Как укротить Льва

Лионелла Пырьева-Стриженова: “Мы вообще не должны были жить вместе”

09.08.2009 в 17:18, просмотров: 13492
Олег Стриженов — человек-загадка, так до сих пор никем и неразгаданная. Его дебют в кино был ошеломляющим: “Овод”, “Сорок первый”… Аристократ, белая кровь. Его сравнивали с Жераром Филиппом, но он был ярче и тоньше его. Такие могут быть только героями, на них гроздьями вешаются поклонницы и не отлипают до конца жизни. У Стриженова все не так. То, что это громадный артист, — бесспорно. Но уже четверть века, как он почти не снимается, не играет на сцене. Наступил закат, он больше не герой? Неправда! Бывших героев не бывает. Стриженов ведет очень замкнутую жизнь, но от этого не перестает быть загадкой и великим актером. Сегодня, в день его 80-летия, об Олеге Александровиче рассказывает его жена Лионелла Пырьева.

— Лионелла Ивановна, почему вы и Олег Александрович практически не даете интервью и ведете замкнутый образ жизни?

— Олег уже все сказал в своих фильмах и спектаклях. Зачем к этому еще что-то добавлять. Он вообще не публичный человек. Ему это не надо. Мы с ним на тусовки не ходим, нам это неинтересно.  

— Может, дело в том, что у Олега Александровича очень тяжелый характер?

— Ничего подобного! Это добрейший человек. Тяжелый он с хамами. Вот они и раздули про него такие слухи. Конечно, с ним непросто. Он же по гороскопу Лев. А значит, человек независимый и вспыльчивый. А я — Рыба. По идее, это два абсолютно несовместимых знака. Звезды говорят, что мы вообще не должны жить вместе, но живем же! Уже 33 года.  

— И как вы укрощаете этого Льва?

— Рыбы все держат в себе. Так и я никогда не выплескиваю на других свой негатив. Если с Олегом Александровичем мы в чем-то не поладим, я сделаю паузу, отойду в сторонку и точно знаю, что все перемелется. Так что врут гороскопы. Мы давно уже с Олегом одно целое: думаем одинаково, да и поступаем так же. У нас общие привычки, вкусы. Правда, он еще любит рисовать и очень хорошо это делает. А я — нет. Зато я компенсирую это кулинарными талантами.  

— Вы познакомились с ним еще в весьма молодом возрасте, но быстро расстались…

— Каждый из нас был очень влюбчивый. Мы нравились друг другу, но нельзя сказать, что это были серьезные отношения…  

— Тем более что у Стриженова тогда была семья.

— Первой его женой была Марианна, с которой он встретился на съемках своего дебютного фильма “Овод”. Она там играла Джемму. От этого брака у Олега Александровича родилась дочь Наталья. Затем, уже будучи во МХАТе, он женился на актрисе Любови Лифенцовой, матери его сына Александра. А я вышла замуж за Ивана Пырьева. Когда он умер, я опять стала свободна. Правда, в интернете пишут, будто я жила с ним всего два месяца. Какая ложь! Вместе мы были шесть лет.  

— А затем опять повстречались со Стриженовым?

— Да, это случилось на съемках фильма Петра Тодоровского. Потом на озвучании в студию вошел Олег и, увидев меня, в присутствии всех выпалил: “Выходи за меня замуж!”. Я немедленно согласилась…  

— Олег Стриженов отказывался от многих ролей. Вот почему он все-таки не сыграл у Бондарчука в “Войне и мире” Андрея Болконского?

— Потому что всегда считал, что пробы — это не для него. Так и сказал Бондарчуку: “Ты — артист, я — артист. Мы хорошо знаем друг друга. Зачем же ты будешь меня проверять?”. А до Стриженова Бондарчук перепробовал на роль Болконского чуть ли не полстраны. Но с Олегом тут же согласился. Конечно, Стриженов — идеальный Болконский. Помню, уже вышел журнал “Советский экран”, где была фотография Олега в этой роли. И вдруг Стриженов пришел к Бондарчуку и сказал, как отрезал: “Я у тебя играть не буду”. Помню, на вечере в Кремлевском дворце съездов к нему подбежал знаменитый документалист Роман Кармен, взял за грудки и закричал: “Ты преступник перед искусством!”.  

— И как на это реагировал Стриженов?

— Спокойно. Он всегда уверен в своей правоте, а о своих сомнениях не говорит никому. Да и с Бондарчуком они потом помирились. Были как-то вместе в Индии, обнялись. Зато  его жена Ирина Скобцева приставала к Олегу с вопросом: “Ну почему ты в “Войне и мире” не снялся?”. Олег так и не ответил…  

— Десять лет Стриженов отыграл во МХАТе, и весьма успешно. Но почему ушел так быстро, с Ефремовым не сошлись?

— С Ефремовым он не ругался, у них были хорошие отношения. Просто Олег Александрович решил тогда сделать ставку на кино.  

— Но начиная с 80-х он снялся в мизерном количестве картин.

— Потому что считает, что достойных для него ролей нет. Олег очень разборчив, щепетилен. Последний раз он сыграл в фильме Владимира Басова-младшего “Вместо меня”. Это был 2000 год. А до этого, 13 лет назад, в 87-м. Он просто не видит подходящего для себя материала.  

— Но ведь и режиссеры от него плачут.

— Плачут те, кто не умеет делать свою работу, кто халтурит. Мы с ним и без кино обходимся. Ну а раньше на концерты часто ездили, выступали, в Театре киноактера вместе играли.  

— А поклонницы Олега Александровича за эти 33 года вам не досаждали?

— Какие поклонницы? Ну, иногда подходят, говорят добрые слова, но все очень интеллигентно. Помню, правда, одна писала письма Олегу, шантажировала, но потом, слава богу, отстала. Олег к ним спокойно всегда относился. Да и было их не так много.  

— Неужели? Ведь в 60-х Стриженов считался едва ли не самым популярным.

— Конечно, но я-то его знаю прежде всего с тех пор, как мы стали мужем и женой. А это был уже 76-й год.  

— Часто к вам в дом приезжает сын Олега Александровича Саша?

— Приезжает, когда у него есть время, да не один, а с женой и детьми. Ну а звонит почти каждый день.  
— А внучки? У Стриженова их две.

— Мы их обожаем. Старшая, Настенька, учится в Лондоне. Сашенька, которой 8 лет, тоже у нас бывает. 

— Расскажите свой обычный распорядок дня с Олегом Александровичем.

— Утром легкая зарядочка, потом пьем крепкий зеленый чай и идем прогуливаться. Вот такой моцион. Ходим на Гоголевский бульвар. На Калининском проспекте бываем, общаемся с благодарными зрителями. Все-таки Олега Александровича еще узнают.  

— И все делаете только вдвоем?

— Нет, не вдвоем, у нас еще кот есть — Тихон.  

— А в материальном плане как у вас?

— Не жалуемся. Олег Александрович всегда вел себя очень достойно, ни у кого ничего не просил. Но нам хватает.  

— Ну а, не дай бог, если лечиться придется? Сейчас же хорошая больница дорого стоит.

— Мы приписаны к ЦКБ. Два раза в год туда ложимся, проверяемся. Слава богу, все бесплатно. Заслужили, наверно.