Художница заговорила на языке птиц

В Третьяковской галерее Алла Урбан дошла до «Точки» и поднялась ввысь

    Первая ретроспектива Аллы Урбан в Третьяковской галерее начинается с символичной инсталляции длинной 21 метр под названием «Волна». Интерактивная конструкция из металлических прутьев, обвязанных белыми нитями, звучит словно море и волнуется так же трепетно при прикосновении к ней. Этой работой, созданной специально для Третьяковки, художница задает тон выставке «Из железа в каплю»: в нем слышится волнение и гармония, сложность и простота, живое дыхание – вдох-выдох, вдох-выдох… Эта цикличность жизни проходит рефреном через всю экспозицию в 80 и 82 залах музея на Крымском валу, где из тяжелых материалов складываются легкие вещи и смыслы, позволяющие подняться «над» и посмотреть на мир с высоты. Не случайно куратор проекта Ирина Горлова замечает: Алла знает язык птиц.

В Третьяковской галерее Алла Урбан дошла до «Точки» и поднялась ввысь

Напротив «Волны» светятся окна-лайтбоксы, завешанные папиросной бумагой размером 280 х 80 см. Черные горизонтальные и вертикальные линии на них превращают «окна» в плотные решетки, из-за которых струится свет. Перекрестье – еще один важный лейбмотив творчества Аллы Урбан.

– Крест – это очень объемный символ, – говорит художница. – Перекрестье духа и материи, которое происходит в одной точке – человек. Это точка соединение внешнего с внутреннем через перекресток противоположного. Оно и создает ткань жизни, так же как нити создают ткань в полотняном плетении. 

«Движение к точке» – так называется серия из папирусной бумаге – тоже напоминают вышивку, только созданную графически. Эта работа получилась случайно: папирусные листы художница использовала для подготовки другой работы – инсталляции «Точка», которая стала на выставке в Третьяковке композиционным и идейным центром экспозиции. Но прежде, чем дойти до «Точки», зритель встречается с другими работами, попадая в сложное плетение идей автора. Пройдя между «Волной» и «Движением к точке», мы сталкиваемся с видео под названием «Белое». Оно снято в разных местах зимой, и в нем соединяются разные географические точки и времена, мысли и воспоминания переплетаются в материю жизни. Это тоже своего рода вышивание крестиком – только вместо нитей использовано видео: на кадрах мы видим перекрестки дорог; темным деревья, пересекающиеся с протекающей горизонтально рекой; оконные рамы заброшенных домов со старыми узорчатыми полупрозрачными занавесками… Видео движется сверху вниз, и мы будто летим над заснеженными полями, лесами, домами, храмовыми, почти осыпавшимися, фресками, поднимаемся над миром на высоту птичьего полета. На одном из кадров виднеется удаляющийся силуэт человека, который превращается в точку и почти теряется в снежной белизне…

–  Мы проезжали какую-то деревушку, мне стало плохо, попросила остановиться, вышла из машины и легла в снег, – вспоминает Алла, как создавалась эта работа. – Когда я встала, мне стало легче, я увидела заснеженное полотно и оставленный дом, к которому нет тропинки, стало ясно, что там давно никто не живет. В таких домах есть отпечаток прошлой жизни. Но что-то же будет на этом месте – заросшее полевыми травами поле, может быть, вырастит новый дом. Вот я сейчас уйду, а потом мой отпечаток на снегу вместе с талым снегом войдет в землю и на этом месте вырастут цветы. Это рассказ об угасании, за которым последует новая жизнь, после выхода будет новый вход.

Рядом с «белым видео» – черно-белая инсталляция из картона. Трехметровые полосатые башни, напоминающие небоскребы, можно толкать, и от прикосновения они начнут покачиваться, как деревья на ветру. Это поэтическая метафора связана с той же цикличностью, о которой вся выставка. Говорят, жизнь, как зебра – за черной полосой следует белая. И Алла согласна с этой расхожей поговоркой, однако, считает, что полосы эти неравномерны: иной раз много черных полос пересекают редкие белые, а потом происходит наоборот – белые полосы доминируют над черными. Инсталляция «Черное. Белое. Черное», по словам автора, несет в себе отпечаток техногенности культуры: «Угроза мира – кажущаяся: она никогда не стирает с лица земли человечество. Пандемия – тоже лишь одна из волн. В любое время главным остаются переживания – любви или тревоги, страха или радости…».

В искусстве Аллы Урбан все времена соединяются в единое полотно – так происходит и в работе, изображающей отпечаток пальца. Точки на нем напоминают фигурки людей, на которых мы смотрим сверху, и они движутся по своим загадочным линиям жизни. Эта работа, как и серия «Движение к точке», – процессуальная. То есть родилась в процессе создания другой вещи – инсталляции «Вопрос», финальной точки экспозиции, которая стала ее единственным ярким пятном – она сочно-красного цвета. Прутья-капилляры вырастают из линий отпечатка пальца, создавая объемную метафору о смыслах человеческой жизни и глубинных философских вопросах. Но все самые сложные задачи сводятся к простой истине: приступая к каждому новому делу, главное – начать.  – Всякий раз, когда я начинаю что-то делать, у меня ощущение, что во мне пустота. Это тяжело, я не могу ни спать, ни есть, и вдруг что-то начинает нарастать во мне, и я приступаю к делу. Все наши вопросы обращены ввысь, и важно уметь подняться над всем, что тебя тяготит. Вытащить себя за волосы из болота, как барон Мюнхаузен. И мне хотелось передать это умение через свои работы людям, – рассказывает художница. 

Но прежде, чем прийти к сей истине, мы проходим несколько этапных и масштабных инсталляций. Одна из них – «Ноль». Она состоит из двух бесконечных спиралей, линии которых образованы пробитыми медными заклепками разного диаметра. В последовательностях отверстий зашифрована библейская «Песнь песней», которую мы можем услышать с помощью света, проходящего сквозь металлические панно. Другая инсталляция – «Переход». Через нее можно пройти насквозь и почувствовать себя Моисеем, пересекающим Красное море. Прутья-волны расступаются перед зрителем и образуют проход, подобный описанному в книге Исход. Наконец, «Точка» – инсталляция из металлических башен высотой в три метра, собранных из перекрестий. Зайдя вовнутрь, кажется, что нависающие над тобой махины давят и угрожают, но между ними всегда есть просвет – выход, возможный из любой ситуации. Шанс вырваться и взлететь, посмотреть на сложную материю жизни сверху. Не зря один из кураторов выставки Ирина Горлова пишет о художнице так: «Алла Урбан знает язык птиц. Этим знанием она одарена изначально, со времен своего детства, и открывая его в первозданностях своей жизни – не предстоящих перед ней, в полноте погруженности в нее – в маленьком городке на юге России – Армавире. В знаменитой английской сказке «Мэри Поппинс» героиня, волшебница, рассказывая о своих воспитанниках, указывает на их особый дар – понимание языка птиц. Но при этом она отмечает, что этот дар дети потеряют с момента вхождения во взрослую реальность, в отвлеченный мир понятий, операций и цифр. Этот редкий дар всегда присутствует в нас, он существует в своих потенциальных возможностях, непрерывно мерцая своими откровениями. Алла Урбан сохранила мудрость ребенка…»