Москва играет в открытие

Отмена самоограничений оказалась сюрпризом для многих, кто ее ждал

С 9 июня в столице отменили пропускной режим и разрешили открыться еще целому ряду учреждений, о которых во время карантина можно было только мечтать. В числе первых «возвращенцев» — парикмахерские и салоны красоты, фотоателье, центры занятости, ветеринарные лечебницы. Получается, что можно наконец-то заняться разными бытовыми и бюрократическими мелочами, которые вот уже пару месяцев как были недоступны? Формально — да, еще как можно. Но, как водится, есть нюансы, которые на себе ощутили корреспонденты «МК».

Отмена самоограничений оказалась сюрпризом для многих, кто ее ждал

Новость об открытии салонов красоты со вторника оказалась неожиданностью для всех — в том числе для самих салонов красоты. По словам представителей индустрии, они рассчитывали, что их предупредят хотя бы за пару дней, но нет: менять планы и разворачиваться пришлось менее чем за сутки.

— Я пока не могу записать вас на конкретную процедуру или к определенному мастеру, — ответила администратор одного из сетевых салонов маникюра, куда мы позвонили буквально через час после снятия ограничений. — Я не уверена пока, какие мастера завтра выйдут на работу. Поэтому если вы что-то сложное хотели, например, рисунки на ногтях, то лучше подождать. А так — приходите завтра к открытию, обязательно что-нибудь придумаем!

Страшная сила

Таких нетерпеливых — пришедших к открытию — оказалось полдюжины человек.

— Ну вам что, сложно принять? Салон ведь пустой! — упрашивала администратора женщина средних лет. — Вот, я специально сегодня босоножки надела, педикюр хотела сделать…

Увы, но прийти на авось — идея сомнительная: слишком уж много тех, кто подсуетился заранее.

— Видите, у меня записей сразу несколько: те, кто звонил по телефону, кто через приложение и через сайт. Сейчас в салоне только 4 мастера, — терпеливо объясняет администратор. — Давайте запишу на завтра?

Проанонсированные четыре мастера экипированы по всем правилам: защитные экраны на лицах, медицинские маски и одноразовые халаты-накидки. Складывается ощущение, что тут не ногти красить собираются, а как минимум оперировать… Делюсь этим предположением с мастером (кстати, с момента открытия салона до того, как все наконец расселись по залу с соблюдением дистанции) — та смеется:

— Ну, больной, приступим к операции?..

Кстати, руки теперь нужно обрабатывать антисептиком, почти как в операционной: не только перед началом маникюра, но и перед покрытием лаком — на всякий случай.

А вот салоны, специализирующиеся на стрижках, с самого утра вторника осаждают куда серьезнее. Особенно в тех, что относят себя к экономклассу: очередь начинается уже на улице — правда, с соблюдением социальной дистанции, но вот масками народ себя не утруждает.

— Я уже лет пять хожу в эту парикмахерскую и никогда не записывалась! — возмущается женщина у дверей салона на улице Анны Северьяновой. По словам незадачливой клиентки, записаться заранее ей в нестриженую голову не пришло: зачем, если никогда этого не делала? И тот факт, что два месяца кряду никто вообще не мог зайти ни в какую парикмахерскую, на размышления не навел.

В другом салоне — куда, как и в маникюрный, я позвонила буквально через час после объявления о выходе из самоизоляции, — на просьбу привести в порядок голову отреагировали очень бодро:

— Да, конечно, пока еще свободно почти все время — мало кто так быстро новости узнаёт. Стрижку? Без проблем. Вот только знаете, у меня завтра только девушки на работу выходят…

Пришлось заверить администратора, что я совсем не сексист в отношении парикмахерских услуг. Правда, как выяснилось, она имела в виду другое: оказывается, их салон славится неким Лешей, верховным жрецом горячих ножниц и гением сложного окрашивания… Но Леша, увы, самоизолировался в деревне за 300 км от Москвы, поэтому вернуться никак не успеет.

