Противопартийная оборона

Есть ли у ПАРНАСа шанс пробиться на выборы?

21.06.2011 в 20:23, просмотров: 9397

На этой неделе, не позднее 23 июня, Минюст должен принять решение: зарегистрировать оппозиционную “Партию народной свободы” (ПАРНАС) Немцова, Касьянова, Рыжкова и Милова или отказать в регистрации. Последней партией, которая получила официальный статус, остается “Правое дело”. Это произошло в феврале 2009 года. С тех пор шли только отказы. А из нескольких десятков официально действовавших в начале века партий сейчас, напомним, осталось всего семь… Под какими предлогами политикам отказывают в регистрации их организаций и есть ли у ПАРНАСа шанс пробить глухую оборону Минюста?

Противопартийная оборона
Рисунок Алексея Меринова

В поисках мертвых душ

Справка МК Справка "МК"

Курс на расчистку (и даже зачистку) партийно-политической поляны стал одной из составляющих курса по строительству путинской вертикали власти. В 2001 году по инициативе президента был принят Закон “О политических партиях”, установивший новые требования к регистрации организаций, претендующих на это звание: не меньше 10 тыс. членов. Но процесс шел не так быстро, как хотелось бы, — в парламентских выборах 2003 года участвовало 23 партии и блока. Тогда в апреле 2004 года планку повысили до 50 тыс. (обязав к тому же иметь организации с численностью не менее 500 членов в более чем половине регионов). А потом изменили правила выборов в Госдуму, подняв барьер до 7% и запретив участие в них блокам... Итог: к парламентским выборам-2007 в реестре Минюста значилось лишь 15 партий, причем право выдвигать кандидатов имели лишь 11 из них.

Результаты тех выборов вкупе с целенаправленной работой Администрации Президента привели к заветной цели: радикальному сокращению числа политических игроков, а следовательно, и к упрощению (точнее, примитивизации) правил игры и способов управления ею. Чтобы получить право на госфинансирование в течение следующего политического цикла, нужно было набрать 3% голосов: на такой подвиг оказалась не способна ни одна из непарламентских партий, участвовавших в выборах. Чтобы получить право не возвращать долги за бесплатный эфир гостелерадиокомпаниям, нужно было набрать те же 3%... И вот в 2008 году Партия социальной справедливости вошла в “Справедливую Россию”, Партия возрождения России самораспустилась, Партия Мира и Единства примкнула к “Патриотам России”, “Гражданская сила”, СПС и ДПР самоликвидировались, а на их обломках родилось “Правое дело”. “Зеленые” и Народный союз превратились в движения, утратив право на самостоятельное участие в выборах. Интересная история случилась с Аграрной партией: после того как на региональных выборах она стала показывать очень хороший результат, отбирая голоса у “Единой России”, АПР при активном участии Кремля слили с этой самой “Единой Россией”.

В 2009 году в рамках того, что президент Медведев называл “либерализацией политической системы”, был принят закон, который поэтапно обещает снижение требований по численности при регистрации партии: с 2010 года — до 45 тысяч, а с 2012 года — до 40 тысяч.

Пока похоже, что государство старательно ищет предлог для отказа в регистрации ПАРНАСа. Людей, которые числятся членами партии, обзванивают сотрудники милиции и ФСБ, причем не только днем, но и ночью. Пример разговора: “Состоите ли вы в какой-то партии? Как она называется? Как расшифровывается название? Какого числа и во сколько было собрание, на котором учредили ваше региональное отделение? Как не помните? Значит, вас там не было”.

Таким образом пытаются собрать доказательства того, что среди заявленных 46 тысяч членов ПАРНАСа есть “мертвые души” либо люди, которые только поставили свою подпись за вознаграждение, но подлинными и пламенными борцами не являются.

