Почему Путин так спешит с правкой Конституции

Спецоперация «Преемственность»

20.01.2020 в 17:43, просмотров: 145787

Не прошло и недели с послания президента Путина Федеральному собранию, как он внес в Госдуму законопроект о поправке к Конституции (под «поправкой» предусматривает ряд анонсированных президентом изменений)...

Какой же русский не любит быстрой правки Конституции — в отличие от, скажем, тихоходных (так и хочется написать, тугодумных) американцев! За 233-летнюю историю Основного закона США в него было внесено 27 поправок.

Процесс ратификации одной из этих поправок растянулся на 202 года. 14 прошли через все инстанции за срок, превышающий два года, еще 4 — за срок, превышающий год. И только в девяти случаях неторопливым янки удалось уложиться в год.

Сравните это с нашими темпами: согласно слухам, весь предложенный Путиным пакет изменений в Конституцию должен обрести силу закона еще до того момента, как в 2020 году в России наступит календарное лето.

Куда и почему так торопится ВВП — за последние дни этот вопрос стал одним из ключевых для и так дезориентированной постоянными неожиданными кадровыми новостями российской элиты. Я считаю, что никуда. Цель Путина состоит в том, чтобы постоянно находиться на шаг впереди нашего политического класса и лишить, таким образом, его членов возможности вести свою игру.

После сенсационного путинского послания парламенту 15 января множество аналитиков по всему миру единодушно пришли к выводу: Путин де-факто объявил о своем намерении остаться у власти в России и после окончания своего президентского срока в 2024 году.

Никоим образом не претендуя на истину в последней инстанции, я тем не менее позволю себе не согласиться с общей генеральной аналитической линией. С моей точки зрения, ключ к более точному пониманию истинных намерений ВВП можно найти, внимательно проштудировав стенограмму его встречи с ветеранами Великой Отечественной войны и представителями патриотических объединений в минувшую субботу в Санкт-Петербурге.

А.Климов: «Нам, старшему поколению, хотелось бы, чтобы... продолжительность трудовой деятельности по руководству страной президента не ограничивалась конкретными сроками».

В.Путин: «Очень тревожно было бы, на мой взгляд, вернуться в ситуацию середины 1980-х годов, когда руководители государства один за другим до конца своих дней оставались у власти, уходили из этой власти, не обеспечивая при этом необходимых условий для трансформации этой власти. Поэтому спасибо вам большое, но я думаю, что лучше к такой ситуации не возвращаться».

Тем, кто родился и вырос после 1985 года, то, о чем так эмоционально сказал ВВП, может показаться чем-то общим, отвлеченным и даже не очень понятным. Но тем, кто застал «гонку гробов на лафетах» в хотя бы относительно сознательном возрасте, значение слов Путина расшифровывать не надо. Ситуация, когда на главной должности страны один дряхлый старец ненадолго сменял другого, стала психологической травмой для почти всех без исключения граждан СССР. Я, будучи в те годы учеником младших классов школы, отреагировал на происходящий на наших глазах абсурд его переводом в игровую форму. После кончины одного из генсеков мы с друзьями вырезали его траурное фото из газеты, положили в красивую коробочку и торжественно «захоронили» во дворе.

Путин в те годы уже был взрослым, зрелым и сложившимся человеком и поэтому воспринимал все происходящее по-взрослому — но не менее болезненно. Брежнев времен последних лет его правления — это в глазах Путина антипример, образ политика, похожим на которого нынешний президент никоим образом не собирается становиться.

Почему же тогда ВВП затеял перекройку Конституции? Почему он не готов спокойно дослужить в Кремле до окончания последнего срока своих президентских полномочий, а потом тихо и мирно уйти на пенсию? А вот почему. Цитирую еще один путинский пассаж из его ответа А.Климову: «Что касается сроков пребывания главы государства у власти — я понимаю то, о чем вы говорите. Связано это у многих наших людей с тревогой за стабильность в обществе, за стабильность в государстве — и за внешнюю стабильность, и за внутреннюю».

«Тревога», о которой говорит ВВП, — не выдумка президента и не его попытка убедить (сначала самого себя, а потом всех остальных) в необходимости своего сохранения у власти и после 2024 года. Учитывая неразвитость наших общественных и политических институтов, основания для такой тревоги есть на самом деле. Поэтому Путин, как мне кажется, и принял для себя решение: отходить от власти ему надо в любом случае — но не одномоментно, а плавно, медленно и постепенно, в духе примера, показанного первым президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым.

Пакет изменений в Конституцию — очевидная заявка на такой медленный, плавный и постепенный уход. Проталкивание этого пакета с большой космической скоростью (по конституционным меркам, конечно) продиктовано стремлением не выпускать из своих рук политическую инициативу, не дать своим потенциальным оппонентам (в том числе из рядов внешне лояльной сейчас элиты) возможности не только поднять голову и отмобилизоваться, но даже осмыслить ситуацию.

Самая важная вещь, которую необходимо знать про Путина как политика, это то, что он мыслит и действует в режиме спецоперации. А что очень важно во время спецоперации? Правильно, обмануть и дезориентировать противника, заставить оппонента думать, что его обводят (или уже обвели) вокруг пальца.

ВВП изощренно манипулирует российской элитой, не раскрывая до конца свои карты. С этим связана, например, и нарочитая аморфность и многовариантность предлагаемых Кремлем поправок в Конституцию. Мы имеем и Госсовет, и увеличение роли парламента. Какую из этих структур Путин выберет в качестве своей политической базы в роли лидера-наставника и лидера —страховочного ремня после 2024 года? На эту тему можно много и долго рассуждать. Но самым честным ответом будет простая фраза: я не знаю.

Владимир Владимирович переформатирует Конституцию в своей излюбленной манере — оставляя максимум пространства для политического маневра себе и минимум другим. Красиво — и вполне в духе российских национальных традиций. Тратить 202 года на какую-то там «мелкую» конституционную поправку — это точно не по-нашему.

Читайте также: Новые детали президентских поправок в Конституцию: вступление будет «лестничным»