Насколько и в чем Евросоюз действительно зависит от России? Ситуацию прояснил для «МК» ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Сергей Федоров.
- Сергей Матвеевич, почему в вопросе ресурсов для ЕС свет клином сошелся на России? Может ли Евросоюз найти других поставщиков?
- На рынке, конечно, поискать можно, но, например, редкоземельные металлы по адекватной цене найти будет уже сложнее. Рыночные реалии – достаточно жесткая вещь. То же самое с минеральными удобрениями, с продовольственными товарами, с зерном, и даже с нефтью и сжиженным газом, Фон дер Ляйен клянется, что с 2027 года ЕС навсегда прекратит импорт из России всех углеводородов. Флаг им в руки, но где они найдут другие углеводороды по такой же цене и в таких объемах?
Понятно, что после окончания конфликта на Украине все когда-нибудь уляжется, но яд русофобии, который проник в политические элиты большинства стран Европы, перестанет действовать не скоро.
- Почему яд русофобии, который насквозь пропитал Евросоюз, не мешает европейцам покупать энергоресурсы у своего злейшего (как они считают) врага?
- Для них это вопрос экономического выживания. В Европе немало таких государств. Например, Словакия и Венгрия, известные своей пророссийской позицией, тем не менее полностью зависят от поставок нашего газа. У них нет выхода к морю. А американские поставки, которые предлагает им Трамп, в три раза дороже. Поэтому европейские элиты могут, конечно, ненавидеть нас, но – куда денешься, приходится брать, чтобы экономика не рухнула.
- Почему Россия не откажет Евросоюзу в таких поставках, раз уж ЕС воюет против нас? Зачем торговать со своим непосредственными врагами?
- Это они считают нас своими врагами, но мы их – нет. А зачем торговать? Или это интересы чьих-то частных компаний, скажем – производителей удобрений, которые от этого получают неплохой барыш, или интересы государства, которое вынуждено зарабатывать валюту в копилку госбюджета. Можно, конечно, порвать все экономические связи по принципу: «Пусть им будет хуже». Но это обоюдоострое оружие. Видимо, прибыль, которую получаем мы от экспорта энергоресурсов, критически важна для экономики страны.
- Получается, что ненависть ненавистью, политика политикой, а бизнес все-таки важнее?
- Если это бизнес частной компании – это одно. Если речь идет о государственных интересах – другое. Допустим, какие-то торговые сети обходными путями импортируют винно-водочные изделия из стран Прибалтики - зато мы видим в наших магазинах этот ассортимент. Если бы его не было, некоторым покупателям это не понравилось бы. Поэтому даже то, что мы находится в состоянии необъявленной прокси-войны с Евросоюзом, всех экономических связей с ним не обрывает.
- Как думаете, почему Советский Союз во время Великой Отечественной войны не торговал с гитлеровской Германией? Если исходить из этой логики, то мы могли бы поставлять нацистам свои энергоресурсы – те же нефть, газ и так далее, а они бы оплачивали эти поставки рейхсмарками.
- Потому что это была тотальная война, а не специальная военная операция. Тогда вся страна была мобилизована для того, чтобы противостоять врагу. Вся деятельность государства была переведена на военные рельсы. Сейчас такого нет. Большинство населения не чувствует на себе последствий военных действий, которые ведутся на Украине. То есть сама ситуация в корне иная.
- Нам говорят, что Запад ведет войну против России, а после того как Америка в лице Трампа решила самоустраниться, на продолжении этой войны настаивает именно Европа, цель которой – разрушить нашу страну и завладеть ее энергоресурсами. Может быть, отказ торговать с врагом, который хочет тебя уничтожить, важнее, чем то, что покупатели не найдут какие-то товары в магазинах, а какие-то компании не обогатятся? Или деньги здесь важнее любви к Родине?
- Конечно, важнее патриотизм, забота о своей стране и ее настоящем и будущем.
- Патриотизм заключается в том, чтобы торговать с врагами?
- Я уже сказал, что, несмотря на все происходящее, мы не считаем Европу своим врагом. Пройдет время, и все снова наладится. А если мы сейчас перекроем все поставки, кому от этого будет лучше? Сократятся объемы поставок – сократится и производство: скажем, производство минеральных удобрений. Многих работников таких предприятий придется уволить. Это, образно говоря, выстрел себе в ногу. Зачем?
И еще один аргумент: все усилия Запада «изолировать Россию» провалились. Что ж, нам теперь из-за поведения европейских элит самоизолироваться и превратиться в большую Северную Корею? Мы не такие.
