Она забрала Россию с собой

Вышла книга об эмиграции нашей волны

12.05.2009 в 16:52, просмотров: 2415

Человек, вырванный из своей среды, - как рыба на суше или цветок в пластилине. Вопрос - как не погибнуть? «Опыт моей жизни. Книга первая. Эмиграция» - книга как раз об этом. Автор? И. Д. Псевдоним – мера вынужденная, потому что в книге все – правда. Псевдоним принадлежит известной в свое время даме - крупному предпринимателю на постсоветском пространстве и талантливому, как ни странно это сочетание, писателю.


Первым российским эмигрантом по традиции считается Андрей Курбский, друг-недруг Ивана Грозного. Первым вынужденным эмигрантом – Герцен. А самое большое, кроваво-красное колесо эмиграции оттолкулось от предреволюционных годов и покатилось что было мочи. Писатели-эмигранты – Бунин, Набоков, Ходасевич, Георгий Иванов, Адамович, Гиппиус, Мережковский и бесконечные другие – были по-настоящему несчастны в своих берлинах и парижах. Стать преподавателем русского и литературы в университетах и колледжах посчастливилось очень немногим. В основном – шоферы, мойщики, чистильщики… «Мы забрали Россию с собой» - такое у них было чувство, обрамленное вечной ностальгией по ушедшей дореволюционной стране.


В чем-то им было даже проще, чем героине книги «Опыт моей жизни», в 15-летнем возрасте (1980-ый год) вместе с семьей оказавшейся не в родной Кабардино-Балкарии, а в Америке. Короли серебряного века знали, что вернуться им некуда, России больше нет, есть СССР. А эта девочка, ощущающая себя «навеки, безнадежно русской», успела запомнить о своей советской стране только хорошее. Зачем ее оттуда вытащили, если можно было не уезжать? Зачем ее по горло вкопали в вонючий американский асфальт? Ну и что, что Сталин сгноил в лагерях миллионы – она не жила при Сталине. Все хорошее, что может быть в жизни, было только там. Там была жизнь, здесь – только смерть. Духовная, а потому – вполне физическая.


Этот шикарно изданный фолиант надо читать как Вальтера Скотта, «Сагу о Форсайтах» или другое по-старинному долгое повествование. Если вы спешите, вам позарез как надо узнать сюжет и неохота читать лирические отступления, довольно много придется пролистать. В чужую, но уже такую близкую жизнь надо медленно входить, как в воду. Тем более что героиня – не частный, а общий случай. Сколько их было, таких девочек. Полностью впитавших в себя все то, чему учит советская школьная программа по литературе плюс дополнительное чтение. Чистейшая Татьяна, русская душою. Разумеется, она мечтает стать писателем. Как мы сейчас видим – стала.


«Задолго до наступления Нового года – первые снегопады, веселое катанье на санках с подружками, быстрый бег, замороженные и горящие щеки, тающие на губах снежинки. А дома – яркая красавица-елка с уютно горящими лампочками, запахом хвои, запахом леса и знакомых сказок». Да, ностальгия по детству. У кого из нас не было такого вот детства и такой ностальгии? Но у героини не просто детство кончилось. На родине остались близкие, друзья, книги, кино, язык. Ей пришлось на десять лет раньше России погрузиться в жизнь, которая пришла из Америки и царит сейчас у нас, которую никак не могут принять нынешние старики.


Тупое кино, не заставляющее ни думать, ни чувствовать. На каждом углу откровенные фотографии на обложках порножурналов. Замороженная, безвкусная еда. Никто и ничего не читает, кроме журналов. Помешанные на еде и сексе люди, «синтетические куклы». Первый же мальчик, с которым она познакомилась, пригласил ее к себе, и, не успели они войти, «передо мной стоял отвратительный монстр со спущенными штанами, который быстро-быстро теребил свой склизский поганый обрубок, приговаривая: «О беби, ай вонт ю! О-о!» Ужасный английский язык. Спор в супермаркете между русскими продавщицами о том, как надо говорить английское «this» – «дыс», «зыс» или «выс». В Америке Трава, которую свободно курят в колледже. Деньги, деньги, деньги. «Это Америка, здесь ты за работой ездишь, а не она за тобой. Америка – это трудовой лагерь с усиленным питанием». Страна, в которой убийцу Джонна Леннона печатают на обложках всех газет, прославляя, как героя. Девочка буквально омертвела, онемела на долгие годы от этой жизни, от тоски. «Все вокруг давит, словно тебе на ноги надели туфли, скроенные не по форме человеческой ноги. Моя духовная жизнь остановлена. Страна порока, извращений, жестокостей и примитивнейших низменных удовольствий».


«Несчастье – это когда ты страдаешь на самой высокой, пронзительной ноте и при этом совершенно бессилен что-либо изменить». Ей никто не может объяснить, чего ради было уезжать из Союза. Ее не убеждают вечные «сто двадцать без прогрессивки», ни спекулянты, зарабатывающие гораздо больше доктора наук, ни все то, что называют словом «совок».


Повествование это похоже на неотредактированный интимный дневник. В этом и его достоинство, и недостаток. Обычный дневник содержит детали, которые другим будут скучны и неважны. А художественном произведении и детали художественные. Детали жизни. «И. Д. ничего не скрывает. Она выворачивает душу, как карман, и вытряхивает наружу все, что в нем есть. Это очень русская манера. Я считаю, что искренность – это основная ценность романа», - написала об «Опыте моей жизни» Виктория Токарева.


Болото эмиграции, в котором завязла героиня, - это отправная точка. Потом пойдет какая-никакая, а жизнь. Девочка выйдет замуж, родит ребенка, будет работать, учиться, сильно влюбится. Тогда на фоне этой невыносимой американской жизни появятся другие проблемы. Что такое любовь. Как стать желанной. Как завоевать любимого. И все-таки – как выжить в этой дикой стране?


Первый том заканчивается на высокой ноте. В прямом и переносном смысле. Кстати, И. Д. к высоким, даже пафосным нотам склонна. Что ж, пусть тот, у кого в жизни никогда не звучало высоких нот, кинет в нее камень. Героиня вместе со своим сынишкой Сашенькой сидят в «убогой, но ярко освещенной комнате» и распевают русские песни.


Пока-а земля-я еще ве-ертится…

Пока-а еще я-ярок све-е-е-ет,

Господи, дай же ты ка-а-аждому-у,

Чего-о у него еще не-е-ет…

Господи, ты все уме-е-ешь!

Я ве-ерую в му-удрость твою-ю-ю…


«Опыт моей жизни» доказывает известное высказывание, что каждый человек способен написать одну книгу – о своей жизни. Вопрос в том, как написать. В данном случае – талантливо, психологически верно и убедительно, впечатляюще с точки зрения художественных достоинств. Под этим названием выйдет еще восемь книг, где И. Д. будет с такой же откровенностью и достоверностью описывать свою дальнейшую жизнь, возвращение в перестроечную Россию, головокружительные успехи в бизнесе, которых достигает героиня.


- Я хочу начать с нуля, - так прокомментировала И. Д. «МК» свой псевдоним. - хочу, чтобы книга завоевала успех благодаря самой себе, а не потому, что автор знаменит.


Единственная информация об авторе есть на сайте www.knigacd.com (кстати, сейчас «Опыт моей жизни», выпущенный нью-йоркским издательством, можно купить только через интернет, в частности, на этом сайте; как рассказала И.Д., в магазинах книги нет из-за экономического кризиса у книжных дистрибьютеров). И информация эта заключена в фотографии. Черно-белая фотография юной девочки с грустными глазками.