Илья Пономарев: Два марша, одна (оп)позиция

Ответ Матвею Ганапольскому

04.03.2013 в 15:43, просмотров: 5732

В минувшие выходные в Москве прошли две акции. Одна в форме марша – и другая в форме марша. Одна с портретами – и другая с портретами. Одна в пользу власти, другая – под флагами левой оппозиции. Кто-то вспомнил технологию годичной давности с противостоянием Болотной и Поклонной и решил повторить разводку на деньги. Насчет денег, судя по косвенным признакам, получилось (впрочем, я свечку не держал). А вот политический эффект до накала страстей зимы 2012 года явно не дотягивает.

Илья Пономарев: Два марша, одна (оп)позиция
фото: Геннадий Черкасов

Марш «в защиту детей» было бы правильнее назвать «маршем в защиту депутатов». Представители этой социальной категории пришли на него явно не за деньги, да и выступали с огоньком, несмотря на мороз. Им было так важно, чтобы хоть кто-то их похвалил за предновогоднее голосование в Думе… Пришедшим депутатам было все равно, настоящая эта любовь или продажная. Она их грела теплее флоридского солнца, ласкала нежнее волн Карибского моря, вдохновляя на новые свершения. Зря пришедшие на тот митинг рядовые граждане из сферы ЖКХ или образования не принесли с собой наказы – они тут же бы превратились в законопроекты.

Гораздо важнее была другая акция – Социальный марш, прошествовавший по уже традиционному для оппозиции маршруту Пушкинская-проспект Сахарова. Он был менее многолюден, чем шествие депутатов (примерно 4000 против 12000), но учитывая, что не только провластные, но и оппозиционные СМИ и отдельные медийные персонажи не стали призывать людей выйти на участие в этой акции, – вполне неплохо.

Однако, дело не в цифрах. Это была первая акция белоленточного движения, полностью посвященная не политическим, а социальным требованиям. Организаторы (движение «Белая Лента», московские муниципальные депутаты, левые и правозащитные организации) настолько боялись, что все действие все равно выльется в традиционное «Путина – в отставку», что запретили лозунги и символику политического характера, сосредоточившись на простых житейских проблемах: ЖКХ, транспорт, школы и детские сады, градостроительные проблемы, медицина и т.д. Думаю, тут в чем-то даже перегнули палку, тем более, что цели все равно не достигли: либерально настроенным журналистам в своей массе тема ЖКХ оказалась чужда, и они принялись обсуждать правомерность запрета радужных флагов и сопоставлять массовость двух маршей.

Впрочем, историческая роль прошедшего Социального марша – в высвечивании еще целого букета вопросов, которые, как оказалось, понимают люди во власти, но не понимают даже наши самые ближайшие союзники, и которые носят чисто политический характер. Например, с жесткой критикой на организаторов обрушился на страницах "МК" уважаемый журналист Матвей Ганапольский: «Людей собрали, при том, что ничего не произошло. Кричали о проблемах, которые на митингах не решаются. Но, по сути, пиарили себя и своё неумение работать в современной политической обстановке. Неудивительно, что координационный совет оппозиции отстранился от этого позорища».

Если никто не заметил, то буквально на днях президент Путин вдруг «обратил внимание» на проблему тарифов ЖКХ, выбившись из графика ежегодных обещаний. Результатом стал их перерасчет в ряде областей (например, в моей Новосибирской). А никто не задумался, почему это произошло? Ответ на поверхности – в последнем отчете центра «Петербургская политика» о стабильности в регионах напрямую отмечается рост протестной активности в ряде субъектов, связанной с ЖКХ. И общий рейтинг стабильности страны снизился за месяц с 7 до 6.5 баллов по этой причине. Если бы мы побыстрее раскачивались после Нового года – а рост стихийной протестной активности по причинам ситуации с ЖКХ был предсказан всеми, в том числе вашим покорным слугой – то перерасчет тарифов мог бы стать более масштабным, и его можно было бы записать в актив нашей деятельности.

Между прочим, столь критикуемые (и заслуженно) «системные» политические партии активно участвовали в протестах в ряде регионах, и сейчас принимают благодарности тех самых граждан, которые уже даже перестали недоумевать, чем это там занимаются «зажиревшие москвичи», возглавляемые «координационным советом оппозиции». Так нужны были митинги по социальной тематике?

Честно говоря, меня всегда удивляли люди (это безотносительно Матвея Ганапольского), которые, с одной стороны, говорят о необходимости расширения социальной базы оппозиции, а с другой, по сути, занимаются ее консервированием. Осознанно или по неопытности - не возьмусь судить, но присутствие двойных стандартов налицо. Ведь здесь есть явное противоречие: когда митинги проходят под лозунгом "Путина в отставку", и отставки, конечно же, не происходит, то демонстрантов называют горлопанами и говорят о необходимости перехода к конкретным лозунгам, чтобы однажды этой отставки добиться. Но когда появляются конкретные лозунги, которые звучат на акции, направленной на выборы в Мосгордуму (даже вечно неприсоединяющееся "Яблоко" приняло в ней участие!), журналисты тут же говорят - мол, скучновато.