“В законе о партиях сказано, что Минюст проверяет только документы партий. Нигде в законе не говорится, что Минюст, а уж тем более полиция, ФСБ или центр “Э”, как это было в Хабаровске, должны допрашивать наших членов, — возмущается Владимир Рыжков. — В Дагестане нашего регионального лидера пригласили в правительство и сказали: “Чего вы там за партию создали? “Потребовали предоставить партийные документы. На что наш лидер спокойно сказал: “Вы не имеете права ни на какие документы. Все, что положено, мы сдали в Москве в Минюст”. На этом их беседа закончилась. Но все, что мы видим по отношении к ПАРНАСу, — это тот же произвол и самоуправство, которые все эти годы продолжаются в стране”.

Параллельно с обзвонами, естественно, исследуются и учредительные бумаги. Основанием для отказа может быть любая неточность. Как рассказал “МК” адвокат Вадим Прохоров, три года назад Минюст отказал в регистрации движению “Народ за демократию и справедливость” из-за того, что у одного из 56 тысяч человек в данных плохо пропечаталась цифра 9. И год рождения получился не 1953, а был больше похож на 1053 год. Эксперты сказали, что человек не может жить 1000 лет, а значит, это фальсификация. Свидетели тех событий даже предполагали, что, может быть, сами эксперты эту циферку и подтерли — их-то никто не проверяет…

— Еще перед выборами 2007 года было решено оставить только те партии, которые хорошо вписываются в кремлевские схемы, с остальными повели планомерную борьбу: одних закрывали, другим, наоборот, не давали открыться, — напоминает руководитель отдела политологии фонда ИНДЕМ Юрий Коргунюк. — В 2006 году было 35 зарегистрированных партий. К тому времени сложилась такая практика: партию, у которой есть хоть 10 тысяч человек и которая может формально обеспечить 50 тысяч подписей, не трогали, давали нормально участвовать в политическом процессе. Но перед прошлыми федеральными выборами все изменилось.

В итоге сейчас у нас 7 партий, а может остаться и еще меньше. Всем, кто в последнее время подал заявку, — и “Рот-фронту”, и партии “Россия: здравый смысл” — отказали без обоснованных причин, и без них же закрывали старые партии. “Российская коммунистическая рабочая партия”, “Республиканская партия” — все это были вполне нормальные структуры. Горбачевская социал-демократическая партия была, конечно, в большей степени ассоциацией дискуссионных клубов, но я не вижу никаких причин, почему было не дать ей поучаствовать в выборах”.

Партия Горбачева — СДПР — была ликвидирована в 2007 году Верховным судом по иску Росрегистрации, в котором говорилось: “В ходе поквартирных обходов и телефонных опросов установлено, что численность ряда региональных отделений менее 500 человек”. После этого партийным юристам дважды удавалось доказать, что численность соответствует закону, выиграть суды и добиться решения о восстановлении партии. Но каждый раз это решение отменялось высшей инстанцией.

Пираты возмущаются

Юрий Коргунюк замечает, что, уничтожая реальные партии, государство до последнего момента держало на плаву абсолютно фантомные организации: “К примеру, “Демократическая партия России”. Фактически она умерла еще в 90-е, а в 2000-м сдала всю свою документацию в Российский государственный архив социально-политической истории. И с тех пор физически не существовала. Тем не менее она исправно участвовала в выборах, в том числе и 2007 года, на которых выполняла роль спойлера. Или “Гражданская сила”, которая перед этим называлась “Свободная Россия” а еще перед этим “Российская партия сетевого бизнеса”. Ее никто не лишал права участвовать в выборах-2007, в то время как реально действующие организации всячески сживали со света. И сжили”.

Только двум партиям Минюст отказал, открыто указывая на политические причины решения. В январе этого года — лимоновской “Другой России” и в марте — “Пиратской партии”. Причем если с Лимоновым все относительно ясно: в уставе содержались пункты, противоречащие российскому законодательству “О политических партиях”, то с “пиратами” получилось неудобно.