Здесь никакого «хвоста» у входа не оказалось: как объяснила администратор, без записи клиенты и в прежнее время нечасто приходили, а уж теперь — тем более. Или, может быть, все тоскуют без оставшегося в деревне Леши?

— Мы записываем сейчас не более трех человек в час: в зале, видите, шесть кресел, но мы должны сажать людей в шахматном порядке. Также нельзя, чтобы мастер одновременно обслуживал двоих, как это иногда бывало раньше: пока одна девушка с краской сидит, другой быстренько укладку сделают. Теперь так не положено, — объяснила администратор Наталья.

Снимите маску, а то отрежем

Деликатное предложение снять маску подоспело перед мытьем головы. «Намочите резинки, вам же потом неприятно будет ходить», — заметила мастер. В этих словах, несомненно, была истина — почему же не прислушаться?.. Тем более необходимое расстояние выдержано, а сама парикмахер остается в «обмундировании».

— Очень сложно привыкнуть мыть голову в перчатках, — призналась мастер Карина, но сама правил не нарушила. — Я не чувствую кожу головы, не чувствую структуру волос. Соответственно, не всегда могу выбрать более удачную маску или уход. Ведь сама стрижка — это геометрия, а вот работа с волосами во многом построена на тактильности…

В следующий раз предложение избавиться от маски прозвучало на завершающем этапе стрижки — перед выравниванием каре четко по линии челюсти. И снова — с понятным объяснением: «Я провожу ножницами вплотную к коже, и за ушами тоже. Могу случайно резинку маски задеть». Ну а многоразовые маски — все еще дорогое удовольствие, поэтому рисковать ими не стоит.

Пожалуйста — вот как минимум два аргумента, почему в парикмахерском зале принцип «маску лучше носить всегда» могут регулярно нарушать. Впрочем, Роспотребнадзор никак не регулирует использование средств защиты клиентами — только сотрудниками. Так что это уж на нашей совести.

Еще одна парикмахерская экономкласса (подвал около метро «Щукинская») тоже работает. Да не просто работает, а с очередью: две мастерицы буквально не покладают ножниц, три женщины сидят в ожидании. С социальной дистанцией, правда, все в порядке: подвал обширный, а несколько мелких магазинов, которые здесь «сидели» до карантина, то ли съехали, то ли взяли паузу.

Улыбка для никого

А вот рядом — закуток «Фото на документы»: фотоателье тоже могут начинать работу с 9 июня. Однако же здесь чисто и пусто.

— А нет пока сотрудника у них, — поясняет администратор парикмахерской. — Никто ж не ожидал, что так скоро разрешат работать! Вот они никого пока и не нашли.

В другом фотозакутке — уже на «Полежаевской» — оказалось открыто.

— А мы уже давно работаем, но не как фотоателье, а как пункт приема экспресс-почты! — поясняет оператор Анна. — На фотографии сейчас снимаются мало: обычно летом идет поток фото на визы, а сейчас-то пока визовые центры не работают. И на удостоверения — тоже мало: собеседований-то, похоже, еще нет, на работу никого не берут!

Это можно проверить совсем рядом: в начале улицы Куусинена есть известное место — Центр занятости населения района Беговой. Здесь часто можно было увидеть очереди людей, встающих на учет по безработице или записывающихся на переподготовку. Но что ж такое, и здесь неудача — на изрядно пыльной двери висит табличка: «Центр переехал на улицу Правды». Это «Савеловская», три остановки по новой линии метро.

Будете смеяться: и на улице Правды центр занятости закрыт. Звоним по «горячей линии», которая указана в объявлении, — получаем ответ: центры пока закрыты. Почему так, если объявили, что они открываются? Непонятно. Когда откроют — тоже загадка.

Ай, болит!

«Первое, что я сделала, когда объявили «амнистию», это записалась в ветклинику полечить кошке зуб!» — признается 38-летняя преподаватель Алина К. Ветеринарные клиники тоже могут легально работать с 9 июня. Легально — потому что и во время карантина врачам звонили, просили помочь. И, похоже, в серьезных случаях они не отказывали.

