взаимодействия транспортных средств при столкновении?

2) Каково было движение транспортных средств на момент ДТП?

3) Какое расположение транспортных средств имелось на момент ДТП?

Эти вопросы немного смущают отсутствием различий. Но это зря. У каждой тайны есть разгадка. У меня есть вариант ответа. Как выяснилось из приложенной к заключению справки с расчетом стоимости ее проведения, стоимость напрямую зависит от сложности, а сложность — от количества поставленных вопросов. Их должно быть не меньше трех. Нужно — значит, будет.

А дальше в справке указано, что на столь сложную экспертизу ушло 110 часов. Простой подсчет показывает, что это 14 рабочих дней и еще два часа.

И наконец, позвольте познакомить вас с эксклюзивным творением эксперта Н. Шинкарука.

Как следует из текста, для удобства исследования все вопросы были объединены в один (действительно удобно — они ведь ничем не отличались друг от друга). Ценой колоссальных усилий удалось установить: а) в каких местах были повреждены автомобили и б) что они были отремонтированы. Правда, и то и другое было известно задолго до начала исследования. Тем лучше! Эксперт это подтвердил.

А теперь перейдем к самому главному: “Ответить на вопросы, поставленные в определении суда, не представляется возможным, из-за невозможности провести осмотр поврежденных транспортных средств”.

Творение мастера занимает 2 страницы. А больше и не нужно. И так все ясно.

Не ясно только, как защититься от такого бесстыдного произвола. Все это очень скверно пахнет и уж точно не имеет никакого отношения к правосудию. О переговорах суда с экспертами никто и не догадывался. Истцу просто выкатили счет и дали пенделя.

Правосудие свершилось.

* * *

Такая безделица не стоила бы драгоценного места в газете, если бы не явственное ощущение опасности.

Это что, новый способ отъема денег? Прежние устарели?