Минюст отказал им с такой формулировкой: “Пиратство в соответствии с действующим законодательствам является преступным деянием и относится к преступлениям против общественной безопасности”. Также в документе отмечается, что в соответствии со статьей 227 УК РФ наказание за совершение данного вида преступления предусматривает до 15 лет лишения свободы. А согласно Федеральному закону о политических партиях, лица, содержащиеся в местах лишения свободы, не могут быть учредителями общественных организаций.

Учредители партии ответили ведомству через информагентства: “Мировое пиратское сообщество поражено некомпетентностью Министерства юстиции России, сотрудники которого позволяют себе называть морскими разбойниками членов пиратских партий 41 страны мира, в том числе Чехии, Германии, Англии, Франции. Шведская пиратская партия имеет два кресла в Европейском парламенте. Минюст России допустил курьезную ошибку. Основная цель этих партий — борьба за свободу распространения информации и реформирование законодательства в областях авторского права, копирайта и патентов”.

Председатель “Пиратской партии России” Павел Рассудов также пояснил, что пиратские партии не одобряют контрафактную продукцию, и заявил: “Минюст оскорбил тысячи членов нашей партии, назвав их уголовниками. Домыслы Минюста мы будем оспаривать в суде”.

Заграница им поможет?

Весной произошло беспрецедентное событие: в Европейском суде по правам человека Владимиру Рыжкову удалось добиться признания того, что его “Республиканская партия” была закрыта неправомерно.

— Когда “Республиканскую партию” закрывали, нам назвали только одну причину: недостаточная численность, — вспоминает Владимир Рыжков. — Минюст в своей на коленке написанной справке указал, что у нас 43 тысячи. А я принес физически в суд несколько коробок с подписями граждан — 62 тысячи человек собственноручно написали заявления. Я сказал: “Господин судья, вот есть филькина грамота, написанная Минюстом на 4 страничках, что якобы они провели проверку и людей не обнаружили. А вот есть живые заявления. Кому вы поверите”? Судья говорит: “Я верю Минюсту”. И на этом основании партия, которая просуществовала 15 лет, участвовала в выборах в Госдуму, была представлена во всех 4 созывах Госдумы, оказалась ликвидирована. Весной 2007 года, незадолго до выборов. Я был убежден в нашей правоте, поэтому сразу подал иск в ЕСПЧ. Рассмотрение там всегда идет долго. Но, наконец, в этом году Европейский суд признал, что наша партия закрыта незаконно.

— На основании этого решения ЕСПЧ можно добиться, чтобы “Республиканская партия” была восстановлена?

— Я считаю, что можно. По существующему порядку, после того как решение ЕСПЧ вступит в законную силу, а это произойдет 12 июля, Верховный суд России получит из Страсбурга бумаги по нашему делу. И председатель Верховного суда будет обязан возбудить дело о нашем закрытии заново — в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Нам даже не нужно будет подавать иск, суд сам обязан это сделать. И решение должно быть только одно — восстановить “Республиканскую партию России” в реестре юридических лиц. В этом случае партия восстановит все свои права, в том числе на участие в выборах. И хочу обратить внимание, что мы — первая партия за всю постсоветскую историю, которая там выиграла. То есть мы создали прецедент. Для России наша победа в ЕСПЧ важна тем, что основные положения нашего закона о партиях фактически признаны не соответствующими Европейской хартии по правам человека. Поэтому сейчас, по-хорошему, Госдума должна возвращаться к закону о партиях и его кардинально менять в соответствии с решениями ЕСПЧ. И я тоже буду этого добиваться.

Сопредседатели ПАРНАСа заранее приготовили сценарий действий в случае, если Минюст откажет им в регистрации. Фото: РИА-новости.

Три факта от Рыжкова

Сейчас Рыжков планирует играть на два фронта — добиваться восстановления “Республиканской партии” и одновременно — регистрировать ПАРНАС. “Одно другому не противоречит, — говорит он. — Это будет и борьба за ПАРНАС, и борьба за “Республиканскую партию”. А на самом деле — это борьба за права граждан, которые попираются в нашей стране”.

Политологи в большинстве своем смотрят на его шансы скептически.