Вот лечебница на востоке Москвы — у нее довольно редкая специализация: там принимают не только четвероногих, но и птиц. В первый день легальной работы тут столпотворение: в небольшом «предбаннике» ожидают сразу семеро птицевладельцев. «Вот, облезать начал!» — женщина лет 60 демонстрирует ярко-желтого кенара, шея которого действительно лысовата. Мужчина помоложе принес солидных размеров попугая: понос (для птиц это может быть критично). Девушка с «волнистиком»: хромает на левую лапку. На них всех из пары переносок смотрят коты — которым даже и не до птиц, скорее бы все это закончилось.

— Для нас разрешение открыться тоже было неожиданностью, — говорит Ольга, ветеринар-орнитолог. — Но нам было проще: мы не закрывали лечебницу полностью. Потому что у нас тут есть и стационар, есть подобранные птицы, которых мы выхаживаем.

Суета вокруг могилок

Первый день возобновленной работы кладбищ стал практически праздником для старшего поколения. Пенсионеры устремились к своим почившим родственникам, толпами набиваясь в автобусы до погостов.

Из всех людей, что ехали со мной в автобусе под номером 760, процентов 70 держали свой путь до конечной. Николо-Архангельское кладбище, как и все остальные погосты города, открыло свои массивные ворота для посетителей. Так суетно здесь давно не было. Одни набирают воду, другие пропалывают цветники, третьи выносят скопившийся за это время мусор. Вот дама протирает тряпочкой гранит надгробья и одновременно ворчит на супруга, что уже наливает «поминальную».

— Ой, да я тут с семи утра, — на бегу рассказывает мне запыхавшаяся женщина. — Тут и папа, и мама, и брат с женой… А еще подруга моя на соседней линии — я сейчас к ней. Потом еще к знакомым помочь — у них тут, как говорят, полдеревни…

— Как узнал, что сегодня открываются кладбища, сразу задумал к бабке своей сходить, — говорит мне пожилой мужчина, бережно втыкая в землю рядом с потрепанными искусственными цветами новые. — Раньше — каждый месяц у нее: когда камушки к цветнику принести, чтобы трава не росла, когда песка подсыпать… Тут, видите, у меня над могилой елка — так с нее сыплется. Уход нужен постоянный!

— Николай Иванович, так это что, и ваша могила?.. — говорю я, увидев, что на камне помимо имени супруги есть еще одно, но без фото и с «открытой» датой.

— Угадали, все верно. Мы же с ней 45 лет прожили — куда уж я без нее. Деток у нас не случилось, поэтому и хожу общаться. А тут сказали дома сидеть — так это никакого здоровья не хватит! Я все волновался, как она тут…

В автобусе на пути обратно была дружественная атмосфера. Действительно складывалось ощущение, что все едут со сбора друзей. Правда, частота движения транспорта, увы, оставляет желать лучшего. Что номер 760 до Николо-Архангельского кладбища, что номер 600 до Хованского мне пришлось ждать более 20 минут (а по ощущениям на жаре — и вовсе час). Из-за чего народу внутрь набивалось немало.

— А вы не боитесь заболеть в такой толпе? — спрашиваю при выходе уже у Хованского кладбища одну из пассажирок без маски.

— Надоело уже бояться! Я старая, все равно смерть заберет. Будут так же и ко мне на могилку ездить. А сидеть дома остаток лет я не хочу!

На Хованском кладбище по сравнению с моей прошлой «точкой локации» практически пустынно. По словам местных работников, все к обеду уже разъехались.

