Несчастье Большой Никитской: на «дворянской» Москве впору ставить крест

Как уничтожается историческое наследие

25.08.2019 в 19:08, просмотров: 7261

На Большой Никитской активно ведется очередное строительство. У девелоперов дошли руки до дома 9/15, уже два десятилетия стоящего в плачевном состоянии. И это была бы хорошая новость, но, как водится, в основе дома — старинная усадьба. А застройщик — опять же как водится — «способствует ей много к украшенью», выламывая все внутренности и оставляя только наружный фасад. Очередная градозащитная «горячая точка» на карте Москвы только подтверждает давнюю репутацию Большой Никитской как места, где особенно вольно относятся к историческому наследию.

Несчастье Большой Никитской: на «дворянской» Москве впору ставить крест
Флигель усадьбы Разумовских в 2006 году.

Дом стоял выселенным, с запустелыми магазинами давно забытых сетей, с начала 2000-х годов. Из-за хронической зеленой маскировочной сетки (сменившейся, по современной моде, фальшфасадом с красивыми отрисовками прошлого великолепия) нынешнее поколение московских гуляющих толком и не помнит, что это за дом. Но так на то и литература. В основе дома — в ХХ веке жилого, с магазинами внизу — усадьба, самый известный владелец которой Лев Кириллович Разумовский, сын тайного мужа императрицы Елизаветы Петровны. Он был собственником дворца во второй половине XVIII века. До него участок принадлежал роду Колычевых, после — родственным Долгоруким, у одного из которых, князя Александра Ивановича, в 1830-е гостил Александр Сергеевич Пушкин. Это — историческая сторона «достопримечательности» дома, а есть и архитектурная: дворец входит в знаменитые «Альбомы» Матвея Казакова, куда великий зодчий (и де-факто главный архитектор допожарной Москвы) заносил достопримечательные, по его оценке, дома Первопрестольной.

— Внизу были магазины, — вспоминает писатель и краевед, координатор движения «Архнадзор» Рустам Рахматуллин. — Жилым я этот дом не помню. Среди прочего мне памятна табличка «Артур Перкс» — знаменитого производителя облицовочных материалов, — сохранившаяся на керамической плитке по одной из стен. Ее выломали ломом сразу после того, как закрылись магазины на первом этаже...

История дома вкратце такая. С 1996 года существовал инвестконтракт на реконструкцию дома (а точнее — на снос и возведение на участке 7-этажного дома с панорамным пентхаусом для «вида на Кремль»). Вероятно, потому московские власти и не занимались ремонтом и реставрацией дома (входившего тогда в число памятников архитектуры), а спокойно наблюдали за его деградацией. В 2009 году и вовсе произошло невероятное: из числа объектов культурного наследия дворец исключили. Кстати, одновременно с другим знаменитым дворцом поблизости — усадьбой Волконских на Воздвиженке, описанной Львом Толстым в «Войне и мире» как дом старика Болконского.

В 2013 году усадьбу Болконских радикально реконструировали, и теперь она соответствует историческому дому примерно так же, как нынешняя мэрия Москвы на Тверской, 13, соответствует дому московских генерал-губернаторов. Выше на пару этажей и с воссозданным, а не подлинным декором. По усадьбе Разумовских решение в начале 2010-х годов было немного мягче: дом предполагалось оставить в нынешних размерах (говоря об основном здании — двухэтажные флигеля по проекту надстраиваются), но появлялась подземная парковка, и общая площадь дома повышалась в полтора раза. Тоже компромисс, да еще какой — часть дворца все-таки шла под снос. Но ведь и его инвесторы не соблюли.

Когда 13 августа этого года прохожие заглянули в открытые ворота дома-стройплощадки, они увидели: снесена не «часть», а весь дом, за исключением фасада. Понятно: когда дом построят, мало кто сможет увидеть его планировки, да еще и сравнить с изначальными. И поди потом доказывай, что здание не подлинное. Мосгорнаследие ситуацию не комментирует по простейшей причине: дом уже не памятник. Хотя вообще-то здание находится в охранной зоне других объектов культурного наследия, и работы на нем должны были бы согласовываться.

— Мы еще несколько лет назад предлагали решение проблемы, — замечает Рустам Рахматуллин. — Весь этот квартал можно было бы отдать Московской консерватории. Но, увы, не получилось.

По оценке градозащитника, Большая Никитская и ее окрестности — «одни из самых несчастных» улиц Москвы с точки зрения угроз исторической застройке. Действительно, помимо усадьбы Разумовского есть еще дом Булошникова (Большая Никитская, 17), который ожидает радикальная реконструкция. Напротив Театра имени Маяковского будет «реновирован» дом с «театром Наполеона», работавшим в дни французской оккупации Москвы. Хотя это сейчас и объект культурного наследия, но именно сейчас он будет вноситься в реестр и станет из «выявленного» «списочным» памятником.  

— Причина такой «любви» инвесторов к Никитской, думаю, простая — эта улица сплошь аристократическая, усадебная, — говорит Рустам Рахматуллин. — К тому же это западный радиус, также престижный. В «Красной книге» нашего движения вся эта улица в красных пятнах.

На Никитской пока есть что спасать, но есть и множество инвестпроектов — как старых, лужковского времени, так и вполне современных. И, как пишет главный редактор портала «Хранители наследия» Константин Михайлов, есть единственный способ заставить девелоперов работать честно, хотя бы соблюдая собственные проекты: карать за нарушения охранного законодательства не штрафами, которые для крупного бизнеса не страшны, а лишением лицензии. Так, может быть, еще и победим.