Конечно, скучновато. Политика - это не шоу-бизнес. И пока Матвей Юрьевич смеется, что на митинге не хватало Ленина, все возможности для расширения социальной базы оппозиции использует власть против несистемщиков, одновременно укрепляя позиции лоялистов. Если что, Ленин всегда ставил проблемы в своих статьях и книгах, а на митингах "зажигал" Троцкий сотоварищи.

Корень проблемы с негативной реакцией на Социальный марш, на мой взгляд, в двух вещах. Главная – либеральные коллеги ошибочно полагают, что уличное действие носит исключительно протестный характер и совершается в момент резкого обострения какой-то проблемы. Левые, напротив, считают, что улица – часть ежедневной политической работы, и надо периодически выходить на демонстрации, чтобы, во-первых, продемонстрировать власти силу, во-вторых, почувствовать солидарность, в-третьих, послушать, что больше всего волнует друг друга. Это часть нормальной работы – если, конечно, мы признаем, что источником власти в России является народ.

Массовость получается в момент резкого обострения, это верно. Однако, если результат не был достигнут сразу, массовость спадает, но это не повод расходиться.

В том же самом Новосибирске два года назад губернатор отменил недобитые монетизацией льготы пенсионерам на проезд в общественном транспорте. И получил в ответ массовый многотысячный митинг, закончившийся штурмом мэрии города и ее временной оккупацией (центральным СМИ такое событие оказалось, впрочем, неинтересно) пенсионерами под флагами КПРФ и "Справедливой России". Тем не менее, губернатор решение не отменил, и старики в итоге разошлись. Но с того момента целый год два раза в месяц собирался сравнительно небольшой митинг (обычно две-три сотни человек) на ступенях областной администрации. В итоге губернатор сдался. Мы добились успеха.

Вторая серьезная проблема с реакцией на Социальный марш – внутренняя конкуренция за лидерство в протестном движении. С самого начала, когда Удальцов предложил провести общероссийскую социальную акцию, умеренное либеральное крыло КС подвергло эту идею осмеянию. Оно фактически призвало движение уйти в отпуск до мая месяца, и отметить 6-го числа годовщину знаменитого марша, как будто это какой-то праздник, а не день трагедии для наших попавших за решетку соратников. Ни о какой связи с реальностью, с реальными проблемами широких слоев населения речи даже не шло. И только после волны критики Совет – так уж и быть! – согласился разрешить своим членам оказать «информационную поддержку» Маршу. Никто, кстати, из раскрученных персонажей этого не сделал. Тем самым был в очередной раз упущен момент, чтобы восстановить единство, выйти навстречу тем активистам, которые критиковали идею создания КС, но которые вышли 2 марта на улицы Москвы.

У левых есть два отличных принципа: принцип НБП «заслуги перед партией заканчиваются в полночь» и принцип испанской революции «слева врагов нет». Хотелось бы, чтобы эти принципы взяла на вооружение российская оппозиция в целом. Никто не должен почивать на лаврах и никто не должен саботировать массовые акции и избирательные кампании участников движения, какие бы ни были личные отношения и конъюнктурные политические интересы.

Материалы для запросов по жуликам в парламенте собираем всем миром, поправки в законы пишем совместно, и на улицу выходим дружно, даже если холодно и лениво. Кому управлять страной, решат избиратели на первых свободных выборах, а сейчас надо всем вместе бороться с общим противником. Бороться всеми методами, максимально расширяя наши ряды.

В воскресенье я ездил в один из районов Московской области. Мы встречались с классическим участником митингов на Болотной площади и проспекте Сахарова, заметным местным предпринимателем, несколько раз приезжавшим ради них в Москву. Сейчас он махнул на КС рукой, съездил поучиться к Ирине Ясиной в Школу новой политики и думает над участием в выборах мэра своего города. Он говорит очень просто: нужны результаты. Слова надоели. Все говорят о проблемах, но никто не хочет их решать. Ему нравятся многие члены КС, но помощи от них он получить отчаялся. На Социальном же марше были разные люди, но большинство выступавших имело успешный опыт решения конкретных житейских проблем. Они сейчас объединяют вокруг себя тех, кто тоже хочет их решать. Именно такие люди позарез нужны нашему мэру, с такими он сможет построить новую власть в своем городе.

Кстати, вопреки мнению Матвея Ганапольского, и Ленин, и Сталин регулярно собирали митинги по любому достойному поводу: и против политики Чемберлена, и против германского фашизма, и в знак солидарности с воюющей Испанией. Не говоря уже о митингах за индустриализацию и модернизацию. И кто там в итоге промаршировал из политики? Учим матчасть, коллеги, и сплачиваем ряды против наших врагов, а не друг против друга.

Илья ПОНОМАРЕВ, политик, депутат Государственной думы