— С самого открытия народ повалил, — рассказывает работник кладбища. — Сейчас уже закончили все почти. Мы ездим вот, траву собираем, мусор, что люди с могил вычистили. Тут генеральную уборку же каждый десятый провел. Теперь и нам нужно убраться, сейчас посетителей будет много…

Загореть — не встать

В первый день после снятия режима самоизоляции москвичи массово отправились отдыхать у воды. Почувствовать себя на курорте можно сразу же по выходе из метро «Строгино». Со всех сторон в направлении затона двигаются по-пляжному одетые люди — из-под футболок у дам видны разноцветные купальники, а дети несут в руках надувные круги. Мужчины и вовсе оголяются по пояс и, вопреки рекомендациям врачей, ладонями утирают стекающий со лба пот.

В 11 часов утра пляж у Строгинского затона полон — найти здесь свободное местечко можно, уже только нарушив социальную дистанцию. Дети группами плескаются в воде, строят песочные замки. Родители растирают по коже, судя по запаху, совсем не антисептик, а солнцезащитный крем. Чтобы окончательно ощутить себя не в охваченном пандемией мегаполисе, а на сочинском побережье, не хватает только торговцев горячей кукурузой и пахлавой. Правда, в ближайшем ларьке можно купить прохладительные напитки и горячий хот-дог.

— Да тут такое уже недели две, — объясняет мне женщина в купальнике.

Оказалось, что местные жители ходили гулять к затону задолго до официального открытия парков. Пропуска живущие неподалеку москвичи не оформляли: полиции здесь не встречали уже давно.

— А видели хоть кого-нибудь в масках за все время? — с надеждой спросила я у женщины, судя по загару, регулярно посещающей пляж. Было обидно мучиться в маске в одиночку, к тому же на 30-градусной жаре под тканью начал неприятно выступать пот.

— Есть такие экземпляры, но редко, — ответила собеседница и кивнула в сторону единственной на пляже дисциплинированной девушки: она загорала в маске, правда, спустив ее на подбородок.

По дороге к Левобережному пляжу мне навстречу выскочили несколько босоногих мальчишек в одних плавках. Однако территория самого пляжа была по-прежнему огорожена полосатой лентой.

— Сюда можно заходить? — спросила я у женщин, стоящих за ограждением.

— Конечно, давно уже разрешили.

Я, как и все посетители, осторожно приподняла заградительную ленту и зашла на пляж. Здесь тоже было многолюдно, почти как в обычный летний выходной.

— Ох, как в воду хочется! — стонал, сидя на песке, подросток.

— С утра все купались, а потом приехала полиция, и стало «запрещено», — пояснила мне мать лишенного купаний подростка. — И в баскетбол люди играли, а как появилась полиция, закрыли площадку...

В воде и правда почти никто не плавал — лишь у самого берега плескались маленькие дети и собака. За соблюдением установленного после приезда полиции режима следили спасатели в лодке.

— А вам не объяснили, купаться нельзя из-за коронавируса или по другим причинам?

— Да, из-за вируса. Сказали, что до 23 июня — как и в бассейнах! — засмеялась женщина.

Найти полицейских или же представителей администрации пляжа на суше мне не удалось. Молодой человек, тоже не обнаруживший «надзирателей», окунулся и быстро вернулся на берег, опасливо поглядывая на лодку спасателей. Нарушения никто не заметил.

Тех, кто так же решит искупаться, кроме окриков спасателей ожидает и другая неприятность: принять душ после купания и лежания на песке не получится. Душевые огорожены металлическими рамками. А я ведь, не ожидая такого поворота, прогуливалась по берегу босиком, и теперь мне предстояло надеть на мокрые, облепленные песком ноги кроссовки.

— А вода-то в душевых идет... — сочувственно рассказал мне пожилой мужчина в плавках.

Через узкий проем между заграждениями я проникла к душевым и все же очистила ноги от песка. Следом за мной робко потянулись и другие посетители пляжа, обмениваясь сведениями, у каких водоемов столицы купающихся не разгоняют.

На момент публикации «МК» не удалось получить официальный ответ Департамента городского хозяйства Москвы по поводу правил посещения водоемов. Ясно одно: москвичи также не дождались официальных разъяснений и открыли пляжный сезон самостоятельно.