“Я не вижу никаких серьезных изменений в отношении Минюста к новым партиям по сравнению с тем, что было раньше, — говорит гендиректор Центра политической конъюнктуры Сергей Михеев. — А раньше это отношение было негативным. К тому же совершенно ясно, что Кремль на правом фланге сделал ставку на “Правое дело”. А ПАРНАС будет с ним конкурировать. С ним, конечно, и “Яблоко” будет конкурировать, но это партия старая, известная, закрыть ее трудно. Для ПАРНАСа же всегда найдут какую-то казуистическую причину вроде пропущенной запятой”.

Немного более осторожен в прогнозах политолог Георгий Сатаров: “Еще несколько месяцев назад я бы не колеблясь сказал, что ПАРНАС не зарегистрируют. Но сейчас есть легкое ощущение паники наверху, которая может приводить к совершенно противоположным решениям. С одной стороны, к перестраховке — “не пущать”. С другой стороны — боязнь вызвать раздражение. Значит, нужно “пущать”… Предсказать решение властей невозможно, потому что стратегии там нет, все решается на уровне эмоциональном”.

Владимир Рыжков о шансах ПАРНАСа говорит так: “Есть три неоспоримых факта: мы девятая партия, которая сдала документы на регистрацию за последние 2 года. Всем восьми в регистрации отказали.

Факт второй. Мы безукоризненно выполнили все требования закона. Полгода пахали как черти, лидеры лично проехали 25 регионов, я проехал 11 регионов. И мы лично участвовали во всех учредительных собраниях, мы знаем, что у нас нет “мертвых душ”, все абсолютно живые люди, у нас 53 региональные организации, у нас более 46 тысяч членов партии. У нас очень квалифицированные юристы с опытом этой работы. Поэтому нет сомнений, что все требования закона нами выполнены безукоризненно.

Факт третий. Я 12 апреля выиграл в Европейском суде по правам человека дело о “Республиканской партии России”. В решении суда сказано, что российская практика проверок протоколов, адресов, паспортов, практика звонков членам не соответствует нашим обязательствам в рамках Совета Европы и Европейской хартии по правам человека”.

По словам Рыжкова, в своем решении судьи ЕСПЧ написали, что могут быть только три причины отказа в регистрации. Первая — если партия применяет насилие против граждан. Вторая — если партия призывает к насилию и разжигает межнациональную ненависть. И третья — если партия практическими действиями разрушает государство и общественный порядок.

— Среди этих причин, как видите, нет неправильного оформления протоколов и недостаточной численности. Поэтому всем 8 партиям до нас отказали незаконно. Но это было до решения Европейского суда. Теперь оно у нас есть.

— Каковы будут ваши действия, если в регистрации все-таки откажут?

— Это будет означать срыв легитимности парламентских выборов, они превратятся в фарс. И тогда ПАРНАС приложит все силы, чтобы их дискредитировать в глазах российских граждан и международного сообщества. Мы уже предупредили, что будем ставить вопрос об акциях протеста внутри страны и о санкциях вне страны. В частности, я уже товарища Коновалова (министр юстиции. — “МК”) предупредил: если его ведомство, которое уже незаконно закрыло мою партию 4 года назад, откажет нашей новой партии, я буду ставить вопрос о личных санкциях против него. То есть о невъезде Коновалова в Евросоюз, об аресте его иностранных активов, если таковые имеются.

Политологам в действенность этого рычага не верится. “Ну вынесут министру какое-то порицание, — говорит Юрий Коргунюк. — Но у него есть начальники, которые в случае чего защитят, а в случае чего — могут нанести ему гораздо больше вреда, чем любые международные структуры”.

Сам Александр Коновалов тем временем неожиданно признал, что процесс регистрации партий излишне забюрокрачен. И даже предложил отменить обязательную регистрацию. По его мнению, “в будущем нужно прийти к уведомительному порядку создания некоммерческих организаций”. Но тут ключевое слово — “в будущем”. То есть как минимум после выборов 2011 года.